ЧЕ,

Гоблин уставился на нее, потом огляделся и указал на развесистый куст.
– Тебе спасибо, – сказала Гвенни. – А мусорить мы не будем.
– Но, по-моему, Дана права, – подала голос Яне. – У людей принято носить одежду, и раз мы идем к ним в гости, нам надо соблюдать их правила.
Трусики показались ей удобными и ничем особым не примечательными, но когда она появилась и прошлась перед спутницами, те просто застонали от восторга.
– Но в сценарии сказано… – попыталась возразить женщина.
– Ни малейшего, – сказал дракон, с готовностью протягивая ей оберег.
– В таком случае можешь отбросить их прочь, – пожала плечами Годива. – Но не надейся, что кто-нибудь станет заботиться о твоем пропитании.
Яне заподозрила, что Метрия получит такую роль, какую заслужила. А когда говорят, что кто-то «получил по заслугам», ни о чем хорошем, как правило, речь не идет. Даже странно, неужто никто ничего хорошего не заслуживает?
– Однако, – грустно заметил Че, – похоже, что подрастая, все меняются. Посмотрите хотя бы на Электру.
– Не доводите меня до белого каления, – предостерегла она гоблинов, взмахнув когтем.
– Мы уже не в тыкве? – спросила она, моргая под очками.
– Теперь ты, наверное, двинешь прямиком в Гоблинов Горб, – предположила Дана.
– Сейчас посмотрим, – с воодушевлением промолвила сиротка, направляясь к здоровенному валуну, имевшему форму сердца. – Спички, – прохныкала она, вложив в это слово всю душу, что для существа бездушного являлось вершиной сценического перевоплощения.
– Попробуй обратиться к нему мысленно, – предложила Мела. – Оно наверняка волшебное, глядишь и отзовется.
– Мы девы, попавшие в затруднительное положение… – начала Мела.
Блюдо это отличалось отменным вкусом, но съесть его стоило поскорее из-за досадной привычки этого кушанья беспрестанно подсказывать гостям, что говорить за столом.
– У нас.., э.., есть вопросы.., господин…
Открыв фляжку, Гвенни брызнула на мальчугана одну капельку и сказала:
– Думаю, волшебник к нашему приходу готов: откуда нам знать, что у него на уме? – сказала Дженни. – А еще я думаю, что раз задавать Вопрос буду я, мне надо идти первой.
– Да, пожалуй, ты прав. В отличие от женщин наши мужчины народ не самый правдивый. Но мне не хочется ни за кем шпионить.
– Как тебя зовут? – спросила русалка, когда огрица поставила спасенную красавицу на землю.
– Даже не знаю.
Развернувшись к чудищу задом, Че хлестнул его по морде хвостом и лягнул обоими копытами. Свинопотам полетел прямо в пропасть, и кентавр поначалу огорчился: ему вовсе этого не хотелось. Впрочем, видя, как медленно этот уродец падает, Че успокоился: было ясно, что он не расшибется.
– А нет ли на горе зачарованной тропы? Или просто такой, возле которой не караулят эти страшилища? – спросила Окра.
Тем паче тебе есть с кого брать пример: у твоей матушки прекрасные манеры, да и одевается она превосходно.
– Так-то оно так, но все его пакости были не слишком опасны. А вот теперь дело обстоит иначе. Тут замешана Взрослая тайна.
– Пошли к Хамфри. Может быть, он втолкует тебе, что к чему.
– А вот и разговор, только кошачий. Знай ты, как он тебя назвал, у тебя бы уши увяли, но я переводить не стану. Из жалости.
Взмахивая мощными крыльями, грифоны стремительно неслись на юг. Когда (это случилось на удивление скоро) внизу замаячил Провал, русалка попыталась углядеть пещеру, через которую они проникли в царство демонов, но заметить что либо с такой высоты и на такой скорости было трудно. А вот профессору Балломуту удалось в одно мгновение перенести их из мира демонов в логовище дракона. Вот уж с кем бы ей не хотелось поссориться, так с этим профессором!
– Неважно, – фыркнуло облако.
– Нет, – возразила Гвенни. – Сунуться туда с факелом это все равно что возвестить о своем прибытии, а нам бы лучше пробраться незаметно. Конечно, ковылять в темноте радости мало, но мама говорила, что в глубине есть светящийся мох.
Дана понимающе кивнула.
– Сколько времени ты здесь находишься? – поинтересовалась Гвенни.
Избавившись от угрозы, женщины осмотрелись и с сожалением поняли, что выбросило их на берег не слишком далеко от воды. Опасаясь, что Тучная Королева не улетела далеко и в любой момент может вернуться, они решили переночевать здесь.
– Тогда откуда ты знаешь про твердь, птицу и яйцо?
– Так-то оно так, но если они узнают, что вы расскажете мне, то ни за что вам ничего не скажут. – .А если я доставлю вас туда, они мигом смекнут, в чем дело.
– А как насчет оброненных перьев? – спросила огрица.
Гвенни, Дженни и Че последовали за Годивой в Гоблинов Горб. Маленький кентавр обычно сопровождал Гвенни, когда она отправлялась погостить домой, так что в Горбу бывал неоднократно, но сейчас чувствовал себя не так, как обычно. Он ощущал затаенную враждебность и понимал, отчего она проистекает. Все знали, что Че является спутником Гвенни, наследницы Грыжи, намеренной занять после него пост гоблинатора. Гоблины не любят заглядывать далеко в будущее, и до поры это никого особо не беспокоило, однако теперь вопрос перешел в практическую плоскость, и многих мужчин бесила сама мысль о том, что ими будет командовать девчонка. Гоблинши, возможно, смотрели на эту перспективу иначе, но пока вопрос о наследнике не решился, предпочитали держать язык за зубами. Таким образом, Гвенни была в одиночестве: во всем Горбу она могла рассчитывать лишь на мать.
Поединок должен был состояться в главной пещере Горба, где вполне хватало места и для обоих участников, и для жадных до крови зрителей. Гоблинши таковыми не считались и в зале не присутствовали, но из боковых коридоров выглядывало немало женских головок. Боец Горбача – устрашающего вида огр – уже был на месте и грыз кости в ожидании начала забавы. В награду за победу Горбач обещал ему годичный запас костей, а в победе огр не сомневался Идиот, Недоумок и Придурок стояли рядом с Гвенни, держа наготове здоровенные, в гоблинов рост, дубины. Однако было ясно, что противостоять сотням свирепых сторонников Горбача этой троице не под силу.
Ясное дело, что упустить возможность высидеть-таки ставшее для нее роковым яйцо птица рок не могла.
В тот же миг Дженни обнаружила себя на гладком полу какого-то помещения. Отшатнувшись от неожиданности, она чуть не налетела на Че. В это время рядом с ней материализовался Сэмми.
– Не летит да и все, – промолвила она хриплым, усталым голосом. Вид у нее был измученный и больной.
– Не можем же мы спуститься вниз по совершенно отвесной скале! – в ужасе воскликнула Гвенни.
– Так-то оно так, но я тут задумалась… Дело в том, что от размышлений у меня прогревается голова, и горлу легче становится. Так вот, я задумалась, и у меня вроде бы появилась идея.
Между тем ночь сменилась днем, который снова сменился ночью. Окра устала, проголодалась, но продолжала грести, полагая, что если бросит весла, то может отвлечься, забыть чего доброго свой замечательный Вопрос, а то и вовсе не попасть куда надо.
Окра между тем подошла к семечку поставила его вертикально на плоский конец и, открывши люк, буркнула:
– Ладно, – сказала она. – Мы освобождаем вас троих, вы помогаете нам столковаться с Роксаной, и уносим отсюда ноги.
Верхняя часть обрела очертания женской головки с длинными струящимися локонами, а нижняя превратилась в пышную юбку. Между юбкой и головой ничего не было, но демонессу, похоже, такие мелочи не смущали.
– А, вот оно что. А я думала, это обычная застольная Драка.
– Но если она их не добудет, тоже могут возникнуть существенные проблемы.
Дракон посмотрел вниз, пожал плечами и улетел прочь. Будучи существом разумным, он разумно решил не связываться с теми, на кого не действует самое действенное его оружие, и доказал тем самым, что вовсе не все драконы являются безмозглыми тварями, у которых на уме одни драки.
Кентавр, не теряя времени, принялся хлестать хвостом бревна, и плот тут же приподнялся над водой. Встав плечом к плечу спинами к ветру, спутники образовали нечто вроде живого паруса. Теперь плот находился над поверхностью, и ветер мало-помалу пересилил течение, и плот поплыл к острову.
Метрия растворилась в воздухе.
– Да, пожалуй, ты прав. В отличие от женщин наши мужчины народ не самый правдивый. Но мне не хочется ни за кем шпионить.
– Разбудить? – не поняла Дженни.
Че предположил, что тоннель вывел их к подземному продолжению великого Провала. Обойти такую преграду не представлялось возможным, следовало подумать о том, как перебраться на другую сторону.
Душевая кабина представляла собой маленькую комнатку с облачком под потолком. Едва спутницы оказались внутри, как из облачка заморосил дождик. Вода лилась холодная, но деваться было некуда. Стянув запачканную одежду, они принялись ежиться и дрожать под ледяными струйками. И тут Окре пришла в голову интересная мысль.
Прямо перед ними высился Безымянный замок. Будучи облачного цвета и, видимо, сложенным из облачных камней, он тем не менее выглядел вполне солидным и прочным сооружением. У него имелось все, что необходимо настоящему замку: стены, башни с флагами, контрфорсы, амбразуры и тому подобное. Имелся даже ров: чего-чего, а воды на облаке хватало. Над высокими шпилями искрились молнии, что тоже было возможно на облаке.
Сразу же после этих слов появился гоблин-дозорный, сопровождавший закутанную в плащ молодую женщину.
– Ты кто такая, огрица смешная? – прогромыхал Вдребезг, воззрившись на нее.
– Он имеет в виду тебя, – пояснил Че; – И всех нас.
– Простая случайность. Я побежала за Сэмми и угодила в какую-то дырку между мирами.
– А он сам меня в ответ не укусит? Вид у него строгий.
– Мы – вовсе не сны. Наши тела лежат снаружи, в замке Доброго Волшебника, и мы вполне в состоянии видеть сны через наши тела.
И в это же самое время огромные потолочные панели сдвинулись, закрыв небо и путь к отступлению. Послышался стук закрывающихся ворот и скрип механизма поднимающегося моста. Похитители яйца оказались запертыми в замке наедине с разгневанным чудовищем.
– Им очень нравятся движущиеся картинки, – пояснила счастливая молодая мама, – поэтому я всегда приношу их сюда перед сном.
– Че, – покачала головой Гвенни, – опять ты понес кентаврскую заумь. Ну что, скажи на милость, означает это твое ситу.., пра.., даже не выговорить!
– Сэмми! – крикнула Дженни. – Найди место, где можно укрыться от дракона!
– Хранить, хранить… – проворчала демонесса. – Разболтать хороший секрет, это ж такая славная забава.
– Сэмми, – промолвила девочка, – найди самый безопасный путь наружу.
– Очень мило, – согласилась Яне. – И весьма логично.
– Мела, морская русалка.
– Ты вождь, – сказал один из них. – Нам это не нравится, но против обычая не попрешь.
– Нет, о Розе Ругна. Ты с ней не знакома.
– Речь, – подчеркнуто спокойно произнесла девочка, – шла не о яйце, а о предмете, находящемся «меж роком и твердью». Коготь как раз там и находился, между птицей рок и ее каменным гнездом. Таким образом, задание мною выполнено.
Когда они переправились и нашли подходящее для привала дерево, Гвенни коснулась руки подружки и сказала:
– Не дело это, чтобы маленькая полуслепая девочка дралась со здоровенным огром, – буркнула Окра. – А кому-то драться следовало, потому что Гвенни обязательно нужно было сделать вождем. Так получилось, что, кроме меня, сделать это было некому. Конечно, жаль, что я не добилась желаемого, ну да ладно. В конце концов, мне и во второстепенной роли не так уж плохо. Может, еще и со Вдребезгом что склеется…
– А возможно, ты не знаешь своей истиной силы, – сказала Яне. – Мне кажется, что для наших надобностей ее вполне хватит.
– Тучная Королева?
В этом имелся определенный смысл, хотя обе девочки не до конца понимали, где тут сны наяву, где явь во сне, и что, в конце концов, есть что.
Признав правоту подруги, Дженни потерла линзу о блузку и поднесла к правому глазу. Линза вставилась на место, девочка заморгала, а потом воскликнула:
– Ооой! – завизжала Яне. – Он хочет крисТаллизировать нас. Выдохнет облако, и та, кого оно коснется, окажется в кристалле. Не дайте ему дыхнуть на нас!
– Начни с холодного душа, – распорядилась Гвенни. – Окати каждого холодной водицей и вели прополоскать рот с мылом. Это для начала, а не поможет – ставь котел на огонь. Не сомневаюсь, на общественную нравственность это повлияет более чем благотворно.
– А вы наверняка и есть те самые отпрыски, – сказала Мела. – Славно выглядите. Как вас зовут?
По прошествии двух дней река приблизилась к Горбу настолько, насколько осмелилась. Даже она предпочитала держаться подальше от обиталища гоблинов, и Гвенни, надо сказать, прекрасно ее понимала. Друзья пристали к берегу, не без сожаления оставили плот и продолжили путь пешком.
– Может, на банкете?
– Да уж не кое-какой, – осклабилось чудовище. – Я возьму только что-нибудь интересненькое, необычное.
Так они и сделали, однако ветер и там оказался встречным. Стало ясно, что он дует со стороны замка и не даст приблизиться к нему ни по одному направлению.
– Как может наряд – платьице там, или блузка – причинить разрушение?
Окра, не мешкая, ускорила всю троицу и принялась молотить стену со страшной скоростью. Сначала ей удалось выдолбить в облачной стене углубление, а потом и дырку. Просунув туда руку, огрица отломала несколько кусков и расширила отверстие настолько, что они смогли пролезть вовнутрь.
– Может, неважно? – фыркнула Яне.
Не теряя времени Окра подхватила пару дубинок и сшибла с бортов всех клещей, благо те уже были изрядно пьяны.
– Не наряд, а снаряд. Происхождение этого названия я тоже не могу объяснить: обыкновенская логика мне недоступна.
– А тебе что приспичило? – обратился волшебник к Яне.
Трусики из жимолости, предназначенные, по словам Метрии, для того, чтобы всю жизнь сохранять молодость тех частей тела, которые они прикрывают, Мелу не заинтересовали: если постареет все тело, что толку оставаться молодой в отдельных, пусть и существенных местах.
– Не умничай, твое дурацкое размножение тут ни при чем. Для вашей компании волшебник решил сделать заключение.
Яне, глядя на стоявших рядом девушку-змею и русалку, не могла решить, кто из них красивее. Если фигурой, то вроде как Мела, а лицом, так Нада. Но с другой стороны…
– Семечко оказалось летучим, и прилетело к Безымянному замку, который оказался на облаке, – пояснила Окра и потыкала в вещество под ногами пальцем. – Но облако вроде бы прочное. Раз выдерживает целый замок, так и нас, надо думать, выдержит.
– И на Горгоне тоже, – кивнула демонесса. – Нас у него шесть, и мы живем с ним по очереди. Сейчас мой месяц, а остальные дожидаются в Пекле.
Это означало, что обе тропы совершенно безопасны.
– Да ну? С чего бы это?
Перечисление имен стало уже нагонять на нее тоску, и она с нетерпением ждала, когда долгий список подойдет к концу. Он и подошел, только вот легче ей не стало; следующий параграф оказался еще хуже.
Счастливая обладательница аж трех пар превосходных трусиков отправила их в свой невидимый кошель.
Профессор сделал небрежный жест, и Че с Сэмми оказались в драконьем гнезде. Дракон и наг забавлялись там игрой в кости, а такие игры пользовались дурной славой. Конечно, тем, в чьи кости играли, было уже все равно, однако игра затягивала так, что игроков становилось трудно оторвать от этого занятия. А когда их все же отрывали, они становились очень раздражительными.
– Не думаю, чтобы умножаться на дробь было больнее, чем на целое число, – сказал третий Че.
Разумеется, он оказался прав – кентавры всегда оказываются правы. След кота был совершенно отчетливым, и они могли идти по нему не торопясь. Разумеется, следы оставались и за ними, однако Че знал, что рассчитывать на это при возвращении не стоит: к тому времени пятна наверняка зарастут свежим мхом. Поэтому кентавр следил за дорогой, и старался запомнить ее как можно лучше.
По правде сказать, он мог бы принимать такого рода извинения в больших количествах, поскольку находил их очень приятными. Гвенни понравилась ему с первой встречи, но со временем стала нравиться еще больше. За последние два года тело ее приятно округлилось, и.., впрочем, конечно, к делу все это совершенно не относилось.
– Точно не знаю… Кажется, что-то, имеющее отношение к обыкновенским темницам. Перебрал говорил, да я запамятовала.