ПОНИМАЛА, ВЕДЬ

Стало ясно, что гоблины, во всяком случае значительная их часть, настроены против Гвенни, но боятся заявлять это открыто. Линзы из Сонного Царства действовали как детекторы лжи, поскольку тайные помыслы и желания по своей природе были родственны грезам иди снам. Это свойство могло оказаться весьма полезным: тот факт, что в Ксанфе не нашлось обычных линз и Гвенни пришлось лезть за ними в тыкву, обещал сыграть ей на руку.
Че прекрасно понял, что ее так задело. Употребленное Горбачом слово было очень обидным для девочек, потому что являлось весьма уничижительным по отношению ко всему женскому полу. Недаром Заговор запрещал его употребление.
– Ну, а вы, – Взрослая, насупив брови, повернулась к его спутницам, – вы согласны с тем, что он тут наговорил?
– Интересно, – пробормотал Че, – нет ли здесь и крылатых кентавров?
Затем по пути следования показалась маленькая, на три с половиной дома, людская деревенька. Завидя глазевших на дорогу трех взрослых мужчин и мальчика, Мела решила, что ее чары должны подействовать и на эту компанию.
Появилась мысленная карта. Маршрутная линия вела прямо вверх.
– Да так… – подавила смешок Гвенни. – Мы тут было подумали.., но это глупости. Скажи лучше, как твои близняшки? Ты уже выяснила, какие у них таланты?
Поутру все отправились в путь, причем демонесса снова увязалась следом. Причины этого Мела не понимала, ведь она у же выбрала трусики, а значит, тайна их цвета перестала быть тайной. Было ясно, что Метрия присоседилась к ним не по доброте душевной, поскольку ни души, ни доброты у нее не имелось. Возможно, она просто забыла, что забава закончилась, но спрашивать ее о чем бы то ни было русалка не хотела из опасения подбить на новую каверзу.
Сэмми рванул в подлесок.
Ему оставалось одно: уворачиваться от гигантского клюва.
Дженни посадила кота себе на плечо, а потом, после того как все трое взялись за руки, коснулась одного из листьев. В то же мгновение все вокруг изменилось.
Осторожно приблизившись, спутницы узрели сидевшую на ветке птицу со сверкавшим в лучах вечернего солнца переливчато-радужным оперением. Обернувшись, птица окинула новоприбывших взглядом, и Мела ощутила нечто среднее между сильной нервозностью и легкой паникой.
– Они съедобные, – пояснила Метрия. – Скажем, заблудишься ты в лесу, где нет ни каштанов, ни пирожковой – сможешь ими подкрепиться. Или подцепишь ты своего молодца, а он проголодается…
– Может быть, привязать к нему веревку? – предложила Гвенни.
– Я жительница моря. От пресной воды у меня тускнеет чешуя на хвосте.
– Слышь, остроухая, а как вышло, что очки с тебя сбили, а ты на стенки не натыкаешься?
– Ой, я ошиблась. Наверняка Тучка-Вонючка.
– Вот здорово! – воскликнула Дженни.
– На тропе он вас тронуть не может, – успокоила ее Метрия. – Не может даже опалить вас огнем. Ему остается только таращиться на вас да исходить слюной. А вам предоставляется возможность его подразнить.
– Это запросто, – кентавр хлестнул хвостом всех, включая себя и Сэмми, после чего Дженни подхватила кота, и обе девочки крепко взяли Че за руки. Он расправил изрядно окрепшие за последние два года крылья, распушил уже отросшие маховые перья и оторвался от земли.
– Они наверняка попытаются вас надуть, облапошить, обдурить, обвести вокруг пальца, – сказала Метрия, – однако (это у них такая забава) попробуют сделать это, не прибегая к прямому вранью. Будьте начеку: как только я начну навязывать кому-то из них спички, стало быть, он норовит вас провести.
– Надо же! – воскликнула Дженни. – У моего Сэмми почти такой же талант. Он может найти что угодно, кроме дома.
Остальные, включая кота, тоже разинули рты.
Впрочем, отдохнув, они тронулись в путь, сообразив, что пока тропа идет по этой волшебной роще, а они идут по этой тропе, время работает на них.
– Хм.., по правде сказать, мне кажется, что это каким-то образом связано с аистом… – Дженни задумалась, пытаясь точнее сформулировать свою мысль, а потом продолжила. – По-видимому, взрослым очень нравится вызывать аистов, а когда они видят трусики, им хочется этого еще больше. Вот они и боятся, что если позволить детям видеть трусики, дети могут как-нибудь, возможно случайно, разгадать секрет, и тогда аисты стаями понесут им младенцев.
– А он и не умеет, – ответила Айви. – Но бумага и чернила пахнут мной, и Стэнли не станет есть никого, кто предъявит такую записку.
– Но… – слабо попыталась возразить Окра, но тетушку уже было не остановить.
– Жаль, – печально вздохнула Дженни, – хотя, наверное, ты прав.
– А я Дженни из Двухлунии, – сказала эльфесса. – Мы с Гвенни подружки, и я хочу ей помочь.
– Я догадываюсь, что ты делаешь с девушками, но мне эта участь не грозит. Меня тебе придется отпустить.
Друзья подкрепились и удобно устроились на ветвях.
– Наверное, ты прав, – согласилась эльфесса, а потом, снова приглядевшись к Гобелену, поинтересовалась:
– Надо бежать, – сказал он.
– Думаю, волшебник к нашему приходу готов: откуда нам знать, что у него на уме? – сказала Дженни. – А еще я думаю, что раз задавать Вопрос буду я, мне надо идти первой.
– Выходит, вы встретились посреди дороги. Это хорошая примета.
Мысленная картинка Роксаны взорвалась осколками, один из которых пролетел так близко от Гвенни, что ей пришлось уклониться. Видимо, это означало, что яйца взаймы не дают.
– А тебе, – сказала она, – я поручаю возглавить Службу Безопасности.
– Взрослая Тайна. Та самая, которую мы недавно…
Дракон сорвался в штопор, однако это встряхнуло ему мозги и помогло уразуметь, с кем он имеет дело.
– То, что надо, – заявил Рогонос, – беру.
Это подействовало: недавние приверженцы Горбача стали один за другим поворачиваться к Гвенни.
Ей показалось, будто волшебник нахмурился, хотя физиономия его была столь морщинистой, что судить об этом с уверенностью было трудно.
– А мне кажется, как раз эти могут оказаться полезными, – задумчиво промолвил Че. – У себя в Горбу ты столкнешься с немалыми трудностями, а если тебе будут открыты сны и помыслы гоблинов…
– Пора высаживаться, – объявил он.
Ясное дело, что упустить возможность высидеть-таки ставшее для нее роковым яйцо птица рок не могла.
– Я и есть девица.
Яне это зрелище не понравилось, а вот Окра прямо-таки облизывалась. Вот уж воистину на вкус и цвет товарищей нет.
Однако вопрос о том, как попасть внутрь, оставался открытым. Потому что все ставни, решетки и ворота были закрыты.
Зрачки Балломута вспыхнули и, – стремительно вращаясь, провалились в глазницы. Потом они вернулись на место, и он сказал:
– О, да это никак Метрия! – воскликнула, оглянувшись, Мела.
– Если подумать, так эта штуковина соответствует условиям лучше чего-либо другого, – сказала она. – Ведь он оказывался «меж роком и твердью» даже до того, как упал в гнездо: всякий раз, когда Роксана садилась на что-то твердое или что-то твердое поднимала, – она взглянула на птицу:
– Он опасный?
Че пришлось придержать челюсть рукой, чтобы она не отвалилась. Неужто она говорила это серьезно?
Печально попрощавшись с добросердечными мымрами (девушка опасалась, что больше с ними не встретится и что сородичи могут не отнестись к ней с таким участием), она ступила на тропу, ведущую в Центральный Ксанф.
– Если подумать, так эта штуковина соответствует условиям лучше чего-либо другого, – сказала она. – Ведь он оказывался «меж роком и твердью» даже до того, как упал в гнездо: всякий раз, когда Роксана садилась на что-то твердое или что-то твердое поднимала, – она взглянула на птицу:
– Как думаешь, гожусь я в гоблинаторы? – обратилась Гвенни к другому.
– Смотрите, – Че указал на огромное отверстие на потолке. – Предполагается, что эта дыра обеспечивает композиции ситуационное правдоподобие.
Глаза гоблинов вывалились из орбит, а потом все трое повалились ничком.
Драккар погреб обратно. Второе испытание осталось позади. Теперь оставалось пройти третье и войти в замок.
Там, откуда я родом, это не так.
С перепугу Окра даже расплакалась, но скоро выяснилось, что бояться нечего. Она познакомилась с путешествовавшей в облике нимфы морской русалкой по имени Мела, тоже направлявшейся к Доброму Волшебнику. И сообщившей, что Окра, оказывается, сама того не заметив, переплыла Огр-Ызок, поднялась по Люблю-реке и оказалась в озере Чмок-Поцелуй. Они решили плыть дальше вместе, поскольку у Окры была лодка, а Мела знала, где живет волшебник. Столкнув лодку в воду, Окра принялась грести с удвоенной энергией, потому что теперь-то уж могла рассчитывать попасть куда надо.
А она к тебе. Здесь мы оказались благодаря одному демону, который переправил нас магическим манером. Но уж поверь, что встречаться с драконом Кондраком мне хотелось не больше, чем плюхнуться в противную пресную воду.
– Наверное, хочет попросить у Дольфа прощения, – предположил Че.
Тот завизжал, как зарезанный, и ослепительно вспыхнул. Роксана встрепенулась, пробудилась и, прежде чем Дженни успела спрятаться, схватила ее когтями и потащила к клетке.
– Нет, мы свои, из Ксанфа, – сказала Мела. – Нас послал к тебе Добрый Волшебник Хамфри.
Это даст тебе возможность физического воздействия на Горбача.
– Уже удрал, – ответила Гвенни. – Это был огр Вдребезг.
Таким образом, противоречие снимается.
Поутру все отправились в путь, причем демонесса снова увязалась следом. Причины этого Мела не понимала, ведь она у же выбрала трусики, а значит, тайна их цвета перестала быть тайной. Было ясно, что Метрия присоседилась к ним не по доброте душевной, поскольку ни души, ни доброты у нее не имелось. Возможно, она просто забыла, что забава закончилась, но спрашивать ее о чем бы то ни было русалка не хотела из опасения подбить на новую каверзу.
Че, ничего такого не видевший, пребывал в недоумении.
– То что надо! – воскликнула Яне. – Этакое нытье растопит и каменное сердце.
Роксанна прикинула, и выяснилось, что по человеческим меркам ей довелось просидеть на гнезде не одно столетие. Впрочем, во сне время летело незаметно; так что сказать точнее было трудно.
– А если я не собираюсь их показывать?
Посмотрев на нее с недоумением, русалка вытащила справочник, торопливо пролистала его и воскликнула:
Яне скрылась за кустом, но тут же взвизгнула. Потому что Перебрал говорил, что в таких случаях девушкам из людского племени положено визжать.
От такого приема оробела не она одна.
Увидев вошедших, демонесса Дана удивилась.
– Верно.
– Конечно, ведь у тебя здесь друзья, – заметила Айви.
– Ты хочешь сказать, облом?
– Налдо не подведет! – пылко заверила Гвенни. – Когда Горб осадили крылатые чудовища, он явился к нам на помощь, будучи верен давнему союзу, хотя его народ веками враждовал с нашим. Налдо просто прелесть, второго такого во всем Ксанфе не сыщешь.
– Скажи, Че, ты согласен с Заговором взрослых?
– Это Парнас, – заявил Че. – Летать туда строго-настрого заказано.
Оказалось, что старушка живет с мужем, однако дедок отправился за бобами на дальний рынок и вернуться должен был лишь на следующий день. Без него в доме стояла удручающая, раздражавшая привыкшую к кряхтенью, покашливанию и прочим звукам бабульку тишина. А перспектива провести в такой тишине ночь ей тем более не нравилась.
Кот припустил к стене ущелья, но заметался у подножия: подняться вверх по водопаду или отвесной скале было ему не под силу. Стало ясно, что пропуска не вернуть. Между тем земля дрожала все заметнее, а вскоре послышался и тяжелый ритмичный топот.
– И на Горгоне тоже, – кивнула демонесса. – Нас у него шесть, и мы живем с ним по очереди. Сейчас мой месяц, а остальные дожидаются в Пекле.
Между тем пушка переступила на четырех конечностях, снова наводя шею на спутников. Неожиданно Че бросился вперед.
– Возможно, Мела не захотела бы отправляться в логово Кондрака, – ответил Налдо. – А ты, – он, посмотрел на Окру, – едва ли была бы рада поспешить на выручку Дженни.
– А я спутница Че, – заявила Дженни. – А Сэмми мой спутник. Мы останемся с тобой, Гвенни, во всяком случае до той поры, пока ты не станешь гоблинатором. Ну а что потом – там видно будет. Мне, например, надо будет вернуться в замок Доброго Волшебника.
– Но ведь он еще не добрался до озера Огр-Ыз-Ок, – сказала Яне. – Откуда ему об этом знать?
– Потому что с твоим участием скоро разрешится величайшая тайна Ксанфа.
Таким образом, противоречие снимается.
Служанка принесла и разложила по тарелкам суфле.
– Ну, может, у людей по-другому… – пожал плечами Че.
Во внутренних покоях им повстречалась одна из жен Хамфри – немолодая, но проворная обыкновенка София.
– Дорогой профессор, – кокетливо-, промолвила Н-ада. – Моим друзьям, кентавру Че и котику Сэмми нужно срочно попасть к Надло. Нельзя ли это устроить?
С этим словами демон снова исчез.