ЧТОБЫ НАУЧИТЬСЯ РАСПОЗНАВАТЬ

– Есть-то есть, – отозвался скелет. – Но он, как я понимаю, единственный. К нему наведываются ночные кобылицы, те, у кого нелады с глазами. Они ведь частенько наведываются в иной мир, а это, похоже, не очень-то полезно для зрения.
– Я не Метрия.
Тоннель расширился, превратившись в пещеру, за которой открылась галерея, и теперь бегущим пришлось лавировать между колоннами. К счастью, светящийся мох позволял им не налетать на препятствия, и он же позволил увидеть другую опасность. Неожиданно впереди разверзлась пропасть, на краю которой маячил рыжий меховой шарик. Свинопотам завис над самым обрывом.
– Более того, – принялся убеждать девочку Че, – ты должна освоить эти линзы как следует, чтобы научиться распознавать по снам друзей и врагов.
– Это вряд ли. Позади нас ковыляет другое чучело.
В доказательство она высунула из-под одеяла ножку и показала привидению.
Свет был не слишком ярким, но вполне достаточным, чтобы двигаться, не рискуя споткнуться или налететь на препятствие.
– Не в чем, а в ком. В твоем братце. Со смертью твоего отца он совсем отбился от рук и теперь стал хуже, чем когда-либо.
– А ты знаешь, в чем он заключается? – заинтересованно спросила Яне.
– Поздно, – вздохнула русалка. – Тучная Королева отрезала нас от укрытия.
Мела принялась рассказывать о том, что пришлось испытать Скриппи Скелли перед тем, как она оставила гипнотыкву. Скелетики наверняка слышали все это раньше, и не раз, но рады были послушать снова и снова, как детишки любимую сказку. Пока Мела заговаривала скелетам зубы, Яне тихонько подошла к одному из шкафов и заглянула внутрь. За дверью находился проход в замок, и его никто не преграждал.
Яне поняла, что наставлять демонессу на путь истинный занятие пустое, потому что путь у каждой из них свой: тот, который больше устраивает. Чуду-в-Перьях нравится быть сердобольной, а Метрии – любопытной и проказливой. Демонессу не переделаешь, и если уж приходится иметь с ней дело, надо принимать ее такой, какой она предпочитает быть. Это, по крайней мере, позволяет знать, чего от нее ждать. Разумеется, постольку поскольку. Поэтому девушка ответила Метрии не так, как собиралась вначале.
– Но… – Мела и Дженни хотели что-то возразить, но тут рядом с ними появилась птица рок.
– Наверное, правильнее было бы говорить «в закопаемые», – предположила Окра.
– Как это может быть?
– Точно! – воскликнула Мела. – Она сказала, что в шляпке Окра побьет того Вдребезга, так оно и вышло.
Прекрасная принцесса вскинула глаза.
– Верно.
– Вообще-то мы только что высказывали разные пожелания…
Кот прыжками несся сквозь заросли и поля, пока не привел компанию к крестьянской хижине, возле которой забавлялся с кучей всевозможных игрушек черноволосый, голубоглазый и выглядевший весьма смышленым для своего возраста мальчуган лет этак восьми.
– Этого котика.
– Нет. Тебе суждено быть заточенной и хранить свою нетленную прелесть до тех пор, пока кто-нибудь не найдет тебя и, плененный твоей красотой, освободит. В легендах этим занимаются в основном принцы, но на твоем месте я бы на это особо не рассчитывал Принцы вообще попадаются на дороге не часто, так что кто освободит, тому и будь рада. Ну, а сейчас переодевайся в свое лучшее облачение.
– Это я слышала от наставника. Но он не рассказывал, что оттуда могут выходить какие-либо существа, кроме кобылок-страшилок.
– Сейчас я тебя вытащу, – сказал Налдо. – Садись на меня и держись покрепче.
– Ты, наверное, Налдо, брат принцессы Нады! – с облегчением воскликнула она.
Че понял, что прелестные женские черты способны смягчить сердце и самого грозного демона. К счастью.
– В чем?
Найдя последний довод вполне убедительным, Мела сняла трусики со змейками и отправилась за следующими.
– Более того, – принялся убеждать девочку Че, – ты должна освоить эти линзы как следует, чтобы научиться распознавать по снам друзей и врагов.
– Как раз поэтому я и должна быть рядом с тобой.
Мела вытащила здоровенный, длиной в ее рост, коготь. В руках русалки он походил на огромный двуручный меч.
Да и вообще, от этих сопляков толку мало: такой и огреть-то толком не может. Лучше тебе выйти за вдовца, вот хоть бы за Дам-Поддыха.
– Ох! – выдохнула Гвенни, – Надеюсь, это не…
– Точно не знаю… Кажется, что-то, имеющее отношение к обыкновенским темницам. Перебрал говорил, да я запамятовала.
– А теперь снова одетая, – растерянно проговорила Гвенни. – А что ты там говорила насчет мыслей?
Какой бы хилой ни была она по огрским меркам, раскидать жалких гауссов не составило ей ни малейшего труда. Вернувшись в палатку, Окра обнаружила, что Мела так и не проснулась, в то время как несколько клещей, тихонько присосавшись, тянут из нее кровь.
– Не больно-то ты похожа на огрицу, – заметил Грей.
– Точно не знаю… Кажется, что-то, имеющее отношение к обыкновенским темницам. Перебрал говорил, да я запамятовала.
Превратив ноги в хвост, русалка забралась в водоем.
– Интересно, – пробормотал Че, – нет ли здесь и крылатых кентавров?
После недолгого колебания птица сосредоточилась на кентавре. Взлететь она не могла, для этого даже огромный зал был слишком тесен, но ей того и не требовалось. Настичь добычу она могла в несколько шагов.
– Не бойся. Я ведь обыкновенка, и во всех моих блюдах все, кроме названий, обыкновенное. Вся магия сводится к тому, что они выглядят под стать названиям, но никаких чудесных свойств у них нет. Кроме вкуса.
– Конечно.
– Но тогда огрица..
Окра хрипнула. Весьма основательно.
– Безвыходных положений не бывает, – заявила Яне. – Надо посмотреть вокруг, вдруг да найдем что-нибудь полезное.
Поутру все отправились в путь, причем демонесса снова увязалась следом. Причины этого Мела не понимала, ведь она у же выбрала трусики, а значит, тайна их цвета перестала быть тайной. Было ясно, что Метрия присоседилась к ним не по доброте душевной, поскольку ни души, ни доброты у нее не имелось. Возможно, она просто забыла, что забава закончилась, но спрашивать ее о чем бы то ни было русалка не хотела из опасения подбить на новую каверзу.
Но Гвенни и тут нашла выход: она бросилась вперед, прямо к той ноге, которой птица в данный момент цеплялась за пол. Удивленная Роксана выпростала когти, чтобы схватить девочку, но та оказалась проворней и успела пустить в ход палочку. Но теперь она не стала бросать противницу на стену, а оставила ее в подвешенном состоянии, так что та не могла двинуться.
– Мы втроем явились к Доброму Волшебнику с Вопросами, но он, вместо Ответа, отослал нас к принцессе нагов Наде, которая препроводила к своему брату Налдо, а тот сказал, что поможет нам, если мы передадим тебе это известие. Таким образом…
София охнула.
– А по этому стеблю нельзя спуститься? – спросила Дженни, указывая на высокое растение с прозрачными листьями, как раз напротив которого уселся Сэмми.
– Но я имел в виду яйцо! – завопил мальчишка.
– Если идти пешком, то конечно, – согласился Налдо, – но это легко поправить. Сейчас мы выберемся по этому каналу из пещеры, и Кондрак соберет крылатых чудовищ, а они отнесут вас куда надо.
Девочка снова направилась в ту строну, куда удалился кот, но на сей раз Гвенни и Че присоединились к ней.
– А ты разве не знаешь про гипнотыкву? Про Сонное Царство, откуда ночные кобылицы разносят состряпанные там кошмарные сны?
– Может быть, но я ведь не взрослый кентавр, а только детеныш. И логика у меня соответствующая.
В тот же миг служанка преобразилась: из неприглядной особы в тускло-коричневом платье превратилась в великолепно одетую красавицу. Вообще-то ей ничего не стоило сделаться настолько прекрасной, насколько хотелось – Дженни подумала, что для семейной жизни эта способность весьма полезна.
– Нет, – тяжело вздохнула Гвенни. – Подрывные элементы – это те, кто подрывает основы государственного устройства и общественной нравственности. Как выявишь такого, устрой ему головомойку.
С досады она начала злиться и выходить из себя: ей даже пришло в голову спросить волшебника, стоит ли возвращаться обратно? Однако эта мысль была отброшена: а вдруг он просто-напросто скажет «Нет» и за одно это слово заставит служить ему целый год? Но волшебник, видимо, жил далеко, во всяком случае, ничего похожего на замок ей не попадалось. Она продолжала грести, гребля подталкивала к размышлениям, и в конце концов у нее возникла идея спросить, как ей стать Главным Действующим Лицом.
Должно быть, он забрался в мешок, когда Окра расправлялась с гнуссами, а стоило ей заснуть, принялся сосать кровь.
– Должно быть, это ужасно: стать взрослым, потерять интерес к веселым забавам и начать заниматься всякими тоскливыми глупостями.
– С того, что ее кот может найти все, что тебе нужно, а сама она способна поговорить с Роксаной с помощью творимых ею снов.
Ракета с громом и дымом приземлилась возле горы, и Че покатился со смеху, глядя на разбегавшихся перепуганных гоблинов. Окра открыла люк.
– Предания, задания, издания…
– Но что это за полизниг такой? Что она там такое лижет, чего сами демоны полизать не могут?
– И государем не называй. Вообще никак не называй, это пустая трата времени.
– Рррр! – сказал кот.
– Не в том загвоздка, с помощью палочки Гвенни поднимет что угодно.
– Спичек, – вмешалась в разговор русалка. – Бедная малютка добывает пропитание продажей спичек. Может, и ты купишь хоть одну, чтобы помочь невинной, беззащитной, большеглазой, смышленой крошке.
– Но я спутник Гвендолин и прибыл с ней сюда, чтобы помочь ей получить яйцо, – возразил Че. – Вот и выходит, что для моего спасения необходимо помочь ей.
События обрушились на Че столь стремительно, что было отчего растеряться. Только что он и Дженни сидели взаперти в клетке, и вдруг, в одно мгновение оказались на воле, лицом к лицу с очаровательной русалкой, огрицей, отличавшейся от соплеменниц явной нехваткой огромности и безобразия, и молодой женщиной со столь знакомой внешностью, что он едва не принял ее за другую. Однако кентаврам несвойственно впадать в панику, и Че быстро сориентировался в изменившейся обстановке. Русалку Мелу и огрицу Окру он уже видел на гобелене и узнал почти сразу, а они представили свою третью спутницу – весьма порядочную девушку по имени Яне. Как оказалось, эта троица представляла собой команду, направленную птицей Симург для его вызволения. Что они и сделали, выменяв у Роксаны пленников на семечко времяники.
– Стоит нам назвать число, как таблица нас на него и умножает, – заявил Че. – Гвенни сказала, сколько ее, и ее стало во столько раз больше. А я сказал, сколько нас вместе, с тем же результатом. Боюсь, мы попали в затруднительное положение.
Окра зарделась.
– Думаю, не только этим, – отозвалась Гвенни с той же насмешливой серьезностью, – хотя сказать, чем еще, не могу, поскольку в Тайны Взрослой Жизни еще не посвящена. Догадываюсь только, что чем-то очень приятным.
– Я? – недоверчиво переспросила Яне.
Яйцо было прекрасным, только вот из него ничего не вылуплялось. Птица рок потеряла счет времени, однако полагала, что находится на верном пути к освобождению, Ведь теперь она строго соблюдала все предписания; в частности, ела только тех, кто намеревался приблизиться к;яйцу. А такие находились: одни заявлялись поодиночке, другие целыми компаниями. Когда пришельцев оказывалось несколько, Роксана запирала их в клетках про запас.
– Может, болтушка?
Сэмми стремительно протащил Че по Драконий.
– Мне тоже так кажется, – сказал дракон и заключил ее в объятия.
– Думаю, они должны приблизиться друг к другу… вот так.
– Да. Семя, о котором шла речь, имеет свойство ускорять или замедлять ход времени для отдельных существ или предметов. Мы ускорились, и птица не смогла помешать нам забрать вас оттуда. Но вот потолковать с ней у нас не вышло.
– Все в порядке, – успокоила ее Роза. – Это и есть наряд принцессы. Вы с Айви одинакового роста, да и ножки у вас одного размера. Сама-то Айви сейчас гостит в дорогом моему сердцу замке Ругна, но она будет рада узнать, что я дала поносить ее платье такой прелестной просительнице.
Конечно, ей понятно, что хорошие мужья на зачарованных тропах не валяются, и поэтому требования у нее самые умеренные. Ей подойдет любой красивый и умный принц, способный оценить ее по достоинству.
– Вот что любопытно, – задумчиво промолвила Окра. – Как мне показалось, его это не испугало и не рассердило, а скорее позабавило. Хотелось бы понять, почему.
– Неважно, – поджала губы Метрия. – Я-то здесь по делу, а насчет тебя думала, что вовсю чешешь домой, чтобы сделаться там губернатором.
– Мела, по-моему, эти ты не меряла. Они свалились на пол, и их проглядели.
– Нада! – радостно вскричал Че, для которого все неожиданно встало на свои места. Как принцесса нагов Нада была напрямую заинтересована в улучшении гоблинских нравов, ведь гоблины совершали набеги на владения ее народа. Именно это послужило причиной союза нагов с людьми и ее памятного обручения с принцем Дольфом.
– Ну вот, я так и думала. У тебя на спине клещ.
– А вот и нет, – возразила Яне. – Надо только ускориться, и времени будет сколько угодно.
– А остальные? Им можно пойти со мной?
– Я Че, крылатый кентавр.
Нельзя сказать, чтобы слова принца развеяли опасения Мелы, знавшей, что грифоны очень любят всячески терзать таких соблазнительных русалочек, как она. Однако ей следовало подать пример спутницам. Кроме того, коварная юбка уже начала задираться, а тапочки разъезжаться, грозя усадить ее перед грифоном в излишне соблазнительную позу. Подвергать же чудовище лишнему искушению определенно не стоило. Руководствуясь этими соображениями, Мела усилием воли подавила в себе страх, шагнула на самый край уступами, потянувшись, схватила чудовище за передние лапы.
– Тайвань просто помешана на правилах и приличиях, – промолвила Дана. – А вы не нимфы, чтобы бегать с голыми ягодицами. Поэтому попрошу Метрию первым делом отвести вас к Трус-дереву.
– Откуда ему знать? – откликнулась Яне, не испытывавшая особой симпатии ко всему драконьему племени. – Наверняка у него нет никакого очага. Но как бы он не вернулся.
Несмотря на то что да каждой площадке Че хлестал девочек хвостом, делая их легче, подъем все равно оставался тяжелым. А когда на небе появилась туча, они перепугались.
Потом друзья явились в Кутежную пещеру, где гоблины обычно устраивали пиры. Раньше они туда не заглядывали, поскольку Гвенни вообще предпочитала поменьше выходить из своих покоев из-за плохого зрения, ведь открыто носить в Горбу очки могла только Дженни. Но сейчас следовало заглянуть непременно: будущий вождь не мог избегать общественных мест. Все должны были видеть, что Гвендолин свободно разгуливает, где хочет, и со здоровьем у нее все в порядке.
– Правда? Берите, что хотите. Я тут понаделал всяких штуковин для забавы.
– Или я избавлюсь от Дженни? – подхватила Окра.
– А вы знаете, что Джордан Варвар побывал в этом подземелье несколько столетий назад, – заметил Че. – Но он ухитрился найти другой выход.
Однако одернутая сзади юбка стала задираться сбоку, да и тапочки норовили разъехаться, в результате чего ее ноги стали видны опять же до самых трусиков. Бедная русалка не знала, на чем сосредоточиться, то ли на разговоре, то ли на борьбе со своенравной и невесть чего добивающейся одеждой. В прежние времена ее ничуть не заботило, кто там что у нее видит, но ведь тогда она не носила трусиков. Теперь ей приходилось соблюдать сухопутные обычаи, а в таком наряде это было весьма непросто.
– Ишь, какие словечки знает, – хмыкнула Метрия. – Но эту идею тебе наверняка внушил дракон, а драконы наипервейшие вруны.
– КТО ТЫ, ПО-ТВОЕМУ, ТАКАЯ? И ЧТО, ПО-ТВОЕМУ, ТЕБЕ НУЖНО?
– Не исключено, – вынужден был согласиться Че. – Похоже, нам опять не повезло.
Сейчас она напряженно гребла и, стало быть, должна была напряженно думать, но поскольку настоящее предмета для напряженных раздумий вроде бы не предлагало, она стала думать о своем прошлом. А поскольку думала Окра изо всех сил, прошлое предстало перед ней чуть ли не воочию.
Путь к Главному мосту и вправду оказался недолгим, но, подойдя к нему, друзья остолбенели от страха. Прямо посередь моста, загораживая дорогу, расселся здоровенный, ростом не меньше огра, рогатый и клыкастый демон со столь свирепым взглядом, что даже воздух перед его горящими зенками дымился и дрожал от ужаса.
– Да ну?
Так или иначе дикие женщины не могли обнаружить тропу, а ломясь сквозь кусты, отстали и вскоре скрылись из виду Сами беглянки тоже изрядно запыхались, однако, не будучи уверенными в том, что окончательно оторвались от преследовательниц, еще долго не сбавляли шагу.
– Все равно, попробуем у них спросить, – промолвила Дженни и направилась к парочке, лежавшей среди цветов на краю полянки. Однако, сделав несколько шагов, резко остановилась.
– А как насчет оброненных перьев? – спросила огрица.
– А еще я тебе скажу… – разошлась Окра.