ПРЕДСТАВИЛИ СВОЮ ТРЕТЬЮ СПУТНИЦУ

– Кто?
Перед тем как закрыть глаза, Гвенни обвела зеленую нишу взглядом.
– Да, я получила два камня вместо одного, – вынуждена была признать Мела, – но все равно из-за этого Кондрака оказалась в затруднительном положении. Не вздумай он в тот раз поджарить моего мужа, мне не пришлось бы сейчас искать нового и таскаться по суше на этих не очень-то удобных ногах. Она приподняла край юбки и осторожно, так, чтобы не открылись трусики, показала эти самые ноги.
– Тот самый, на который не сумел ответить Добрый Волшебник.
– Эти математические действия родственны, – указал другой Че. – Одно из них обратно другому. Да, делить эта таблица ничего не станет, но мы можем умножить дробь на дробь.
– ЭТО СЕМЯ ВРЕМЯНИКИ. РОКСАНА ПОЙМЕТ, ЗАЧЕМ ОНО НУЖНО. А ТЕПЕРЬ ПОДСТАВЬ ДРУГУЮ РУКУ.
– Это потому, что ты порядочная девушка. А вот я нет, и поэтому мне все ясно.
– Наверняка потрясает воображение, – сказал Че.
В то же мгновение оно озарилось исходящим откуда-то из центра ярким светом. Испускаемые им лучи не слепили, но сообщали радужный оттенок волосам, коже и одежде. Все трое вдруг почувствовали себя важными персонами: так бывает со всяким, кто искупается в лучах славы – О и – испуганно воскликнула Гвенни. И было отчего Доселе неподвижная птица рок расправила крылья, приподнялась и уставилась на них сердито сверкающими глазами.
– Думаю, она хочет, чтобы мы догадались, – сказала кентавр. – Заставляет нас заняться этим как бы в наказание за нежелание признавать правоту взрослых и их Заговора. Вообще-то виноват я, но вы меня поддержали, вот она и прицепилась к нам всем.
Заметив приближавшуюся компанию, молодой человек остановился.
Но Мела не удовлетворилась и ими: ей казалось, что по-настоящему своих трусиков она еще не нашла. Демонесса нахмурилась, а потом стала выносить нечто совершенно невероятное. Например, трусики с золотистыми кружевами и тонюсенькими, вызванивающими на ходу нежные мелодии, цепочками. Трусики цвета полуночного неба с серебряной, убывающей и прибывающей, луной и мерцающими па ходу звездами почти удовлетворили ее, но в последний момент русалка сообразила, что их не слишком удобно показывать при свете солнца – звезды могут померкнуть.
– Гордиевым узлом. Он волшебный, и развязать его может только тот, кто завязал. То есть никто, кроме самой птицы рок.
– Это каким манером? – поинтересовалась Мела.
– Трусики – это вещь особенная, а Дана имела в виду не только их. Понимаешь, безо всякой одежды ты можешь сойти за красавицу нимфу, а одетой – за обольстительную женщину. Но ходить в одних трусиках не позволено никому, ибо это запрещает Заговор взрослых.
– Но ведь это не твое дело! – воскликнула изумленная Яне. – Тебе все равно, кто станет у гоблинов вождем. Да и вряд ли ты справишься со Вдребезгом. Однако, не успев договорить, она подумала, что это не столь уж очевидно.
– Ты собирался на мне жениться, но теперь нам с тобою выпало биться.
– Нет, ему это не понравится. Кроме того, он может запутаться в ней и даже задушиться. Но нам нужно найти… – она осеклась, заметив что Сэмми уже насторожился и готов пуститься бежать. – Что же делать?
– Ха, какой-то старый коготь! Речь шла не о нем, а о драгоценном яйце.
– Аргументируй! – потребовала Взрослая, наверняка думавшая смутить маленького кентавра таким мудреным словом. Но тут она дала маху.
– Честь имею представиться – дракон Драгоман, – промолвил он. – Могу ли узнать, кто осчастливил мое скромное жилище своим появлением?
– Да то, что я спросила об этом Волшебника, который переправил меня к твоей сестре, а та к тебе. Вот я и думаю, может, тебе на сей счет что-нибудь известно. Я-то точно ничего не знаю.
– Не всем же тебе заниматься, – вмешался Налдо. – Я, кажется, обещал исполнение желаний каждой из вас, и до сих пор слово держал. Все будет исполнено, но для проверки я хочу; чтобы Мела еще раз сказала, какой именно муж ее устроит.
– Ой!
Над головой кота снова появилась карта, проложенный на ней маршрут вел к тому самому месту, откуда они явились. Это значило, что Гвенни удалось очистить переправу от свинопотамов.
– Надо же, – восхитилась Дженни, – ты сумел от нее отделаться! Как тебе это удалось?
В случае удачи обыкновен может выиграть магический талант. Проигравший выбывает.
– Вполне возможно, – согласилась вылезшая следом за Окрой Яне.
– Давайте я превращусь в змея, – предложил принц. – Ограничения, о которых вы говорите, не распространяются на животных, так что можно будет считать, будто никто ничего не нарушил.
– Вы можете раздеться, – сказал Налдо. – Мы с Кондраком ничего не имеем против.
– Так зовут здешнего хозяина, – подтвердил принц. – А ты ожидала найти тут кого-то другого?
– Да, да, – кивнул профессор. – Мотай на свой участок и доложи о прибытии. Тебе скажут, когда приступать к репетициям. Чудо, отведи ее.
– Но я вовсе не называла себя очаровательной, это было бы нескромно, хотя, возможно, и соответствует действительности. Говоря о чарах, я имела в виду обыкновенную магию. У меня есть амулет.
– Но если так, – вступила в разговор Годива, – то она всем волшебницам волшебница, ведь она может добиться всего, чего пожелает! Вообще всего! Столь могучего таланта еще не имел никто в Ксанфе.
– Для меня нигде нет ничего хорошего, потому что хочется мне одного – летать, – буркнула Роксана.
– Не приближайтесь! – предостерегла Гвенни стражников, и те нехотя отступили. Направляя Горбача перед собой, она углубилась в тоннель. Дженни и Че последовали за ней.
Сэмми тем временем остановился у реки. Маршрут на его мысленной карте пролегал не по реке, а через нее, поэтому друзья нашли припрятанный на берегу свой старый плот и спустили его на воду, чтобы переправиться.
– Ну, это уж слишком! Я всего-то и хотела, что познакомиться. Откуда мне было знать, что она такая привереда.
Сама невидимая тропа была ухоженной, ухабов или колдобин, не считая иллюзорных, на ней не попадалось, а вот кто ее проложил и поддерживал в порядке, оставалось тайной.
Дженни усмехнулась, но тут же сделалась серьезной.
– То есть ты и вправду считаешь, что от детей ничего не надо скрывать? Ты хорошо подумала? – в голосе Взрослой звучало суровое предостережение.
– Речек да ручьев там полно, – тонким голосом сиротки пропищала Метрия. – А что?
– А тебе что приспичило? – обратился волшебник к Яне.
– Надо же, об этом мы и не подумали. Может быть, никакого яйца нам не требуется.
Поутру все отправились в путь, причем демонесса снова увязалась следом. Причины этого Мела не понимала, ведь она у же выбрала трусики, а значит, тайна их цвета перестала быть тайной. Было ясно, что Метрия присоседилась к ним не по доброте душевной, поскольку ни души, ни доброты у нее не имелось. Возможно, она просто забыла, что забава закончилась, но спрашивать ее о чем бы то ни было русалка не хотела из опасения подбить на новую каверзу.
– Правда? – удивился Че. – А почему?
– Тебе меня не запутать и с толку не сбить. До встречи в замке.
Они обнаружили себя в сумрачной пещере. Яне с Окрой стояли на каменной плите, а Мела оказалась у самой кромки воды. Куда и плюхнулась, не сумев удержать равновесия. А плюхнувшись, принялась ругаться и отплевываться, поскольку вода была пресной.
– Приятная парочка, переселенцы из тыквы, – пояснил Че. – Косто потерялся, и был выведен наружу огром Эхсом, а Скелли изгнали в наказание за то, что она испортила кошмарный сон. Потом они стали жить вместе и теперь, возможно, уже вызвали аиста.., или не знаю, что да как они делают. Может быть, просто собирают младенческий скелетик из маленьких косточек. Ходячие скелеты часто являются в снах и пугают людей, но вовсе не со зла: просто у них такая работа. Кому доводилось свести с ними знакомство, считают, что они народ славный и вполне дружелюбный.
Конечно, любой камень ничего не стоило сдвинуть с места палочкой, но чтобы сделать это, пришлось бы отпустить Роксану. Увы, ее угроза оказалась неосуществимой.
– Это как сказать, – улыбнулся Налдо. – Я мог бы попробовать убедить вас с помощью логики, однако воздержусь от этого, тем паче что вы женщины, а женская логика – вещь особая. Поэтому скажу просто мне кажется, что я могу способствовать разрешению всех проблем к вашему удовольствию Но взамен попрошу вас помочь мне разобраться с моей.
– Похоже, это серпантин или змеиная дорога, – сказал он. – Гляньте, поверхность у нее маслянисто-зеленая и очень твердая. Видимо когда-то, давным-давно, здесь прополз гигантский змей.
Вернувшись к невидимому потоку, они поставили лодку на покрытую ржавыми разводами поверхность, сели в нее, и отдохнувшая Окра принялась грести с удвоенной энергией. Яне не переставала изумляться ее силе, хотя то была всего лишь часть родового таланта огров.
– Были бы не опасны, если бы обыкновены не ставили их на колеса и не таскали с собой.
– Ну хоть бы и так. Хотя мое первое слово тоже годится.
Оглянувшись на заходящее солнце (времени оставалось всего-ничего), Че обеспокоенно спросил:
– Ты же ее не знаешь.
Птица на картинке стала такой же, как наяву. Имя было угадано.
Туда вообще не стоит попадать никому, кроме самих драконов, живущих, как каждый знает, по своим драконовским, неприемлемым для всех прочих законам. Девушка поняла, что теперь ей не остается ничего другого, как вернуться к развилке и испробовать другую тропу. Предстоящая потеря времени несколько искупалась в ее глазах возможностью удовлетворить-таки любопытство. Однако пока она размышляла об этом, на тропу опустилась тень, а следом за ней и сам дракон. Который, таким образом, отрезал ей путь к отступлению.
Все поспешили к горе. Караульные гоблины с изумлением уставились на трех незнакомок, но поскольку те сопровождали Гвенни, пропустили их беспрепятственно.
– Не бойся. Я ведь обыкновенка, и во всех моих блюдах все, кроме названий, обыкновенное. Вся магия сводится к тому, что они выглядят под стать названиям, но никаких чудесных свойств у них нет. Кроме вкуса.
– Не может, – поддержала ее Окра.
– Посмотрю, нет ли там запасной пары, – сказала Яне, направляясь туда, где нашла трусики из шотландки. – Запас карман не тянет.
– Самоходная подушка? – недоверчиво покачала она головой. – Ну, положим, ходит эта штуковина сама, но подушки мягкие и никогда не…
– Вот что бывает, когда недооцениваешь соперника, – пробормотал Че.
– Вон та туча, самая пакостная в Ксанфе. Вечно устраивает всем гадости.
– Окра, огрица, – Яне, человек.
Че понял, что прелестные женские черты способны смягчить сердце и самого грозного демона. К счастью.
– Но коли так, почему нельзя было сразу направить нас к тебе? – спросила Яне.
Были среди предложенных и модели, явно призванные воспламенять воображение. Но они были рассчитаны на мужское воображение, а в отсутствие мужчин просто жглись. Нашлись и призванные пощекотать фантазию трусики из перьев. К сожалению, щекотали они не только фантазию, но и.., другие места. Да так щекотали, что русалка просто зашлась от смеха. А ей вовсе не хотелось, чтобы хохотунчик напал на нее в присутствии принца.
Тоннель расширился, превратившись в пещеру, за которой открылась галерея, и теперь бегущим пришлось лавировать между колоннами. К счастью, светящийся мох позволял им не налетать на препятствия, и он же позволил увидеть другую опасность. Неожиданно впереди разверзлась пропасть, на краю которой маячил рыжий меховой шарик. Свинопотам завис над самым обрывом.
– Не считая птицы рок, – поправила его Дженни, и тут же у нее возникло весьма неприятное подозрение. – Послушай, а чем эти птицы питаются?
Че растопырил крылья и его облегченное тело замедлило падение. Через некоторое время они мягко приземлились на дне пропасти: кот пружинисто опустился на четыре лапы, а кентавр едва коснулся земли. К счастью, Провальный дракон по ночам не охотился: конечно, трогать Че он бы не стал, но поди помешай ему проглотить кота.
– Я ПОНЯЛА ТЕБЯ, ОТВАЖНОЕ СОЗДАНИЕ. ЗЛА, БЕЗУСЛОВНО, ДОПУСКАТЬ НЕЛЬЗЯ, НО ПРЕЖДЕ ВСЕГО МНЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ УЗНАТЬ ПОБОЛЬШЕ О ВАС.
Обрядив Яне, Роза занялась Мелой.
– Но… – Мела и Дженни хотели что-то возразить, но тут рядом с ними появилась птица рок.
– Вообще-то мы только что высказывали разные пожелания…
– Интересно, действует ли оно на других? – спросила Яне – Я о том, может ли оно ускорить или замедлить кого-нибудь кроме нас?
Все рассмеялись, но смеялись недолго. Слишком уж сказанное походило на правду.
– А как думаешь, почему Нада послала нас к тебе? – поинтересовалась одновременно с ней Яне.
– Где?
Нада нахмурилась.
– Не совсем так, – указал Налдо. – Туда не смеют соваться крылатые чудовища. Все прочие остерегаются делать это из-за менад и Пифона. Но мне кажется, что три девицы, пребывающие в крайней нужде, смогут одолеть эти препоны. Итак, вам надлежит пойти на Парнас и рассказать Симург об угрозе. Потом возвращайтесь, я сдержу свое обещание.
Плот уже миновал остров, когда задул встречный ветер. Он замедлил движение, но был слишком слаб, чтобы пересилить течение и прибить суденышко к берегу.
– А тебе надо выбрать такой облик, чтобы он не вызывал подозрений, – предложила Мела. – Сделайся таким существом, в котором никому из ваших и в голову не придет заподозрить демонессу.. Кем-нибудь невинным и безобидным.., например бедной сироткой.
События обрушились на Че столь стремительно, что было отчего растеряться. Только что он и Дженни сидели взаперти в клетке, и вдруг, в одно мгновение оказались на воле, лицом к лицу с очаровательной русалкой, огрицей, отличавшейся от соплеменниц явной нехваткой огромности и безобразия, и молодой женщиной со столь знакомой внешностью, что он едва не принял ее за другую. Однако кентаврам несвойственно впадать в панику, и Че быстро сориентировался в изменившейся обстановке. Русалку Мелу и огрицу Окру он уже видел на гобелене и узнал почти сразу, а они представили свою третью спутницу – весьма порядочную девушку по имени Яне. Как оказалось, эта троица представляла собой команду, направленную птицей Симург для его вызволения. Что они и сделали, выменяв у Роксаны пленников на семечко времяники.
– Но тут чудовище! – воскликнула девушка.
Надо полагать, это был тот самый Че, ради спасения которого их сюда и послали, и пресловутая эльфесса Дженни.
– Но я их в жизни не носила!
– Взаправдашнее принцессино платье! – вконец перепугалась Яне. – Нет, не может быть, чтобы принцесса согласилась дать свой наряд ничем не примечательной девушке, вроде меня.
– Было дело, – ответила она со смущенным смешком. – Это случилось на Портретный день, так что здесь находились все пять с половиной жен Доброго Волшебника, одна другой краше. Я приходила спросить, как мне вернуться в Двухлунию, но передумала и решила погостить в Ксанфе подольше.
– О цвете.
– А… – растерялась Окра, но договорить не успела.
– «А мне скажешь?
Дракон сорвался в штопор, однако это встряхнуло ему мозги и помогло уразуметь, с кем он имеет дело.
Особенно опыт, ведь из-за того, что взрослые часто норовят их обмануть, дети далеко не всегда верят им на слово.
– А ведь точно! – ахнула Дженни. – Но как они сами это все сюда затащили?
– Потому что мы так договорились с твоей мамой. И с мамой Че, которая беспокоится не только о своем сыне, но и о Дженни.
Они продолжили восхождение. Карабкаясь вверх, Яне размышляла о случившемся: по ее разумению, Окра едва ли не осуществила свою заветную мечту. Ведь в эпизоде с драконом Главным Действующим Лицом являлась несомненно она.
– А времени у нас в обрез, – вздохнула Мела.
– Новости что надо.
Однако Дженни мучили сомнения.
– Точно Боялась кулаки отбить, ведь по нашим огрским меркам они у меня слабенькие.
– Симург велела мне передать его тебе. Но ты должна отпустить пленников и не пытаться никого из нас съесть.
Однако, не сумев потопить беглянок, Тучная Королева с досады разразилась таким свирепым ливнем, что высадившимся на берег подругам пришлось спешно искать укрытие. К счастью, поблизости нашлась мешочница. Нарвав с нее мешков, они натянули их на каркас из веток, придавили края раковинами и соорудили таким образом более-менее защищавшую от дождя палатку. Где и улеглись спать.
– Боюсь, Метрии эта роль может не понравиться, – заметила Нада.
Яне в жизни не видела ни одного принца, но, имея возможность созерцать достоинства Мелы, ничуть не сомневалась, что любой принц оценит их так, как следует.