ЭТОТ ВОПРОС

– Когда внизу семечка громыхнуло, я решила, что мы сгорим, – призналась, вылезая наружу и поправляя волосы, Мела. – И страшно перепугалась: по мне, так лучше уж утонуть.
– Не получится – так не беда, через несколько часов нас все равно отсюда вызволят, – сказала Гвенни. – А вдруг ты сумеешь? Это будет здорово: мне бы не хотелось задерживаться здесь дольше, чем необходимо.
Кот припустил к стене ущелья, но заметался у подножия: подняться вверх по водопаду или отвесной скале было ему не под силу. Стало ясно, что пропуска не вернуть. Между тем земля дрожала все заметнее, а вскоре послышался и тяжелый ритмичный топот.
– Он тоже здесь, – успокоил ее Че, – , разворачивая четвертую гипнотыкву и освобождая кота.
– Но что мы можем поделать? – спросила Дженни.
– спросил Налдо.
– Хм… – Взрослая (вот уж и вправду взрослая) каким-то образом ухитрилась зафиксировать строгий взгляд на всех троих одновременно. – И мы готовы нести ответственность за свои слова?
Промежутки между визитами бывали разными, иногда весьма продолжительными, по это не имело значения:
– Или огрица, – высказала свою версию Окра. – Мои соплеменницы в большинстве своем куда как свирепее меня.
И тут в разговор вступила Мела.
Тем временем дракон осмотрел помещение и ворчливо сказал:
– В таком случае поклянитесь держать язык за зубами. Если честно пообещаете, то профессор не будет связывать вас магией, как он поступил с Метрией.
– Стэнли, – сказал Че, – это мои друзья. Мы путешествуем вместе. Айви дала нам пропуск, но мы его потеряли.
Окра с сомнением посмотрела на зажатое в кулаке» зернышко. Может, оно на что-то и годилось, но на что именно, у нее не было ни малейшего представления.
Гвенни вздохнула, понимая, что ее долг перед Дженни определенно становится неоплатным. Но с другой стороны, это был вздох облегчения: ей очень не хотелось расставаться с подружкой, рядом с которой она провела два лучших, самых счастливых года своей жизни.
Девочки уставились на него с сомнением.
– ТЫ НЕ ДЕВА, МОРСКАЯ РУСАЛКА, – прервала ее птица. – ТЫ БЫЛА ЗАМУЖЕМ И ОВДОВЕЛА.
– Да, да, – кивнул профессор. – Мотай на свой участок и доложи о прибытии. Тебе скажут, когда приступать к репетициям. Чудо, отведи ее.
Похоже, спутницы летели на северо-восток: семя перемещалось в направлении, противоположном тому, в котором их несли грифоны, но гораздо быстрее. Вскоре Окра приметила внизу озеро Огр-Ызок и Люблю-реку, по течению которой она вроде бы поднялась. Однако ракета не следовала руслу, а продолжала нестись на северо-восток над джунглями. Наконец, когда внизу показалось море, семя сбросило скорость и остановилось у края облака. Они прибыли на место назначения.
– Бежим! – крикнула Мела, надеясь только на то, что менады не увидят невидимую тропу.
– Линзы-то есть, но я не умею их надевать, – сказала она.
БЕРЕГИТЕ ОКРУЖАЮЩУЮ СРЕДУ.
– Ой! – пискнула стоявшая позади Гвенни.
Пока Дженни рассматривала множество валявшихся во дворе поделок, к домику подоспели Гвенни и Че. Вещички были интересные, но девочка не могла представить, какая от них может быть польза.
– Так ведь повествование окончено. Гвенни правит в Горбу, кентавр Че ей помогает, Окра сделалась Главным Действующим Лицом, Яне обзавелась сестрой, стала принцессой и поселилась в замке Ругна, а Мела в данный момент, надо думать, показывает Налдо свои прекрасные…
Взмахивая мощными крыльями, грифоны стремительно неслись на юг. Когда (это случилось на удивление скоро) внизу замаячил Провал, русалка попыталась углядеть пещеру, через которую они проникли в царство демонов, но заметить что либо с такой высоты и на такой скорости было трудно. А вот профессору Балломуту удалось в одно мгновение перенести их из мира демонов в логовище дракона. Вот уж с кем бы ей не хотелось поссориться, так с этим профессором!
– Я постараюсь ответить на оба вопроса, – откликнулся Налдо, отведя глаза от того, что, как надеялась Мела, он толком не рассмотрел. – Но сперва мне хотелось бы узнать о вас чуточку побольше. Окра, почему ты считаешь, что избавление от безобидной девочки улучшит твое положение?
Отвернувшись от Горбача, спутники заговорили о деле.
Вокруг торчали увядающие кусты и деревья, у подножий которых валялись опавшие гнилые плоды. В наполненном тошнотворным смрадом воздухе вились тучи мошкары.
– Ой! Спасибо тебе! – воскликнула девочка, подскочив от радости.
– Глупости. Вот смотри… – мальчик прикоснулся к деревянному чурбану, и тот начал менять очертания, пока не превратился в лодку с мачтой и тонким парусом из фанерного листа, установленную на деревянные колеса. – Выведете парусник на дорогу, поймаете ветер и домчитесь, куда угодно. Я очень люблю на таких кататься, но мама не разрешает заезжать далеко. Говорит, тут водятся драконы.
Ему оставалось одно: уворачиваться от гигантского клюва.
– Но все-таки мы кое-что узнали, – заметил Че. – Например, про то, на какой вопрос у Доброго Волшебника может не найтись Ответа.
– Ну, чего вытаращилась? – спросило облако.
– Это так, – с улыбкой ответила София, – настраивать моего мужа бесполезно и пробовать, но так уж повелось, что каждые десять дней у него ухудшается самочувствие, а с ним и настроение. Однако не волнуйтесь: уверена, что завтра все будет в порядке.
Эта Мела и вправду весьма наивна, сколь ни парадоксально это звучит в отношении подобного здания.
– Так ведь ты бы небось и разболтала. Разве нет?
Возле самого края облака запыхавшийся кентавр стал выбиваться из сил.
– Мне кажется, Че все говорил правильно, – ответила девочка с совершенно несчастным видом.
В доказательство она высунула из-под одеяла ножку и показала привидению.
– А не можем ли мы произвести деление? – промолвил один из Че.
Здесь, на острове, она могла не бояться, что кот потеряется – ему просто некуда было деться. Сэмми побежал вглубь, кентавр и девочки поспешили за ним и вскоре, к своему удивлению, увидели шатер.
– Вообще-то, – продолжил Алистер, – я по пути забавлялся тем, что проверял состояние своего таланта. Давал себе задание найти то одно, то другое, причем не сходя с дороги к замку Доброго Волшебника. Вот только что я велел себе найти очаровательную девушку – и дело сделано! Мой талант работает как надо.
– Вот именно. Чепуха какая-то, – буркнула Окра, и Мела испугалась, как бы это не рассердило птицу. Но та, похоже, ничуть не обиделась.
– Как заполучить подходящего мужа? – сказала Мела.
А значит, она могла оказаться сваренной и съеденной, прежде чем дракон сообразил бы, что они с Че пришли сюда вместе. Коленки ее совсем обмякли – то ли от этой мысли, то ли от драконьего пара.
., – Но разве ваши монеты не превращаются потом обратно в воздух? – поинтересовалась Мела.
– Я.., имела в виду.., э.., хотела сказать.., две девы и женщина. Мы пришли сообщить тебе нечто важное.
– Нет! Нет! – заверещал он, беспомощно болтая в воздухе руками и ногами. – Не убивай меня! Не убивай!
– Вот что бывает, когда недооцениваешь соперника, – пробормотал Че.
– Теперь так оно и есть.
– Да, работенка тебе досталась, не позавидуешь, – сказала Мела. – И это только за то, что ты пригубила чуток вина?
– Ой, шипучка пропала, – удивилась Дженни.
Вскоре тоннель вывел их в огромную, просторную пещеру, где повсюду сновали демоны, и творились всяческие прелюбопытные и таинственные дела. В одном углу крылатый дракон отрабатывал на манекене человека приемы нападения. Любопытно, что дракон все время промахивался: как поняла, приглядевшись, Яне, он лишь намечал удары, но не прикасался к жертве. Рядом демоны измеряли ширину троп, стараясь сделать их по возможности узкими, хотя люди могли бы по ним пройти. Другие копали ямы, накрывали их сверху ветками и испытывали на прочность, выясняя, какого веса должен быть путник, чтобы провалился в яму.
– Скажешь тоже, пригрезилась, – досадливо буркнул Грей. – Это последняя глава. Согласно всем художественным принципам, именно в ней должен наличествовать счастливый конец.
Они постарше нас, но это ничего. Потому что они девочки.
– Так ведь ты бы небось и разболтала. Разве нет?
Правда, о том, где этот волшебник живет, у нее не имелось ни малейшего представления, но к этому затруднению Окра подошла как настоящая огрица – стала грести куда глаза глядят, резонно полагая, что если никуда не плыть, то никуда и не приплывешь, а если уплыть подальше от того места, где никакого волшебника точно нет, то можно оказаться ближе к тому, где он есть. Как уже указывалось, мысли ее работали с той же интенсивностью, что и тело: она гребла и думала, думала и гребла, и в конце концов додумалась до того, что если правильно поставить Вопрос, полученный Ответ может улучшить ее судьбу. Но как поставить этот Вопрос правильно, если ей до сих пор не удалось даже его придумать?
– Да, грамотность нынче в Ксанфе не та, – согласилась Гвенни.
Конечно, вне зачарованной тропы они стали уязвимыми для охотящихся поблизости драконов, однако Дженни решила этот вопрос, затянув песню и втянув в эту песню всех окрестных чудовищ. Че, отталкивавшийся шестом, внимательно следил за тем, чтобы его не сцапали во сне.
– Наверное, ее зовут не Роки, – подсказала Дженни, тоже видевшая эти картинки благодаря свой линзе.
– А вот Кондрак говорит, что ты так же прелестна; как кипящая лава только что извергшегося вулкана, – перевел Налдо.
Положение казалось безвыходным, но тут Гвенни осенило.
– Она уже не находилась в Долине нимф, где слоняться без дела было нормой жизни. Ей, хоть и со скрипом, удалось добиться от Перебрала совета не терять время попусту, и этому совету она следовала так рьяно, что сомневалась, вправе ли остановиться для удовлетворения естественных потребностей. А вдруг это считается пустой тратой времени? Одной из странностей ее наставника-кентавра являлось то, что сам он эти пресловутые надобности удовлетворял где и когда хотел, но при этом уверял, будто бы человек обязан делать вид, будто ничем таким вовсе никогда не занимается. И ей будто бы нужно поступать также, потому что «с людьми жить – за куст ходить».
–..Моих трусиков! – сообразила Мела.
– К сожалению, мне тоже не доводилось слышать о таких топонимах, – признался кентавр. – Но ты могла бы поискать не эти места, а замок Доброго Волшебника.
– Ну, тебе, наверное, известно, что кратчайший путь между двумя точками – это прямая. Ты ведь спешишь и едва ли захочешь сделать крюк, чтобы добраться до моста, а значит, должна будешь спуститься в Провал. Пропуск нужен, чтобы мой друг Паровичок Стэнли не принял вашу компанию за обед из трех блюд.
На следующий день настало время испытания, призванного определить способность претендентов на власть править. Два задания для испытуемых были написаны на бумаге и запечатаны в конверты; каждому из испытуемых надлежало вскрыть футляр и выполнить задание.
После ужина хозяйка и гостья уселись у камелька, чтобы обменяться новостями. Правда, обмениваться было особо нечем: Яне никогда не покидала окрестностей Долины нимф, а старушка выходила из дома только на свой же дворик. Таким образом, они не стали засиживаться допоздна и, малость поговорив, разошлись по своим комнатам. Проведенный в пути день утомил девушку, и ей очень хотелось спать.
– Спички!
– А если я не собираюсь их показывать?
– Вот тебе и «ну»! Действуя совершенно бескорыстно и с риском для себя, ты спасла Дженни и обеспечила Гвендолин должность вождя. Тебе, может, и невдомек, но то были деяния Главного Действующего Лица, – принц склонил голову и добавил:
– Именно, – с довольным видом хмыкнул Рогонос. – Ты влипла, гоблетка, так что гони выкуп.
– Нет, – возразила Гвенни. – Сунуться туда с факелом это все равно что возвестить о своем прибытии, а нам бы лучше пробраться незаметно. Конечно, ковылять в темноте радости мало, но мама говорила, что в глубине есть светящийся мох.
– Ты, вижу, не понимаешь, что такое художественная композиция, – вздохнул Грей. – Да будет тебе известно, муза Истории выстраивает такого рода повествования не абы как, а по правилам. Данное, например, посвящено двум группам персонажей, по три в каждой. Мела, Гвенни, Окра, Че, Яне и ты. Таким образом, получается восемнадцать глав. Я полагаю, это задумано, чтобы поставить в тупик критиков, самых вредных из диких тиков, которые невесть с чего воображают, будто бы знают толк в литературе. Ты должна действовать в главе восемнадцатой.
– Вот к чему приводит воспитание в изоляции, – промолвила Метрия.
– Я должна была стать Главным Действующим Лицом? – дрожащим голосом уточнила огрица.
– Могла стать, окажись ты избранной. Но тебе предпочли другую, так что это уже не имеет значения. Ну ладно, спокойной ночи.
Яне задумалась. Тысяча лет срок немалый, но не для демонессы. Хотя, конечно, какой женщине захочется признавать себя старой?
– Ну спасибо тебе.
– Как же, так я вам и поверила, – сказала она. – Разве не вы хотели перебраться через Провал?
Они расхохотались, но при этом выглядели смущенными. Никто не ожидал, что важнейшая из Взрослых Тайн окажется.., такой.
Нада улыбнулась. Улыбка делала ее прелестной, хотя, по правде, она была хороша в любом обличье – и в змеином, и в человечьем, и в своем природном. Если Гвенни он мог назвать очаровательной, а Мелу (хотя ему и рановато было оценивать женщин с такой точки зрения) соблазнительной, то Нада являлась настоящей красавицей.
– Кто вам сказал, что она здесь?
– Тогда выбираемся из сна и забираем перышко, – сказала Дженни.
– 954 год – это что, дата? – спросила Дженни.
– Все хотели бы! – оборвал девушку Хамфри. – А ты, огрица, зачем пришла?
После того как бабулька накормила Яне бобами, та продолжила путь, но едва вышла за порог, ее стало одолевать любопытство: а что встретилось бы ей, выбери она другую тропку? Девушку так и подмывало пойти да проверить, но уроки Перебрала не пропали даром, и Яне понимала, что это был бы нерациональный поступок. Ведь чем скорее она доберется до замка Доброго Волшебника, тем скорее узнает свою судьбу. Которая должна быть счастливой, потому что девушкам, ведущим себя как положено, положена награда. Правда, куда она положена, кентавр не говорил, но уж Волшебник-то это наверняка знает.
Оторвав взгляд от панели, кентавр сквозь полупрозрачную стену увидел, что семя стремительно несется над Ксанфом. И вот что забавно: в семечке все вроде бы стояли, но по отношению к поверхности земли выходило, будто они лежат носом вниз. С такой интересной магией он еще не сталкивался.
– Сейчас выясним, – сказала Окра, донельзя довольная тем, что поставила Главное Действующее Лицо в затруднительное положение. – Эй, семя. Прибавь Роксане быстроты, чтобы она сравнялась с нами.
Когда стало ясно, что менады их не догонят, все еще не верившая в удачу Мела вспомнила, что у Пифона вроде бы тоже неплохое чутье. Однако везение, обычно выпадающее на долю Главных Действующих Лиц, сопутствовало им и дальше, словно кто-то что-то слегка напутал в сценарии. Никто больше не потревожил их до тех пор, пока тропа не уперлась в отвесную каменную стену. Стена эта, похоже, опоясывала всю гору так, что обойти ее было нельзя.
– Тебе что, легче будет, если я его кокнув – выкрикнула Гвенни.
– О, это ты, милочка? Чем могу быть полезен?
– Ох! – выдохнула Гвенни, – Надеюсь, это не…
Палочка перенесла его через пропасть, и как только Че приземлился, свинопотам с ревом устремился к нему.
– Наверное, правильнее было бы говорить «в закопаемые», – предположила Окра.
Окра зарделась.
– А я все-таки скажу. Ты… – и он промолвил ОЧЕНЬ ПЛОХОЕ СЛОВО.
– Неважно. Делаю, и все тут.
– Сэмми, найди, пожалуйста, самый короткий и безопасный путь на дно Провала.