КАМОРКУ, И ОНА УГЛУБИЛАСЬ В

На что рассчитывал Сэмми, девочка не понимала. Конечно, Че мог хлестнуть их всех хвостом и сделать легкими, но как высоко они ни подпрыгнут, из Провала им все едино не выскочить. Высоких деревьев здесь нет, да они бы и не помогли: струя пара достанет их где угодно. Неужто кот ошибся?
Третье испытание осталось позади.
– Его жена. Я же рассказывала.
– Нет! – испуганно закричала Гвенни.
Мела с трудом могла представить себе что-либо более великолепное, однако теперь она увлеклась самим процессом примерки. А вдруг следующие трусики окажутся еще лучше? Она их упустит, и они достанутся какой-то другой женщине. В конце концов, ей надо думать не только о себе: раз уж вопрос о ее трусиках вплотную касается таких особ, как демон Иксанаэнный и Добрый Волшебник, то к делу необходимо подойти серьезно.
– Вот что бывает, когда недооцениваешь соперника, – пробормотал Че.
Так и сделано. Вскоре легкие и прочные пироги уже были спущены на воду. На первой плыл кот, за ним Дженни, следом Гвенни, а последним Че. Подхватив пироги, быстрое течение понесло их, как щепочки: было страшновато, но весело. Река прыгала с уступа на уступ, и при каждом таком прыжке у всех перехватывало дух. Несмотря на огромную скорость, спуск продолжался довольно долго, так что когда пироги снова приняли горизонтальное положение, это поначалу показалось странным.
– А ведь точно, ты гоблинша. Самая очаровательная гоблинша, какую мне доводилось видеть.
– Что же до тебя, Яне, – сказал принц, обернувшись к девушке, – то ты вообще представляешь собой совершенно исключительный случай. Тебе хотелось узнать свою судьбу, и никаких особых амбиций на сей счет у тебя не было.
– На в-в-ведьму вроде бы н-н-непохожа, – пролепетала Гвенни.
– Но у меня нет карманов, – возразила Мела, – И с чего это ты взяла, будто я стану пачкать трусики?
– Боюсь, что раз мы вступили в Заговор, то по закону уже не являемся детьми, – серьезно возразил Че, – а значит, не должны подавать дурных примеров. И вести себя за столом обязаны как следует.
– Немедленно мыться! – воскликнула она при виде вошедших. – Вы словно болотным мхом поросли! А потом вам нужно будет надеть что-нибудь кроме трусиков.
К тому же, с того момента как Че хлестнул ее хвостом, прошло не так много времени, и она оставалась довольно легкой.
– Мне кажется, в моем трюме вам будет удобнее, – упрямо повторил дракон.
Сначала живых существ на виду не было. В хрустальной скале имелась пещера, сквозь которую проходила тропа. Пещера запиралась каменной дверью, однако дверь эту удерживала в открытом положении хрустальная глыба.
К делу приступили без промедления Достав волшебную палочку, Гвенни направила ее на исполинскую птицу, и та плавно поднялась вверх Яйцо предстало перед спутниками во всем своем блистающем великолепии Дженни никогда не доводилось видеть ничего прекраснее. Она и представить себе не могла, что простое яйцо может производить столь ошеломляющее впечатление Хотя, конечно же, это было не просто яйцо, а произведение искусства.
Вновь взявшаяся за дело Мела завела магическую песнь сирены: кристалл дрожал, светился, переливался всеми цветами радуги, но оставался целым и невредимым.
– Так ты нас и не просила, – заметил Че – Мы сами решили.
– Наверное, так и есть, иначе никто бы этим не занимался, – рассудительно, но с оттенком сомнения произнес Че. – Но на мой взгляд, драться на подушках куда как веселее.
– Ох, а я об этом и не подумала! – огорчилась Мела.
– Долго же вы там торчали, я тут уже заждалась, – сказала Яне.
Затем Симург слегка повела одним пером, и в тот же миг крылья Роксаны утратили подъемную силу. Она махала ими изо всех сил, но тщетно: ей едва-едва удалось приземлиться, не разбившись о землю. К которой она – невесть каким способом – оказалась прикованной, ибо взлететь снова, как ни силилась, не могла.
– Подумаешь, Гвенни. Она всего-навсего глупая девчонка!
Впрочем, Окры все это касалось лишь постольку, поскольку именно на этой достопамятной свадьбе мать Окры, Папоротница Годзилла, получила отлитый из чугуна дочуркин гороскоп. Повивальная бабка, занимавшаяся заодно гаданием и ворожбой, объявила, что расположение рун, звезд и бычьих кишок предвещает маленькой огрице как хорошее, так и дурное. Хорошее сводилось к тому, что Окре (полным именем ее не называла даже матушка, поскольку ни одному огру было не под силу выучить этакую прорву слов) суждено в будущем занять в Ксанфе видное положение. Впрочем, Годзиллу это известие не слишком обрадовало: она поняла пророчество так, что Окра со временем усядется так высоко, что ее будет отовсюду видно. На гору залезет или что-то в этом роде. А вот дурное известие оказалось и впрямь дурным: бедная малышка случайно нарвалась на потерянное, надо думать, кем-то из донных прокляторов, проклятие и в результате – о ужас! – заполучила магический талант.
– Дженни знает, что говорит, – промолвил Налдо. – Для нее подобные вещи обычное дело. Вот и нынче она собирается отслужить год у Доброго Волшебника ради своей подруги Гвенни. Порядочность и великодушие – отличительные черты Главных Действующих Лиц. Возможно, теперь вы с ней подружитесь.
Он отвел девочку в отдельную каморку, и она углубилась в чтение. Конечно, она плохо представляла себе, каким образом обыкновены могут подбрасывать «интересные идеи», но вникать особо и не стремилась.
– Ага, а зла ты ей, стало быть, не желаешь?
Дженни запела снова. Она представила себе замок, их троих, лежащих на подушках перед тыквами, а потом вообразила, как отводит взгляд от глазка – и оказалась снаружи. Тут же прикрыв глазок ладонью, девочка отвернула тыкву и огляделась. Ее друзья по-прежнему пребывали в оцепенении. Она попробовала представить себе, как они отворачиваются от тыкв, но поскольку ничего не произошло, Дженни поместила между глазами Че и глазком его тыквы свою ладошку. В тот же миг он пришел в себя.
Таким образом, противоречие снимается.
– Именно. И все, что для этого нужно, это отпустить нас с перышком, – сказала Окра. – Ты согласна?
– Эй, рыгайло, где тут самое неподходящее место, чтобы справить нужду, о которой будто бы неприлично упоминать? – спросила она.
– Может быть, тебе стоило бы взять с нее пример? – пробормотала Яне в ответ.
– А проникнется, что тут плохого?
– Пойду-ка проверю, – сказала Мела.
– Правильно ли я понимаю: представься тебе возможность занять желаемое положение, ты оставила бы эту Дженни в покое?
– Нет, – сказала она, – Сэмми, нам очень нужен. Но, может быть, он найдет для тебя что-нибудь хорошее. Такое, чего тебе очень хочется.
– Ну, мне хочется хотя бы окунуть хвост в морскую воду. Но если это трудно…
– Погоди сдаваться, давай все обсудим, – возразил Че, беря в руки бумажку. Они удалились в покои Гвенни, где стали держать совет. Прежде всего Че объяснил Дженни смысл задания.
– Дорогой профессор, – кокетливо-, промолвила Н-ада. – Моим друзьям, кентавру Че и котику Сэмми нужно срочно попасть к Надло. Нельзя ли это устроить?
– Да, мы смотрим на многое по-другому, – согласился Че. – Но уважаем чужие обычаи. В том числе и все, что касается Тайн Взрослой Жизни.
– Так ведь с вами же Яне, – отозвалась Метрия. – А она сейчас самая интересная особа во всем Ксанфе.
Были среди предложенных и модели, явно призванные воспламенять воображение. Но они были рассчитаны на мужское воображение, а в отсутствие мужчин просто жглись. Нашлись и призванные пощекотать фантазию трусики из перьев. К сожалению, щекотали они не только фантазию, но и.., другие места. Да так щекотали, что русалка просто зашлась от смеха. А ей вовсе не хотелось, чтобы хохотунчик напал на нее в присутствии принца.
Че, однако, ничего подобного не помнил:
– В мире? – изумился Недоумок.
– Что? Этот слюнтяй станет Главным Громилой? – презрительно скривился один из гоблинов, и тут же, взлетев в воздух, завис прямо над острым сталагмитом.
– Ну насмешила, малявка! Она меня уберет! Плати или проваливай!
– Жаль, что ты не огр, – отозвалась Окра, с тоской поглядывая на грызшего кости поединщика.
– Конечно, только я не уверена, что смогу ответить.
– В таком случае ты превратишься в змею и уползешь, – сказал клыкастый профессор.
– Когда внизу семечка громыхнуло, я решила, что мы сгорим, – призналась, вылезая наружу и поправляя волосы, Мела. – И страшно перепугалась: по мне, так лучше уж утонуть.
– Но тут чудовище! – воскликнула девушка.
– Нам бы не помешал факел.
– Во-вторых, они находятся Сонном Царстве.
Дракон сорвался в штопор, однако это встряхнуло ему мозги и помогло уразуметь, с кем он имеет дело.
– Здорово! – воскликнул Че, сообразив, что лучшего бойца трудно и пожелать. Несмотря на молодость, принц был умелым воином: ему даже довелось руководить обороной Гоблинова Горба от крылатых чудовищ. Сын короля нагов занимался этим не из любви к гоблинам, а в силу древнего соглашения, обязывавшего сухопутных чудовищ поддерживать друг друга против крылатых, но все равно отнесся к делу со всей ответственностью. Гвенни и ее матушку Годиву принц знал лично, а как принц нагов был политически заинтересован в переменах в Горбу. – А где он?
Кентавр, не теряя времени, принялся хлестать хвостом бревна, и плот тут же приподнялся над водой. Встав плечом к плечу спинами к ветру, спутники образовали нечто вроде живого паруса. Теперь плот находился над поверхностью, и ветер мало-помалу пересилил течение, и плот поплыл к острову.
Положение оставалось безвыходным, однако чаша весов несколько склонилась в пользу птицы, которая отнесла Че к стоявшей у стены клетке, засунула внутрь и захлопнула клювом дверцу. Че попытался открыть ее, но это ему не удалось. Маленький кентавр не пострадал, только вот оказался взаперти. Выхода Гвенни не видела, а потому решила возобновить разговор. Вдруг ей все-таки удастся понять, чего эта Роксана хочет, и как-то с ней договориться.
– Я эльфесса Дженнифер из Двухлунии.
– Это Окра, огрица, – продолжила Метрия. 1 – Привет, – сказала Окра, смутившись не меньше Яне.
– Может, прибавим шагу? – прошептала Дженни.
– Ничего ты мне сделаешь, – нахально заявил Горбач. – Шляпки-то поганкиной у тебя нет.
– Этот путь пролегает прямиком через Драконию, – заметила она. – Конечно, тропа зачарованная и должна быть безопасной, но кто может поручиться в том, что она отчего-нибудь не разочаровалась.
– Подвязки, – ответила Метрия. – Они служат для того, чтобы поддерживать чулки. Змейки закусывают их зубами, и чулки не спадают. Возможно, Горгона тоже пользуется такими подвязками, у нее ведь и на голове змеи. Правда, змеюшек надо подкармливать, а это, боюсь, не совсем удобно.
– В чем?
– Водой до нашей клоаки ближе, а на весла мы посадим тебя. Кстати, и русалку с собой возьмем – вон она какая аппетитная. Сначала позабавимся, а потом и ее употребим в дело. Кровушку клещикам, кожу на барабан, косточки на палочки.
Отдохнув, Роксана решила подняться в небо. Она расправила крылья, несколько раз взмахнула ими и подпрыгнула в воздух, но тут же плюхнулась в пруд. Дикие женщины сдуру опять бросились к ней, так что пришлось склевать еще парочку. Выкупавшись и нахлебавшись вдоволь согревающего вина, она выбралась на берег, отряхнулась и снова попыталась оторваться от земли. Тот же плачевный результат. Ей удалось поднять лишь огромную тучу пыли.
– Нет, о Розе Ругна. Ты с ней не знакома.
– Верно, – согласился Че. – Возможно, мы первые, кто нашел способ выбираться из гипнотыквы самостоятельно. То есть не мы, на самом деле такое под силу только Дженни, но это все равно выдающееся открытие. С ней мы можем отправляться в Сонное Царство, не рискуя оказаться в западне.
– Это потому, что Гвенни оторвала его от грез, – пояснил Че, разобравшийся в случившемся, хотя сам никакой шипучки не видел.
По сторонам тропы росли самые разнообразные деревья: сад не только защищал замок, но и снабжал его обитателей снедью, одеждой, обувью и всей необходимой утварью. У путников просто глаза разбегались от свисавших с ветвей лакомств, но кентавр предупредил, что без разрешения рвать ничего нельзя.
– А что тебе вздумается, морда волосатая? – загоготал Горбач. – Может, чмокнешь его, а? – он считал это удачной шуткой, потому как при всей своей паршивости оставался ребенком, и к поцелуям относился с презрением.
– Ну кто же так выбирает? – фыркнула Метрия. – Ты должна их примерить и посмотреть на себе. Ступай с ними в примерочную кабинку.
– Как раз раздеться-то мы при вас и не можем, – возразила русалка. – Вы не должны видеть наши.., короче, не должны, и все тут.
Гостям отвели комнату, где девочки смогли помыться и переодеться. Че в это время смотрел в окошко. Конечно, у кентавров порядки совсем другие, но они с уважением относятся к обычаям людей, так что подсматривать, какого цвета у его спутниц трусики, ему даже не пришло в голову.
Окра на сей раз избрала другую тактику: одной рукой схватила его за шкирку и потянула на себя, а другой нанесла встречный удар кулачищем в рыло.
Перебросив веревку, Гвенни легко (перед тем как отправиться на ту сторону Че щелкнул ее хвостом) перебралась через пропасть на руках, а потом перенесла палочкой Дженни и братца. Покончив с переправой, вся компания поспешила дальше, поскольку здесь запросто могли появиться другие чудища. Однако помех на обратном пути не встретилось, и вскоре в конце тоннеля забрезжил свет.
– Перерыв! – рявкнул профессор, который был явно сыт по горло препирательствами своих актеров.
– Г-где мы можем раздобыть пару контактных линз для Гвендолин, чтобы она…
После чего громко произнесла все ЗАПРЕТНЫЕ СЛОВА, которые знал мальчишка. А произнеся, сморщилась с таким видом, словно ей хотелось прополоскать рот.
– В Безымянном замке есть большое каменное гнездо, на котором птица рок высиживает яйцо. Каменное гнездо, ясное дело, твердое, оно и есть твердь. Рок роком и будет, а между ними яйцо. Яйцо-то Гвенни и должна доставить сюда.
Однако Дженни мучили сомнения.
– Вообще-то мы только что высказывали разные пожелания…
Мела была уверена, что демонесса сказала нечто совсем иное, но в спор предпочла не вступать.
– Какая великолепная идея! – как всегда, восхитилась Яне, и кентавр опять поморщился.
– Мне кажется, мы должны сохранить это в секрете, – сказал Че, когда стих смех.
– Кто?
Спутницы двинулись по коридору до следующей палаты, откуда попали в другой коридор. и так далее, и так далее Замок, с его залами, лестницами и переходами, был воистину огромен. И все двери, сквозь которые они проходили, закрывались за их спинами. Правда, последней двери они не дали захлопнуться, заклинив ее подвернувшейся под руку табуреткой. За ней оказалось просторное помещение, видимо, трапезная, со множеством наглухо закрытых выходов. Совершенно пустое – Видимо, все здешние обитатели где-то наверху, – предположила Яне.
Открыв фляжку, Гвенни брызнула на мальчугана одну капельку и сказала:
– Но это нечестный вопрос.
– Откуда ты знаешь про эту добробессердечную особу? – с подозрением спросил он.
Он отвел девочку в отдельную каморку, и она углубилась в чтение. Конечно, она плохо представляла себе, каким образом обыкновены могут подбрасывать «интересные идеи», но вникать особо и не стремилась.
– Слушай, я сейчас смотрела сон со стороны, не участвуя в нем. Это было здорово!
– Такая погань, как ты, может испоганить настроение хуже любой поганки, – отозвалась Окра, хватая его за шиворот и поднимая в воздух, как недавно Вдребезг поднял ее. – А когда у меня поганое настроение, мне лучше под руку не попадаться.