ЩЕКИ И ДЫХНУЛА ЕМУ

Оказалось, что и вправду не зря. Как только Драгоман выдохнул свое облако, огрица надула щеки и дыхнула ему навстречу. Остановленное встречным потоком воздуха облако зависло между ними, образовало взвесь довольно гадких с виду (а какие еще могли образоваться при столкновении драконьих и огрских выхлопов?) кристаллов, которая рухнула вниз и разлетелась в хрустальное крошево, в свою очередь истаявшее вонючим дымом.
– Ты в моем сне, – ответила Дженни. – Здесь лучше, чем в действительности, потому что в действительности все как положено, а у меня тут – как хочется.
– Что ты, милочка, – промолвила великанша. – Я никакая не ведьма, а обобщенная Взрослая. Я здесь, чтобы предложить вам присоединиться к Заговору взрослых.
– Как бы хотелось научиться этому без того, чтобы становиться скучной и любить всякие противности вроде шпината, – вздохнула Дженни.
С перепугу Окра даже расплакалась, но скоро выяснилось, что бояться нечего. Она познакомилась с путешествовавшей в облике нимфы морской русалкой по имени Мела, тоже направлявшейся к Доброму Волшебнику. И сообщившей, что Окра, оказывается, сама того не заметив, переплыла Огр-Ызок, поднялась по Люблю-реке и оказалась в озере Чмок-Поцелуй. Они решили плыть дальше вместе, поскольку у Окры была лодка, а Мела знала, где живет волшебник. Столкнув лодку в воду, Окра принялась грести с удвоенной энергией, потому что теперь-то уж могла рассчитывать попасть куда надо.
Повторять не пришлось.
Затем новоприбывших пригласили в трапезную, где они удостоились любезного приветствия короля Дора, королевы Айрин и по-юношески нескладного принца Дольфа. А когда к столу вышла Электра, Че поразился.
– Думаю, да, – кивнула Мела. – Хотя сомневаюсь, чтобы Нада могла как-то помочь тебе от нее избавиться.
Все рассмеялись, но смеялись недолго. Слишком уж сказанное походило на правду.
Они последовали за ней» первой Мела, потом Окра, потом Яне и последней Ойбеда. Через некоторое время Ойбеда нагнала Яне и сказала:
– Ой, зверюшка! – в восторге воскликнул мальчик и погладил кота. Сэмми не уклонился, из чего Дженни заключила: во-первых, Сэмми нашел, что искал, а во-вторых, этот мальчик – человек хороший.
Зачарованная тропа позволяла двигаться быстро, однако добраться до темноты было невозможно, а значит, следовало подумать о ночлеге.
– Это очень похоже на фабрику дурных грез,» заинтересованно пробормотала Ойбеда. – Интересно, уж не собрались ли они открыть свою студию и составить конкуренцию гипнотыкве.
Три Дженни так и поступили. И убедились, что стоят на неком подобии стола, который подошел бы по размеру давешней Взрослой. Стол этот расчерчен клеточками, а в клеточки, и по краям и в центре, вписаны цифры. Довольно быстро до них (или до нее) дошло, что цифры в центре представляют собой результат перемножения цифр по краям, но ни одна из Дженни не помнила, как этот результат называется: то ли сума, то ли несчастное, то ли выведение. Нет, кажется все-таки произведение, хотя тем же словом некоторые называют книжку. Но в любом случае ясно, что если цифры умножать, то их будет больше. А от этого радости мало, потому что чем больше цифр, тем больше путаницы. Таблица умножения – это такое место, где девочке делать нечего.
– К Наде, – сказала Мела. – Нас послал Добрый Волшебник.
– Да так, случайно догадалась. Но решительно не понимаю, что тебя сюда привлекло. Вроде бы с нами ничего интересного не происходит.
– Я все вижу! Даже лучше, чем раньше! Только.., не вижу никаких снов. – – Это потому, что сейчас никому из нас ничего не снится, – пояснил Че.
– Он имеет в виду тебя, – пояснил Че; – И всех нас.
– Кто это тут вякает? – фыркнул Рогонос и топнул слоновьей ногой так, что задрожала земля.
Мела смекнула, что Метрия дала маху. Во-первых, заговорила не по-сиротски цветисто, а во-вторых, не правильно произнесла слово.
– Да, – почесал в затылке кентавр, – это, пожалуй, ставит нас в затруднительное положение.
– Что ты видишь? – поинтересовался Че.
Должен сказать, что вообще-то вступить в Заговор следовало одной только Гвенни, а остальных посвятили в Тайну по необходимости, ввиду неотложности дела. Хамфри очень не хотел идти на это, но был вынужден, потому что иначе Гвендолин не смогла бы стать гоблинатором Гоблинова Горба.
– А ты знаешь, где она? – прервала ее Яне.
Но ничего не произошло.
– А как ты ее нашла, невидимую-то? – спросила Мела.
– Смотри, палка протыкает доски насквозь. По ним не пройдешь.
Оказалось, что и вправду не зря. Как только Драгоман выдохнул свое облако, огрица надула щеки и дыхнула ему навстречу. Остановленное встречным потоком воздуха облако зависло между ними, образовало взвесь довольно гадких с виду (а какие еще могли образоваться при столкновении драконьих и огрских выхлопов?) кристаллов, которая рухнула вниз и разлетелась в хрустальное крошево, в свою очередь истаявшее вонючим дымом.
– Надеюсь, не из Обыкновении.
– – А может она что-нибудь знать о моей судьбе? – спросила Яне.
Та кивнула. Похоже, когти у нее отрастали быстро и недостатка в них она не испытывала.
Все задрали головы, но не увидели ничего, кроме безмятежно плывшего по небу белого облачка.
Роксана ответила кивком.
Затем Симург слегка повела одним пером, и в тот же миг крылья Роксаны утратили подъемную силу. Она махала ими изо всех сил, но тщетно: ей едва-едва удалось приземлиться, не разбившись о землю. К которой она – невесть каким способом – оказалась прикованной, ибо взлететь снова, как ни силилась, не могла.
– А что там есть? – деловито поинтересовалась Окра.
– Сон Сэмми, – ответила Гвенни. – Он видит весь путь к реке: это как карта с выделенной тропкой. Теперь мы точно знаем, куда идти.
– Трех кого?
– Она не пигалица, а огрица, – пробормотал Че. – Причем бескорысгная и бесстрашная.
Огрица поняла и быстро вытащила из котомки шляпку от бледной поганки, и тут же побледнела от ярости. А внешность ее сделалась такой поганой, что по огрским меркам она могла считаться самой завидной невестой.
– Как хорошо! – обрадовалась девочка. – Нада мне очень нравится. А тут, – она вручила Грею стопку бумаг, – все до невозможности путано и чудно Если принять это на веру, так просто голова кругом пойдет.
В тот же миг Дженни обнаружила себя на гладком полу какого-то помещения. Отшатнувшись от неожиданности, она чуть не налетела на Че. В это время рядом с ней материализовался Сэмми.
– Прежде чем что-то ему рассказывать, нам надо попасть в его замок, – сказала Дженни. – А мне сдается, что этот путь не для нас.
– Итак? – сердито буркнул Хамфри, оторвав взгляд от фолианта.
– Помогите! – вопил Горбач. – Похищение! Она похищает будущего вождя! Остановите ее!
Отведав всего, что было предложено, Мела позволила себе перейти к делу.
– Направлялась? – взгляд Яне выдавал полнейшее недоумение.
– Как все неловко получилось… – расстроено бормотала она.
– Конечно, ничего, – сказала Роксана. – Неужто я позволила бы подкладывать к такому важному яйцу всякую всячину?
Не говоря уж о коте От деревенской площади начиналась тропа, ведущая на север, прямо к Гоблинову Горбу. Однако идея прогуляться по ней не очень приглянулась Гвенни.
Затем во сне объявился кот, как и наяву, дремавший рядом с Дженни. Более того, над его головкой тоже возникло маленькое облачко: ему снилось, будто он спит и видит сон. Детали разглядеть не удавалось: возможно, это тоже был сон о том, что он спит и видит сон о том, что спит.., и так до бесконечности.
Облако с Безымянным замком осталось далеко позади, а они летели на северо-запад. Внизу промелькнули остров Иллюзий, Провал и Дракония, впереди уже полыхала Сфера Огня. Не успел Че испугаться – уж не промахнулась ли огрица мимо цели, – как семя, промчавшись над морем пламени, пошло на снижение, приближаясь к Гоблинову Горбу. Похоже, они поспевали вовремя.
С помощью ступеней подруги одолели отвесный участок и выбрались на склон, тянувшийся к подножию росшего на вершине горы исполинского дерева. Прямо над ними высилось Древо Семян.
– Да это принцесса Айви из замка Ругна! – ахнула Годива.
– Как сказать. Какие бы трусики ты ни надела, хоть совершенно прозрачные, они будут иметь цвет, а значит, на вопрос можно будет ответить.
– У нас есть карта, и мы идем по ней. Правда.., пока не очень-то получается.
Роксана, разумеется, ничего на сей счет не знала, потому как с давних времен безвылазно сидела в замке, а перед тем как съесть очередного пришельца, ни о чем его не расспрашивала. А сейчас резонно полагала, что верить невесть кому на слово у нее нет ни малейших оснований.
– Что? – не поняла Электра.
– Бежим! – крикнул фавн.
– Ох, пролом! – простонала демонесса.
– А что, он не занимался своей работой? – спросила она с легкой заинтересованностью.
– Да, ты действительно очаровательна, – промолвил Драгоман с восхищенным вздохом. – А сейчас я сделаю тебя еще и зачарованной. Будь любезна, встань, пожалуйста, на этот пьедестал.
– – Ну да. Например, Хамфри.
– Прекрати сейчас же! – завизжал он. – Ты не смеешь меня подвешивать! Ты вздорная девчонка, а я без пяти минут вождь!
– Ни капельки, – заверил их второй Че. – Вы ведь уже умножались. А сейчас я умножаю вас на три четвертых.
Она поднесла вторую линзу к другому глазу, моргнула, и воскликнула.
Палочка перенесла его через пропасть, и как только Че приземлился, свинопотам с ревом устремился к нему.
– Я здесь, вождь! – ответил гоблин, не без робости выступая вперед.
– Здравствуйте, – промолвил хозяин собаки. – Куда путь держите, случаем не к Доброму ли Волшебнику? Если так, то вы идете не в ту сторону.
– Думаю, мы вправду все здесь, – согласилась Дженни. – Хотя… Ой, как же Сэмми?
– Что?
– Ну, тебе, наверное, известно, что кратчайший путь между двумя точками – это прямая. Ты ведь спешишь и едва ли захочешь сделать крюк, чтобы добраться до моста, а значит, должна будешь спуститься в Провал. Пропуск нужен, чтобы мой друг Паровичок Стэнли не принял вашу компанию за обед из трех блюд.
– Обычно Метрия свое слово держит, – ответил на ее взгляд маленький кентавр. – Другой вопрос, что самая честная сделка может обернуться не так, как было задумано, а ее правда – вовсе не тем, что тебе хотелось бы услышать.
Тем временем в своем собственном сне появилась сама Дженни. Эльфесса (это относилось к числу любимых ее занятий) гуляла среди цветов, стараясь не наступить ни на один. Наклонившись к пурпурному цветку страсти, она понюхала его, но осторожно, потому как девочкам, даже причастным к Заговору взрослых, не рекомендуется увлекаться такими вещами.
Яне поняла, что наставлять демонессу на путь истинный занятие пустое, потому что путь у каждой из них свой: тот, который больше устраивает. Чуду-в-Перьях нравится быть сердобольной, а Метрии – любопытной и проказливой. Демонессу не переделаешь, и если уж приходится иметь с ней дело, надо принимать ее такой, какой она предпочитает быть. Это, по крайней мере, позволяет знать, чего от нее ждать. Разумеется, постольку поскольку. Поэтому девушка ответила Метрии не так, как собиралась вначале.
– Это прекрасно, но как там насчет судьбы? – спросила совершенно сбитая с толку девушка. – Я так ничего и не знаю.
– Я и без того обязана вам очень многим, – пыталась стоять на своем Гвенни. – У меня нет права просить вас рисковать жизнью.
– Нет, ему это не понравится. Кроме того, он может запутаться в ней и даже задушиться. Но нам нужно найти… – она осеклась, заметив что Сэмми уже насторожился и готов пуститься бежать. – Что же делать?
На сей раз – в этом спутники убедились, подойдя поближе – он имел и вовсе удивительный вид. Стены и башни были сложены не из камня, а из карамели и леденцов, мост через ров представлял собой фигурный имбирный пряник, а вода во рву пенилась, как шипучка в озере Сода-Пробка. При этом мост был опущен, ворота открыты, а во рву не плавало никакого чудовища.
– Мысль здравая, – поддержала ее Мела. – Не может быть, чтобы там не имелось тайного хода.
– Спасибо, – поблагодарил Че. – Теперь я могу вернуться к Гвенни с хорошей новостью. Не знаю только, как мне отсюда выбраться.
– Если он прополз в том направлении и не вернулся, этот путь свободен для всякого идущего сзади, – предположила Дженни. – Однако Безымянный замок может находиться очень далеко: Горбач наверняка рассчитывает, что мы не уложимся в отведенный срок.
– Еще чего! – фыркнула Роксана. – Симург приказала мне его высидеть.
– Да, может быть, дело не только в зависти. Вполне возможно, взрослые думают, что, сохраняя многое от детей в секрете, они оберегают нас от какой-то опасности. Боятся, как бы дети по неведению сами себе не навредили. Ну, как если бы кто-нибудь вздумал зажигать магический огонь в соломенной хижине, не зная, что солома очень горючая.
Схватив палочку, мальчишка наставил ее на сестру, взмахнул рукой.., и вытаращил глаза.
Спустя мгновение демонесса протянула ей изумительные трусики из голубого шелка, прошитые золотистой сеточкой со вставленными в переплетения нитей крохотными светящимися светлячками. До сего дня русалка даже не представляла себе, что женщины могут носить нечто подобное.
– Да, мы смотрим на многое по-другому, – согласился Че. – Но уважаем чужие обычаи. В том числе и все, что касается Тайн Взрослой Жизни.
– И что у меня за судьба? – заключила Яне.
После того как хвост кентавра коснулася и кота, Дженни попросила:
– Это очень похоже на фабрику дурных грез,» заинтересованно пробормотала Ойбеда. – Интересно, уж не собрались ли они открыть свою студию и составить конкуренцию гипнотыкве.
Подняв свои огненные опалы, русалка поднесла их к кристаллу так, чтобы они его опалили. Они и опалили: глыба замерцала, и поверхность ее подтаяла, но растопить кристалл целиком не удалось.
– Пойду-ка проверю, – сказала Мела.
В этот миг Окра схватила одного из скелетиков за лодыжку, а Яне другого за запястье. Те стали вырываться, но были слишком малы и слабы.
По-видимому, Метрия была права, и таланта разговаривать с чудовищами у нее не имелось. Впрочем, девушка сомневалась, что хотя бы у одной змеиной головы было что ей сказать. Во всяком случае, такое, что стоило бы послушать.
– Неважно. Хотя, конечно, не могу не признать, что у нее красивая…
– Именно. А твои слова убедили меня в этом еще больше. Добрый Волшебник ничего не делает просто так, и раз он послал вас к моей сестре, а она ко мне, на то должны быть причины. Давайте все официально представимся друг другу и постараемся выяснить, что же именно свело нас вместе. Хозяин этой пещеры дракон Кондрак, а я Налдо, принц нагов.
– Это само собой. Как только мы перестаем на них концентрироваться. Ну и что?
Солнце на западе уже окрашивало деревья, и Гвенни, чтобы уложиться в срок, следовало поторопиться.
– Но… – слабо попыталась возразить Окра, но тетушку уже было не остановить.
– Уверена, милочка, ты могла бы ответить лучше.
– Знаю, – Окра смутилась еще сильнее.
– Нагов, нагов… – Метрия махнула рукой и лишь тут сообразила, что сама назвала нужное слово. – Эй…
– А еще, – предположила Окра, – у нее может обнаружиться такой магический талант, что ее признают волшебницей. Он только ждет своего часа, чтобы проявиться.
Тем временем в своем собственном сне появилась сама Дженни. Эльфесса (это относилось к числу любимых ее занятий) гуляла среди цветов, стараясь не наступить ни на один. Наклонившись к пурпурному цветку страсти, она понюхала его, но осторожно, потому как девочкам, даже причастным к Заговору взрослых, не рекомендуется увлекаться такими вещами.
Плюх! Взметнув тучу прибрежного песка, суденышко на полном ходу залетело в воду, так что все трое оказались в ней по пояс.
Гоблин, явно очарованный ее учтивой манерой выражаться, продолжил путь.
– Это как?