КРИКНУЛА ОКРЕ МЕЛА

Окра и Яне с воодушевлением искали подходящую тропу, но Мела участвовала в этом без особого рвения. Будучи старше и опытнее, русалка знала, какие тяжкие удары обрушивает порой жизнь на беззащитных женщин.
Да и остальные выглядели не легче.
– Потому что мы так договорились с твоей мамой. И с мамой Че, которая беспокоится не только о своем сыне, но и о Дженни.
И кому могло прийти в голову, сделать такое несуразное существо Главным Действующим Лицом?
Тот завизжал, как зарезанный, и ослепительно вспыхнул. Роксана встрепенулась, пробудилась и, прежде чем Дженни успела спрятаться, схватила ее когтями и потащила к клетке.
Не теряя времени, Гвенни зачерпнула в ладошку чуточку водицы и, встав напротив Горбача (тот бы и рад увернуться, но деться ему было некуда) сказала:
Теперь Дженни поняла, что остальные обитатели замка, видимо, угодили в ту же ловушку. В их помещениях им ничто не грозило, но их манило яйцо, а прикосновение к нему пробуждало страшную птицу. Такова была ловушка Безымянного замка. Не удивительно, что в Ксанфе о нем почти ничего не знали.
– Какая еще Дана? – полюбопытствовал Че.
– Почему? – спросила Яне.
– Ну вот, зато теперь знаешь.
Ближе к сумеркам они прошлись по пляжу, набрали сахарного песку, песочных пирожных да куличей, соорудили из выброшенного волнами дерева шалаш и, нарвав с подушечниц подушек, завалились спать.
– Ясное дело, – ответил Налдо. – И он, и профессор Балломут, и Симург. Но они знали и другое, что ее талант необходим, чтобы спасти тебя, Че, и сделать Гвенни вождем. Яне чистосердечная девушка, склонная видеть и в людях, и обстоятельствах только лучшее, и впрямь могла обратить все к лучшему. А без этой ясной, естественной и непредвзятой поддержки перспективы успеха были бы весьма сомнительны. Но теперь дело сделано, и Яне по справедливости должна встретиться со своей судьбой. Она отправится с сестрой в замок Ругна.
Дженни покачала головой: оказывается, Окра была не просто второстепенным персонажем, но и персонажем, придуманным обыкновенной. Неудивительно, что ей так хотелось изменить свой статус.
Дана понимающе кивнула.
– Ладно, хватит. И так знаю, какой ты умник.
– Я Че, спутник Гвенни. Считается, что мне суждено изменить ход истории Ксанфа, – представился маленький кентавр, а когда деревья пропустили и его, вежливо поблагодарил:
– А так можно? – спросила Дженни (уже не вполне уверенная, какая из них она сама).
Наконец из-за поворота появился длинный, приземистый дракон с шестью толстыми ногами, рудиментарными крылышками и огромной зубастой пастью, испускающей тучи пара. Двигался он, извиваясь волнами, но не в горизонтальной плоскости, как змея, а в вертикальной, как гусеница: сначала перемещалась передняя пара ног, потом средняя, а потом к ним подтягивалась задняя. Все это сопровождалось топотом и пыхтением, однако при всей кажущейся неуклюжести перемещался он очень быстро: о том, чтобы убежать от него, не приходилось и думать.
Гвенни кивнула с таким видом, словно приняла это как нечто само собой разумеющееся, и повернулась к Горбачу.
– Ускорься! – крикнула Окре Мела. – И попроси тех, кого мы выручили снова подвесить птицу с помощью палочки. Тогда с ней можно будет поговорить без помех.
Демон выдохнул облако окрашенного раздражением дыма.
– Но как могло такое чудовище попасть на зачарованный мост? – удивилась Гвенни, поправив очки, чтобы рассмотреть неожиданную преграду. – Все ведь знают, что волшебные тропы для того и зачаровывают, чтобы путники могли не опасаться всяких страшилищ.
Вдребезг, похоже, только сейчас сообразил, что ему оказывают сопротивление. Злобно взревев, он взмахнул тяжеленной, весившей наверняка больше Окры, дубиной.
Сиротка подняла на Балломута трогательные, полные слез, кукольные глаза.
Дракон окинул русалку пристальным взглядом и исчез, а через некоторое время появился, держа в зубах женскую одежку.
Обе исчезли.
Мысль о том, что ее трусики будут хотя и одними, но все время разными, понравилась русалке настолько, что она решилась.
– Никто не может быть «слишком занят», если посетители направлены не кем-нибудь, а Добрым Волшебником. Мы должны ее увидеть.
– Эй, – крикнула ему Яне. – Она поступила так, как ты предложил. Поцеловала его. А он не выдержал и удрал, так что победа за ней!
– Или брызгаться содовой шипучкой, – поддержала его Дженни.
– Чьей принцессе?
– Ага, – кивнул Горбач. – А кто не участвует, тот не выигрывает. А раз не выигрывает, то считается проигравшим. Так что ее можно заранее считать продувшей. А завтра, – он злобно покосился на троих приближенных Годивы, – я разберусь с ее прихлебателями.
– Так ведь повествование окончено. Гвенни правит в Горбу, кентавр Че ей помогает, Окра сделалась Главным Действующим Лицом, Яне обзавелась сестрой, стала принцессой и поселилась в замке Ругна, а Мела в данный момент, надо думать, показывает Налдо свои прекрасные…
После трапезы Электра пригласила их в бывшую спальню принцессы Айви, на стене которой по-прежнему висел волшебный Гобелен. Туда же она принесла в плетеной колыбельке и своих двойняшек.
Че взглянул на Гвенни.
– Я уже была дома, – сказала она, – а теперь вот прохожу испытание. Мой младший брат подменил конверт с заданием, и мне пришлось отправиться за тем, что «пребывает меж роком и твердью» Пришлось тащиться сюда за этим хрустальным яйцом, но здесь мы попали в переделку.
– Конечно, ведь у тебя здесь друзья, – заметила Айви.
– Думаю, Дженни сможет с ней поговорить, – сказал кентавр. – Не знаю только, как вы собираетесь убедить ее отпустить нас. А без ее дозволения нам из замка не уйти.
– Нужно организовать дело так, чтобы этого не случилось.
– Ну а если он забьется в тесную норку? – спросила Дженни.
– Ускорь их, – приказала Окра, встав с семенем в руке перед недавними пленниками.
Они попробовали, и ничего особенного с ними не случилось. Окра подогнала лодку к краю, спутницы вылезли из нее и встали на сушу. После этого огрица вытащила на берег и суденышко. Все уже успели проголодаться и принялись искать чем перекусить. Яне нарвала пирожков, Мела, любительница водянистых блюд, отыскала арбуз, а Окра набрала разных фруктов и своим ножиком искрошила их в окрошку.
– Могла стать, окажись ты избранной. Но тебе предпочли другую, так что это уже не имеет значения. Ну ладно, спокойной ночи.
– Это было ужасно! – согласился Че. – К счастью, все удалось исправить. А демонам, надеюсь, впредь будет неповадно.
Дженни посмотрела на Доброго Волшебника, но тот уже уставился в свою книгу.
– Нада! – радостно вскричал Че, для которого все неожиданно встало на свои места. Как принцесса нагов Нада была напрямую заинтересована в улучшении гоблинских нравов, ведь гоблины совершали набеги на владения ее народа. Именно это послужило причиной союза нагов с людьми и ее памятного обручения с принцем Дольфом.
Все переглянулись. Знакомых сироток не было ни у кого.
– Тьфу, ничего не выйдет! – воскликнула Мела. – Мы же в Ксанфе, здесь ни у кого нет денег. Все тугрики и прочие по норам прячутся. Как тут можно что-то продавать и покупать!
Мела шла первой, Окра замыкала шествие, а Яне держалась посередине. Через некоторое время они дошли до источника, где смогли утолить жажду и где нашли красную лодку, по-видимому, оставленную там ее спасительницами. Окра легко взвалила лодку на спину и понесла дальше, к берегу озера. Как выяснилось, оно называлось Чмок-Поцелуй. Все уселись в лодку, и Окра стала грести к маячившему вдалеке острову.
– Да, смертные – страшные обжоры, – заметила Метрия.
Зная, что Метрия не обманщица и зачарованные тропы действительно гарантируют безопасность, Мела собралась с духом и двинулась вперед. Дракон приоткрыл глаза и уставился на нее. Потом моргнул. А потом повалился на бок, как мертвый.
– Но она не такая уж огромная и вовсе не безобразная, – возразила Гвенни. – Обыкновенная женщина, только мускулистая и высокого роста.
– спросила она.
И в это же самое время огромные потолочные панели сдвинулись, закрыв небо и путь к отступлению. Послышался стук закрывающихся ворот и скрип механизма поднимающегося моста. Похитители яйца оказались запертыми в замке наедине с разгневанным чудовищем.
– Они ведь все равно живут одним днем и не помнят, что было раньше, ни во сне, ни наяву, – сказал Че.
– Ничего подобного, – возразил кентавр. – Видишь темные пятна: это отпечатки его лап на мху. По ним мы можем его проследить.
Через некоторое время впереди показалась высокая, крутая, но основательно проржавевшая Железная гора.
– Речек да ручьев там полно, – тонким голосом сиротки пропищала Метрия. – А что?
Чтобы переварить услышанное, русалке потребовалось некоторое время. Потом она уточнила:
– Ой, эту гадкую вещь надо выбросить!
Впрочем, отдохнув, они тронулись в путь, сообразив, что пока тропа идет по этой волшебной роще, а они идут по этой тропе, время работает на них.
– А сестра-то кто? – не сдержал любопытства Че.
– Но как же иначе ты сможешь перебраться через реку? – возразил демон, указывая на нарисованную на земле извилистую синюю полосу.
– Да, Чудо-в-Перьях действительно присутствовала на том историческом привете.
– Рад бы, но не получается. Они обе плохие.
– Ну, вообще-то нас можно считать взрослыми, – напомнила ему Гвенни. – В Тайну-то нас посвятили.
– СЕЙЧАС ТЫ ПОЛУЧИШЬ ДВА СЕМЕНИ. ОДНО ОТДАШЬ РОКСАНЕ. ПОДСТАВЬ ЛАДОНЬ.
– Прошлое плавание на плоту вышло у нас не очень-то удачным, – промолвила Гвенни, наморщив носик.
Окра направила суденышко в указанном направлении. Мела сначала усомнилась в находке: ей показалось, что это просто ветер, несущий к озеру рыжую пыль, но скоро лодка вошла в устье и, одолевая силу невидимого течения, двинулась вверх по невидимой реке. Весла с плеском опускались в невидимую воду, поднимая невидимые брызги.
– А что там есть? – деловито поинтересовалась Окра.
Секретного, так что рассказать о нем никому не сможешь.
– А эта модель называется «фиалка любви», – сказала демонесса, протягивая трусики из черного бархата, вышитые мерцающими паутинками с нанизанной на них «росой» – крохотными бриллиантиками.
– О, шипучка! – воскликнула девочка, открыв одну из бутылок. – Может, побрызгаемся?
Но кот полностью сосредоточился на вылизывании лапы, явно не испытывая сомнений в том, что нашел самое подходящее место. Ну а поскольку проповедники хоть и отличаются редкостным занудством, но особой опасности не представляют, все решили залезть в нишу. Правда, для Че могли возникнуть затруднения, но Дуб услужливо опустил толстую ветку и помог кентавру забраться. Внутри ниши было чисто, просторно и полно самых разнообразных плодов. Удобно устроившись, Гвенни присмотрелась к ближайшему листу и прочла:
На сей раз Че успел подхватить челюсть лишь у самой земли. По части тупости этот Рогонос мог переплюнуть любого огра.
Мела переглянулась со спутницами.
– Ну кто же так выбирает? – фыркнула Метрия. – Ты должна их примерить и посмотреть на себе. Ступай с ними в примерочную кабинку.
– Это какая-то козявка, а не чудовище.
– Дело за тобой, – сказала ей Мела, укрывшаяся под ведущей к запертым дверям лестницей. – Держись позади нее и постарайся втолковать ей, зачем мы явились.
– Как тебя зовут? – спросила особа, похожая на нимфу.
– Может, вернемся и переждем бурю у берега? – спросила она Мелу.
– Вот что любопытно, – задумчиво промолвила Окра. – Как мне показалось, его это не испугало и не рассердило, а скорее позабавило. Хотелось бы понять, почему.
Темнело. Че охотно провел бы ночь под кровом, но не мог позволить себе терять время. Он считал себя обязанным сделать все возможное, чтобы помочь Дженни, ведь его неудача могла обернуться бедой. Если она не выдержит последнего испытания, гоблины, пожалуй, убьют ее, а их народ так и останется невежественным, злобным племенем А ведь не исключено, что ему предназначено изменить ход истории Ксанфа именно таким образом – способствовать смене власти в Горбу. Гоблины, наряду с драконами, древопутанами и отдельными проявлениями зла вроде Конпутера или Тучной Королевы, представляли собой сущее наказание Ксанфа, однако благотворные перемены в Горбу рано или поздно затронули бы и иные гоблинаты Исправление столь многочисленного народа стоило любых усилий.
– Эй, Роксана, – позвала Дженни. – Нам нужно с тобой поговорить.
Тот кивнул, и они удалились.
– Ну, я лично спрашивала, как заполучить подходящего мужа. В том смысле, чтобы был красивый, и умный, и мужественный и, само собой, принц…
– Это Парнас, – заявил Че. – Летать туда строго-настрого заказано.
Развернувшись к чудищу задом, Че хлестнул его по морде хвостом и лягнул обоими копытами. Свинопотам полетел прямо в пропасть, и кентавр поначалу огорчился: ему вовсе этого не хотелось. Впрочем, видя, как медленно этот уродец падает, Че успокоился: было ясно, что он не расшибется.
– Это несущественно.
– Ну что ж, – сказал он, глядя на девочку с подозрением, – пожалуй, одну штучку я куплю, – в его руке появилась золотая монетка.
Демон задумался, струйка дыма образовала плавающий в воздухе вопросительный знак.
Они припустили бегом вдоль рва, но чудовище не отставало.
Девочка была готова пуститься за рыжим проводником бегом, но он сделал несколько шагов и, усевшись на песке, принялся вылизывать лапу. Хотя ничего похожего на замок, даже на песчаный замок, поблизости не было.
– Но обыкновены непредсказуемы, – возразила Нада. – Как я могу предугадать, что придет ему в голову, если не обучу его хорошим манерам?
Дженни попыталась представить себе, каково это заменить очки на линзы, но ей показалось, что без очков она почувствовала бы себя голой.
Гвенни опустила свинопотама по ту сторону расщелины и направила палочку на Че.
Весь Ксанф тоже пребывал в полном оцепенении.
– Слушай, – сказал кентавр демонессе, – а что тебе за радость тащиться с нами по дороге? Летела бы в замок да дожидалась нас там.
– Может, болтушка?
Конечно, тот факт, что трое гостей, явившихся по личному делу, удостоились такого внимания, мог вызвать удивление, но ведь, по здравому размышлению, они были не обычными детьми. Дженни прибыла из другого мира и, можно сказать, представляла в Ксанфе свой народ: невиданных здесь ранее четырехпалых эльфов с заостренными ушами и способностью к мысленному общению.
– Еще как дрогнул, – подтвердил Налдо. – Он все удивлялся тому, что огрица вроде бы ни тупостью не блещет, ни безобразием, а из головы у него никак не идет.
Просто чудовищного, тем более что посередине, над огромным каменным гнездом, парило самое настоящее чудовище – птица рок.
– Но ты же облако! Разве облака разговаривают?
– Ускорься! – крикнула Окре Мела. – И попроси тех, кого мы выручили снова подвесить птицу с помощью палочки. Тогда с ней можно будет поговорить без помех.
– Но что во мне чудовищного? – поджала губки Гвенни, всегда считавшая себя очень милой девочкой. – Может быть, очки?