НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ

– Этого котика.
– Это благодаря семени. Времяника дала мне возможность долбить сколько нужно, иначе ничего бы не вышло.
Дженни попыталась представить себе, каково это заменить очки на линзы, но ей показалось, что без очков она почувствовала бы себя голой.
– Тьфу, ничего не выйдет! – воскликнула Мела. – Мы же в Ксанфе, здесь ни у кого нет денег. Все тугрики и прочие по норам прячутся. Как тут можно что-то продавать и покупать!
– Достаточно, Дженнифер, – важно кивнула Взрослая и перевела взгляд на Че.
– А что, она не могла извиниться перед ним прямо здесь? – усомнилась Дженни.
– А помнишь, как ты передышала того дракона? – не унималась Яне. – Там у тебя семечка не было.
– Бедная сиротка! – закатила глаза Мела.
– Постараюсь, – ответила та и нырнула под лестницу, где ее трудно было схватить.
– Ладно, хватит. И так знаю, какой ты умник.
– В чем дело? – спросил кентавр. – Мы идем своей дорогой, никого не трогаем. Дай нам пройти.
– Они предназначены для использования ночными кобылицами со слабым зрением. Отсюда вытекает третья проблема. Надевший их видит сны так, как видят их кобылки-страшилки – Ну, какая тут пробле… – начала было Дженни, но тут же осеклась. – И дурные тоже?
– Тайна Заговора взрослых! – воскликнула Гвенни.
– Так вот что так интересовало Метрию! – догадалась Яне. – Она хотела посмотреть, как трусики из шотландки заставят выпасть в осадок не кого-нибудь, а волшебника.
И она, не дожидаясь ответа двинулась к центру пещеры.
Меле эта логика показалась сомнительной, но весомых возражений у нее почему-то не нашлось. Поэтому принц принял змеиное обличье, а все три спутницы разделись, а потом сняли трусики и остались обнаженными, как нимфы. Сложив вещи, они вопросительно посмотрели на змея.
– Неодушевленные предметы, – подсказал Че.
– Меня, чтоб ты знала, зовут Пифон Парнасский и я говорю на всех языках, потому как моя обязанность ограждать эту гору от посторонних. А посторонние, они на каких только языках не лопочут. Так вот, менады сообщили, что ты доставляешь им беспокойство.
– Привет, дракон, – сказала она. – Давай познакомимся. Как тебя зовут и чего ты от нас хочешь?
Например, с леденцами: надо честно предупредить ребенка, что от переедания ему будет плохо, а не поверит, так дать попробовать. Я вот раз переел леденцов, промаялся ночь животом и теперь знаю, что к чему. Если играть с огнем опасно, нужно дать ребенку поджечь солому и посмотреть, что из этого выйдет. Даже если он чуточку обожжется – беда невелика; зато память будет на всю жизнь. То же и со сном: лучше предоставить ребенку возможность ложиться, когда вздумается, но будить к завтраку вместе со всеми. При таком подходе к делу он быстро усвоит, сколько времени нужно ему для сна. А вот решать все за детей, не давая им самим удостовериться в том, что для них хорошо и что плохо, по-моему, не правильно.
– Вот что любопытно, – задумчиво промолвила Окра. – Как мне показалось, его это не испугало и не рассердило, а скорее позабавило. Хотелось бы понять, почему.
– Сомневаюсь, что Симург послала нас сюда, чтобы мы вызволяли да выручали всех подряд, – буркнула Окра.
– Я не.., не помню, – пролепетала женщина с глубоким вздохом, всколыхнувшим грудь и заставившим мерцать и переливаться серебристо-зеленую, в тон малахитовым волосам и удивительным, глубоким как море глазам, ткань платья.
Дженни посадила кота себе на плечо, а потом, после того как все трое взялись за руки, коснулась одного из листьев. В то же мгновение все вокруг изменилось.
Да и остальные выглядели не легче.
– Глупости! – фыркнула Дженни. – Деревья машут ветками, только когда дует ветер, а уж переплетать их точно не умеют, – девочка шагнула вперед и тут же наткнулась на перегородившую ей путь толстую ветку.
– Поняла! – воскликнула Яне. – Ветер-раны наносят ветру раны.
А моего мужа больше всего интересовали возможные заговоры и козни против него. Только теперь мне стало понятно, как он, не отличаясь особым умом, ухитрялся раскрывать самые хитроумные злоумышления. Я презирала его, но поддерживала, исходя из интересов дочери, а он, оказывается, знал это и не мешал. Мои планы ничуть не угрожали его власти. Грыжа даже допускал меня к делам правления, высвобождая таким образом время для забав с другими гоблиншами. Ну так вот… – Годива собралась с духом и перешла к самому неприятному. – Горбач владел ухом всего час, как только пропажу обнаружили, ухо у него отобрали. Но этого времени вполне хватило: гадкий мальчишка услышал то, что интересовало его больше всего.
Все, не сговариваясь, перебежали на другой край.
Как такое может быть?
Когда спутники увидели гоблинов, кативших по тоннелю бочку варенья и тащивших корзину печенья, им не пришлось гадать, кому все это предназначается. Они пристроились за носильщиками и проникли в комнату вместе с ними.
«Ну вот, – подумал Че, – опять та же песня. Взрослые никогда не принимают очевидного ответа, а переиначивают все наоборот и усложняют, чтобы казаться ужас какими умными».
Роксана понимала, что, бросившись на эту девочку, она неминуемо загубит свое сокровище. Правда, – ничто не мешало ей сцапать другую.
– Талант?
Источник, питавший невидимую реку, находился не у подножия, а выше, так что она низвергалась с железного уступа невидимым водопадом. Оставив лодку у подножия, спутницы стали подниматься по железному склону. Он был почти отвесным, но к счастью на нем имелись железные ступени и железные же перила, за которые можно было держаться. Но когда они одолели примерно половину пути наверх, в небе появился дракон. Яне узнала его и страшно перепугалась.
– Смотри, я решила оставить тебя в живых, но могу и передумать, – невозмутимо отозвалась Гвенни.
Только без действующей палочки тебе отсюда не выбраться. Даже если ты сумеешь перебраться через пропасть, на той стороне, я уверена, тебя будет поджидать целое стадо свинопотамов. С разинутыми пастями.
– Еще как есть, – заявил Че с еще более снисходительным видом.
– Прости, – сказала Мела. – Наверное, мне не следовало ему угрожать. Но он вел себя не лучшим образом.
Теперь они шли на запад, прямиком выраставшей с каждым шагом горе. То был родной дом Гвенни, но ей нечасто доводилось смотреть на Горб снаружи. Конечно, она навещала гору, но кентавры доставляли девочку туда и обратно по воздуху, к тому же ей приходилось снимать очки. Сейчас она впервые видела Гоблинов Горб с земли.
– Да, я получила два камня вместо одного, – вынуждена была признать Мела, – но все равно из-за этого Кондрака оказалась в затруднительном положении. Не вздумай он в тот раз поджарить моего мужа, мне не пришлось бы сейчас искать нового и таскаться по суше на этих не очень-то удобных ногах. Она приподняла край юбки и осторожно, так, чтобы не открылись трусики, показала эти самые ноги.
Да и остальные выглядели не легче.
Демон хмуро уставился на нее из-за стола.
Че взглянул на Гвенни.
– Ускорься! – крикнула Окре Мела. – И попроси тех, кого мы выручили снова подвесить птицу с помощью палочки. Тогда с ней можно будет поговорить без помех.
– А я думала, Добрый Волшебник женат на Горгоне, – сказала она. Вообще-то ей совсем недавно говорили совсем другое, но тому источнику информации русалка тоже не доверяла.
«А ведь птица рассуждает разумно, – подумала Окра. – Вряд ли Симург стала бы заставлять ее веками высиживать яйцо, чтобы потом вот так запросто…»
После чего громко произнесла все ЗАПРЕТНЫЕ СЛОВА, которые знал мальчишка. А произнеся, сморщилась с таким видом, словно ей хотелось прополоскать рот.
– Наша? – удивилась Яне.
– Это еще зачем? – не поняла Мела. – Надо примерить, так я и здесь могу.
– Знаете, – сказал через некоторое время Че, – птица, как я понимаю, не настоящая. Это просто скульптурная композиция «Яйцо меж роком и твердью». Ну что ж, тем легче нам будет это яйцо забрать.
– Как сказать. Какие бы трусики ты ни надела, хоть совершенно прозрачные, они будут иметь цвет, а значит, на вопрос можно будет ответить.
– О, привет, сестренка, – хмыкнул он. – Хочешь знать, что я о тебе думаю?
Секретного, так что рассказать о нем никому не сможешь.
– Хотела, – кивнула огрица. – И теперь вижу, Что ты предоставил мне такую возможность. Но я не воспользовалась ею, потому что не смогла избавиться от Дженни.
– Наверняка, – согласилась Мела. – Но поскольку ветер дует с той стороны, нам нужно просто обойти замок кругом и зайти с обратной.
– Но… – слабо попыталась возразить Окра, но тетушку уже было не остановить.
Возможно, по части огровой тупости она не так уж безнадежна?
– Бедная, маленькая, невинная сиротка со спичками! – торопливо выпалила Окра.
– Че, – покачала головой Гвенни, – опять ты понес кентаврскую заумь. Ну что, скажи на милость, означает это твое ситу.., пра.., даже не выговорить!
Некоторое время девушки без толку суетились у подножия, но неожиданно Окра радостно воскликнула:
Затем новоприбывших пригласили в трапезную, где они удостоились любезного приветствия короля Дора, королевы Айрин и по-юношески нескладного принца Дольфа. А когда к столу вышла Электра, Че поразился.
Поблескивая зеленоватой чешуей, дракон выпустил из ноздрей две струйки пара, обварив кусты по обе стороны тропы. Еще несколько мгновений, и они превратятся в паровые биточки.
– Но как можно практиковаться здесь, в Сонном Царстве, когда здесь ничего кроме снов и нет? – спросила Гвенни. – Кстати, каким образом я могла проникнуть в сон Дженни, если сама Дженни здесь? Разве можно видеть сон во сне?
Ясное дело, что упустить возможность высидеть-таки ставшее для нее роковым яйцо птица рок не могла.
– Но ты же русалка. Разве русалки тонут? – удивилась Окра.
Все согласились, хотя предпочли бы знать, что именно им стоит поискать. Впрочем, выбор был невелик: равнина вокруг замка не радовала взор разнообразием. Лишь на самом ее краю, у кромки кустов, виднелась неказистая хижина. Забравшись внутрь, спутницы обнаружили, что она битком набита всяким хламом: кусками парусины, курточками из плотной ткани и разнообразными куклами – одни были в виде развеселых девиц, другие – суровых старцев, а третьи – важных очкастых дядек в белых халатах.
Как и говорил Добрый Волшебник.
Изумленный Вдребезг со свистом выпустил воздух.
– Есть у меня задумка, – сказала Годива, – но претворить ее в жизнь можешь только ты, дочка. Потому что согласно обычаю ты можешь претендовать на определенную власть над Горбачом. Ты его старшая сестра: сам он может смотреть на это как угодно, но мужчины Гоблинова Горба не дерзнут отрицать столь очевидный факт. Конечно, мне страшно поручать тебе такое дело, но другого выхода я не вижу.
Не желая сносить насмешки, Окра сторонилась других огрят, своих ровесников или сверстников. Впрочем, назови она кого-нибудь из них одним из этих чудных слов, они просто не поняли бы, о чем речь, и могли бы обидеться. «Дубина», «болван» или «остолоп» – прозвища понятные и почтенные, а за какую-то невразумительную заумь можно и схлопотать. В итоге получалось, что большую часть времени юная огрица занималась работой по дому и чем настойчивее терла кастрюли или отскребала грязь с полов, тем настойчивее лезли в ее голову назойливые умные мысли.
Однако она прекрасно понимала, что как ни безобразен Горб с виду, худшее, и несравненно худшее, творится внутри. Теперь ей придется вплотную столкнуться с самыми неприглядными сторонами гоблинской жизни, а Годива уже не сможет ограждать дочку от невзгод и опасностей. Гвенни оставалось надеяться на себя и друзей. На то, что они помогут ей не увязнуть в этой трясине.
– Так ведь разбудила ты меня наяву. Ты создала сон о реальности и поэтому попала в реальность. Где мы все – и я, и Сэмми, уже находились. Только спали.
Плюх! Взметнув тучу прибрежного песка, суденышко на полном ходу залетело в воду, так что все трое оказались в ней по пояс.
– Это просто замечательно, – сказала Мела. – Я от души, рада за тебя, Яне. И надеюсь остаться твоей подругой, хотя ты нынче вышла в принцессы и мы с Окрой тебе не ровня.
– Здорово, мне бы тоже хотелось. Но самого себя мне не изменить. Вот деревяшки, каменюки и все такое – это сколько угодно.
– Эй, – сказал он, – а почему ты не велишь поискать выход своему тупому коту?
Метрия рассмеялась.
Гвенни брызнула на него водой из Леты.
– Стоп, стоп стоп!.. – замахал руками другой демон, клыкастый, рогатый и хвостатый. – Так не пойдет. Ты не должна выдавать эту информацию просто так. Пусть он сначала попросит.
– А вот возьму и не стану надевать никаких.
– Ничего, – бодро заявила Дженни. – Вот сделается Гвенни вождем, и все у них переменится. Гоблинам просто недостает надлежащего руководства, а сами по себе они не такие уж плохие Взять хотя бы Придурка, Недоумка и Идиота – они ведь славные ребята. Помнишь, как они принесли нам шипучки, и мы устроили чудесный бой с прыскалками.
Яне раскрыла рот, но не смогла вымолвить ни слова.
– Именно так он и выразился, – призналась Мела. – Но я пригрозила показать ему мои трусики, и тогда Волшебник велел нам поговорить с нагой Надой, Не в том смысле, чтобы с голой, а с принцессой нагов.
– Раньше я всегда удивлялась тому, почему розовые трусики считаются особо заманчивыми, – восхищенно промолвила Яне. – Но теперь мне ясно. Они такие… такие…
Правда, будучи человеком, она никогда не участвовала в некоторых забавах, которым предавались нимфы с фавнами, а лишь наблюдала за всем этим со стороны.
– Общего? – переспросила Мела.
Свинопотам, надвигавшийся сзади, пустился вдогонку, но его вывороченные ноги не позволяли сравниться с беглецами в скорости. Второе чудовище продолжало удерживаться на весу силой палочки и плыло по воздуху перед ними.
– Это благодаря семени. Времяника дала мне возможность долбить сколько нужно, иначе ничего бы не вышло.
Правда, Грей Мэрфи обещал, что в замке они получат одежду. Это было бы замечательно, только вот в замок требовалось еще попасть.
– Боюсь, ты прав, – печально согласилась она.
– Вот и я думаю, мысль насчет Сэмми пришла ко мне как-то слишком уж легко, – согласился кентавр. – Но будем надеяться, что ее не наколдовала мне какая-нибудь ведьма, и ничего дурного с нами не случится Они поспешили за Дженни, которая уже успела пересечь пряничный мост и следом за котом приближалась к открытым воротам Кот шмыгнул под арку, а вот эльфесса неожиданно остановилась, да так резко, что Гвенни и Че едва на нее не налетели. Она стояла, задрав голову, и, проследив за ее взглядом, Че увидел преграждавшего путь великана Точнее, великаншу.
– Шляпу сними! – закричали в один голос Яне и Мела.
Служанка принесла и разложила по тарелкам суфле.
– Это само собой. Как только мы перестаем на них концентрироваться. Ну и что?
Однако как она ни старалась, пальцы, вопреки ее воле, завязывали узел надежно. Сначала Окра не могла понять, в чем тут дело, но потом сообразила: гадкая Дженни и сейчас оставалась Главным Действующим Лицом, а с такими лицами, как известно, ничего дурного не случается. Если они и попадают в затруднительное положение, то непременно ухитряются выпутаться. Вот и сейчас она, Окра, по иронии судьбы вынуждена помогать похитительнице ее роли. Противно, но никуда не денешься!
– А почему он так чудно называется?
Через некоторое время тесные темные коридоры сменились более просторными пещерами, освещенными светящимися грибами. С разбегу влетев в одну из них, Сэмми остановился у стены, рядом со свернувшейся кольцом огромной змеей.
– Да, это уж точно.
Меня интересует только твое мнение.
Дженни посадила кота себе на плечо, а потом, после того как все трое взялись за руки, коснулась одного из листьев. В то же мгновение все вокруг изменилось.
– Еще как дрогнул, – подтвердил Налдо. – Он все удивлялся тому, что огрица вроде бы ни тупостью не блещет, ни безобразием, а из головы у него никак не идет.
На следующий день вся троица прогулялась по горе, причем Гвенни вступала в разговоры с гоблинами, выясняя их настроение. В преддверии провозглашения вождя это могло оказаться очень важным.
– А, вот оно что. А я думала, это обычная застольная Драка.
– Неплохо бы найти подходящее местечко для привала, – промолвила Дженни, и кот Сэмми тут же сорвался с места. Дженни поспешила следом, потому что хотя ее котик мог найти что угодно, ему ничего не стоило потеряться самому. Че и Гвенни последовали за ней.