ЗАДАВАТЬСЯ ТАКИМИ ВОПРОСАМИ НЕ

– На облаке? – удивилась Яне. – Как на облаке?
– Ой, да тут никак демонесса! – воскликнула вернувшаяся Дженни.
Гвенни посмотрела на свои ноги. В настоящий момент колени у нее не подгибались, но мысль о том, чтобы дать ногам отдых, звучала заманчиво.
– Вот ваши мешки, – сказала она. – Здесь еда и вода на два дня пути: надеюсь, вы уложитесь в этот срок.
Правда, потом Роксана сообразила, что забрела в винный источник, причем вокруг этого источника сновали крохотные женщины, вроде бы из людского племени. По непонятной причине они пытались наскакивать на Роксану, которая, впрочем, воспринимала это с одобрением: плохо ли, если еда сама в рот лезет. Поймав одну из них клювом, чтобы рассмотреть поближе, птица несколько удивилась тому, что женщина оказалась обнаженной:
– Сомневаюсь. С чего, например, вам взбрело в голову путешествовать без сопровождающих, если один из вас находится под защитой крылатых чудовищ?
– И на Горгоне тоже, – кивнула демонесса. – Нас у него шесть, и мы живем с ним по очереди. Сейчас мой месяц, а остальные дожидаются в Пекле.
– Займемся лучше плотом, – предложил кентавр.
Но этого Роксана не знала и задаваться такими вопросами не собиралась. Ей хотелось одного: выполнить задание и снова получить возможность летать. А не умничать, рискуя снова рассердить Симург.
– Ну-ка повернись, – сказала Метрия.
– Вообще-то мы только что высказывали разные пожелания…
Однако эта девочка может стать первой в истории женщиной-гоблинатором, а это, в свою очередь, способно несколько улучшить нравы и обычаи гоблинов. Что же до Че, то он находится под особым покровительством птицы Симург, и случись с ним неладное, она сильно разгневается Это не стоит допускать, потому что она запросто может дать нашему мирозданию исчезнуть, заменив его на новое, где ей не будут досаждать.
– Правду, да не всю! Ты не сказала, что мне надо надеть не только трусики.
– Этот путь пролегает прямиком через Драконию, – заметила она. – Конечно, тропа зачарованная и должна быть безопасной, но кто может поручиться в том, что она отчего-нибудь не разочаровалась.
– Но она не такая уж огромная и вовсе не безобразная, – возразила Гвенни. – Обыкновенная женщина, только мускулистая и высокого роста.
– К сожалению, мне тоже не доводилось слышать о таких топонимах, – признался кентавр. – Но ты могла бы поискать не эти места, а замок Доброго Волшебника.
– Кто такие, чего надо? – буркнул он вошедшим.
И тут до Гвенни дошло:
– Свои прекрасные опалы. А может, и еще что-нибудь, но это их дело. Так или иначе все уладилось, и теперь я могу взяться за отработку.
– С ним такое случается, но у него всегда есть на то резоны Видимо, получение вами Ответов могло повлечь за собой какое-нибудь несчастье.
– Так-то оно так, но если они узнают, что вы расскажете мне, то ни за что вам ничего не скажут. – .А если я доставлю вас туда, они мигом смекнут, в чем дело.
Дракон тем временем свесил с уступа хвост и одну за другой поднял всех трех женщин в свое гнездо. Внутри все искрилось, переливалось и сверкало от обилия изумительных самоцветов. Мела не могла не признать, что вкус (и не только гастрономический) у Кондрака есть.
– Неужто ему не известно, что настоящее мокрое полено для водного очага водой не затушишь? – спросила Мела. – Я, как и он, водяная жительница, и мне прекрасно известно, что для таких дровишек вода служит топливом.
Затем они обозрели высившийся перед ними замок.
– Хрипишь? – заинтересованно переспросил Рогонос. – А громко? Ну-ка, хрипни!
Все вроде бы шло как надо, не считая того, что в Горбу не нашлось лишней пары очков для Дженни. Вообще-то у нее имелись запасные, но они пропали: не иначе как Горбач нашел их и просто из вредности уничтожил. В результате одна линза осталась у Дженни, но подруги условились, что она будет вести себя так, будто видит плохо. Гоблины не должны были догадаться о волшебных линзах, ибо для Гвенни это сулило бы неприятности.
Яне была вынуждена удовлетвориться этим объяснением. Самой ей целоваться не доводилось, но фавны с нимфами занимались этим чуть ли не беспрерывно, так что о чем речь, девушка прекрасно знала.
– Какая-какая.., вот такая… – скривив губы, Метрия изобразила руками нечто среднее между грушей и рюмкой.
Это соображение казалось резонным.
Компания оказалась в совершенно другом месте, по правде сказать, тоже не слишком радовавшем взгляд.
Гвенни перевела взгляд на Дженни. Та, в своем сне стояла на земле, держа на руках кота.
– А почему она не развела огонь и не согрелась? – полюбопытствовала Окра. – У нее же были эти палочки?
– Нет, о Розе Ругна. Ты с ней не знакома.
– Видимо, практиковаться по-настоящему Гвенни придется вне тыквы, – признала Дженни. – А пока, раз линзы уже у нас, мы можем спокойно подождать на этом славном лугу, пока нас не вернут в замок.
Трусики с прилаженными на самом интересном месте часиками были отвергнуты потому, что она надеялась на счастье со своим избранником, а счастливые, как известно даже в Обыкновении, часов не наблюдают.
Однако все выспались спокойно. Чудовища не появились, Горбач остался не съеденным и даже не надкушенным, и к палочке прибегать не пришлось.
– Это Драгоман-коллекционер! – в ужасе воскликнула она. – Неужто моя горестная судьба и вправду в том, чтобы вечно оставаться экспонатом? Да еще и храниться не в экспозиции, а в запаснике?
Ее появление вызвало там настоящий переполох: каждая из нимф хотела понянчиться с младенцем. Девочку уложили в колыбельку, устланную листьями и цветами, и нанесли ей целый ворох сучков молочая.
– Ладно, – махнула рукой девушка, решив, что ее подход все-таки сработал. – А какая из этих троп опаснее?
Бедную именинницу судьба торта огрчила еще больше, чем повариху, и она со слезами на глазах выбежала из комнаты. А выбежав, столкнулась со своей тетушкой Огреллой.
Яне и Окре принялись просматривать вешалки.
– Думаю, их надо просто поднести к глазам, – промолвил Че. – Хочешь, я сорву парочку и дам тебе?
– Не доводите меня до белого каления, – предостерегла она гоблинов, взмахнув когтем.
Все согласились, хотя предпочли бы знать, что именно им стоит поискать. Впрочем, выбор был невелик: равнина вокруг замка не радовала взор разнообразием. Лишь на самом ее краю, у кромки кустов, виднелась неказистая хижина. Забравшись внутрь, спутницы обнаружили, что она битком набита всяким хламом: кусками парусины, курточками из плотной ткани и разнообразными куклами – одни были в виде развеселых девиц, другие – суровых старцев, а третьи – важных очкастых дядек в белых халатах.
– Думаю, наша задача выполнена, – удовлетворенно промолвила Гвенни. – Жаль, что я не могу заодно заставить братца забыть и про его поганый нрав, но тут уж ничего не поделаешь. Без своего поганства он перестанет существовать, потому как оно составляет его суть.
– Думаешь, ты самый хитрый? На самом деле ты вовсе не хочешь, чтобы я туда попала.
Следующие трусики были сделаны из королевского темно-пурпурного атласа и расшиты плетеными золотыми шнурами, с которых на золотистых нитях свисали малюсенькие золотистые колокольчики. Теперь каждый ее шаг сопровождался ритмичным, музыкальным звоном.
– А ты надень их поверх рукавиц, – предложила Роза. Окра так и сделала. Черные перчатки зрительно уменьшили ее руки, так что они тоже стали выглядеть почти человеческими. С непривычки это смущало, но не слишком.
– Да, это правда, – подтвердила Гвенни с совершенно убитым видом.
Но этого Роксана не знала и задаваться такими вопросами не собиралась. Ей хотелось одного: выполнить задание и снова получить возможность летать. А не умничать, рискуя снова рассердить Симург.
– Знаете что? По-моему, эта рослая, плечистая женщина и есть огрица.
Че и Гвенни уставились на нее, вытаращив глаза. По здравому размышлению, в ее словах имелся определенный смысл, а стало быть, и Заговор мог быть составлен взрослыми не из одной только вредности. Что, конечно, все равно не оправдывало его существования.
С помощью ступеней подруги одолели отвесный участок и выбрались на склон, тянувшийся к подножию росшего на вершине горы исполинского дерева. Прямо над ними высилось Древо Семян.
– Она самая. Да, на вопрос насчет цвета ее трусиков не ответить и самому Доброму Волшебнику. Но похоже, ей пришла пора их надеть. Правда, сама она об этом даже не догадывается, по причине своей крайней наивности.
Дженни подпрыгнула и испуганно подхватила Сэмми на руки.
– Правда? Берите, что хотите. Я тут понаделал всяких штуковин для забавы.
Просто чудовищного, тем более что посередине, над огромным каменным гнездом, парило самое настоящее чудовище – птица рок.
Легкомысленные нимфы рады были повозиться с любой малышкой, однако было очевидно, что это не маленькая нимфочка, а человеческое дитя. Это не укрылось и от одной наблюдательной болотной мымры. Мымры народ хоть и неказистый, но сострадательный. Зная, что в Долине нимф по ночам действует позабудочная магия, они решили избавить девочку от превращения в красивое и беззаботное, но совершено безмозглое существо. Ночью, когда нимфы погрузились в сон, мымры выкрали дитя, переплыли с добычей болото и устроили ее в своем уютном логовище.
Присмотревшись, девочка обнаружила, что в действительности гора сложена из гигантских свитков и книг.
– Окра, – крикнула она. – Надень шляпку!
– Договориться можно, – продолжил Че, не удостоив внимания ее колкость. – Но только если Метрия пообещает сохранить тайну. Наше дело требует секретности.
– Конечно, подружатся! – с обычным воодушевлением воскликнула Яне.
– Может быть, замок внизу? – предположила Гвенни. – Вдруг его занесло песком доверху.
Ровно в полдень я там и объявлюсь.
– Нам нужно убедить деревья в том, что мы друзья, – сказал маленький кентавр. – Иначе они переплетут ветви, и к замку будет не подойти.
– Ты, наверное, Налдо, брат принцессы Нады! – с облегчением воскликнула она.
– Кондрака? – в ужасе переспросила Мела.
Сменив джинсы на изысканное бледно-зеленое с золотыми блестками платье, а кеды на изящные туфельки, она преобразилась так, что в первый момент кентавр ее не узнал. Конечно, веснушки с лица никуда не делись, но само оно стало не просто симпатичным, а особенным и по-взрослому красивым. Электра выглядела почти так же, как в день свадьбы, когда волшебное подвенечное платье превратило ничем не примечательную девчушку в настоящую чаровницу.
– Скажи им, что я приду по приглашению, и мое появление нельзя рассматривать как вторжение, – сказал Налдо, спустив кентавра на землю. – А то, не ровен час, поймут не так, и опять разразится война.
– Такая погань, как ты, может испоганить настроение хуже любой поганки, – отозвалась Окра, хватая его за шиворот и поднимая в воздух, как недавно Вдребезг поднял ее. – А когда у меня поганое настроение, мне лучше под руку не попадаться.
Тот завизжал, как зарезанный, и ослепительно вспыхнул. Роксана встрепенулась, пробудилась и, прежде чем Дженни успела спрятаться, схватила ее когтями и потащила к клетке.
– Это я только с твоих слов знаю, а ты мне не указ. А яйцо воровать он явился с прочими, и такой же съедобный, как другие.
Яне про себя отметила, что Гвенни благодаря то ли природным способностям, то ли матушкиным советам имеет четкое представление об искусстве управления.
Выглядело оно совершенно заурядным, и было непонятно, как там может размещаться замок? Разве замки бывают воздушными? Ей доводилось слышать, будто люди, даже обыкновены, способны витать в облаках – но чтоб целый замок!
– Интересно, – пробормотала она, – почему это он просит беречь именно среду. Выходит, на вторник или там пятницу ему уже наплевать. А еще называет себя логическим проповедником.
– Кажется, я нашла! – воскликнула она. – Это там!
– Теперь надо испытать ее на Горбаче, – сказала Гвенни – Удовольствия это не сулит, но надо прибрать его к рукам поскорее, пока он не сообразил, что я вернулась и могу попытаться ему помешать. Мама проследит за тем, чтобы дети не выходили в тоннели, пока мы не уведем Горбача под Горб. А сейчас она укладывает для нас торбы с припасами и снаряжением.
– Я за ним! – крикнула девочка, устремляясь следом.
– Но, по-моему, Дана права, – подала голос Яне. – У людей принято носить одежду, и раз мы идем к ним в гости, нам надо соблюдать их правила.
– На котлете, клозете, балете…
– Но ведь это не твое дело! – воскликнула изумленная Яне. – Тебе все равно, кто станет у гоблинов вождем. Да и вряд ли ты справишься со Вдребезгом. Однако, не успев договорить, она подумала, что это не столь уж очевидно.
Печально попрощавшись с добросердечными мымрами (девушка опасалась, что больше с ними не встретится и что сородичи могут не отнестись к ней с таким участием), она ступила на тропу, ведущую в Центральный Ксанф.
– Это самое трудное задание, – с тяжелым вздохом ответила Гвенни. – Боюсь, мне вообще с ним не справиться, а за два дня тем паче.
– Но… – начали они в один голос.
– Да.
– Ладно хныкать, будут у тебя и другие дни рождения. Сколько тебе стукнуло?
– Но ведь Сэмми не человек.
– Можно нам его взять?
– Наверное, без этого не обойтись, – промолвила одна из Дженни, смиряясь с неизбежностью.
Дракон посмотрел вниз, пожал плечами и улетел прочь. Будучи существом разумным, он разумно решил не связываться с теми, на кого не действует самое действенное его оружие, и доказал тем самым, что вовсе не все драконы являются безмозглыми тварями, у которых на уме одни драки.
– Да Оно сказало, что твой старичок не моет ноги и пачкает простыни. Привидению это не нравится.
– Я не о том. Кто она такая?
– Неужели так давно.., хм, поскольку я гораздо моложе, это, должно быть, была не совсем мышка. А пышка… или еще кто-то.
– Наверное, ты прав, – согласилась эльфесса, а потом, снова приглядевшись к Гобелену, поинтересовалась:
– По возвращении принц с драконом обнаружили разор и пропажу ценностей, чего, разумеется, терпеть не стали. Они заключили союз с нагами: согласно договору, Дольфу предстояло жениться на принцессе нагов Наде.
– Эй, смотрите, четырехглазая чешет! – заорал Горбач. – Слепая тетеря драться хочет. Ну и потеха.
– Если идти пешком, то конечно, – согласился Налдо, – но это легко поправить. Сейчас мы выберемся по этому каналу из пещеры, и Кондрак соберет крылатых чудовищ, а они отнесут вас куда надо.
Сэмми стремительно протащил Че по Драконий.
– Вот здорово! – с восторгом вскричала Яне.
Подъемный мост при всем своем облачном виде легко выдержал их вес: правда, надо признать, что весили, они в настоящий момент не ахти как много, но это сооружение выдержало бы и нагрузку посолиднее. Из любопытства Дженни наклонилась и постучала по мосту пальцами: на ощупь поверхность походила на губчатую, прочную и упругую кору.
Неожиданно из глубины подземелья донесся противный звук, такой, словно нечто гадкое занималось чем-то еще более мерзостным, чем оно само. Что наводило на мысль о близости свинопотамов.
– Сэмми их очень любит, – обрадованно заявила Дженни. – Наверное, сейчас ему снится такая мышка, а раз Гвенни ее видит, значит, с линзами все в порядке.
Огрица нанесла пробный удар и выбила из стены осколок облачной кладки – Материал не слишком твердый, но упругий и прочный, – сказала она. – Пролом сделать можно, но возиться придется долго.
На стол подали все те лакомства, которые искушали гостей, пока они шли по саду. Не был забыт и Сэмми – ему досталась миска мышиных хвостиков и блюдечко кошачьей мяты.
– Может быть, мы идем по лестницам, предназначенным для слуг? – предположила Гвенни.
– Да, это недопустимо, – повторила за матерью побледневшая Гвенни.
Мела вздохнула, но не слишком огорченно. В конце концов, если для того, чтобы разжиться хорошим мужем, ей необходимо повидать Доброго Волшебника, а чтобы попасть к нему, требуется надеть трусики, то это часть платы за достижение своей цели. Не столь уж высокой платы, пусть даже заодно потешится и демонесса. К тому же – она не могла не признать этого – многие трусики выглядели очень даже привлекательно. А уж как привлекательно будет выглядеть в них она! Вполне возможно, что ее шансы заполучить мужа даже возрастут.