Я ЧЕ, СПУТНИК ГВЕННИ. СЧИТАЕТСЯ

– Представься ты, – обратилась Взрослая к Дженни.
Там, откуда я родом, это не так.
– Я Мела, морская русалка. Окра у нас огрица, а Яне – человек. Окре хочется стать Главным Действующим Лицом, а для этого необходимо избавиться от эльфессы Дженни. Ну а Яне пытается узнать свою судьбу.
– Интересно, действует ли оно на других? – спросила Яне – Я о том, может ли оно ускорить или замедлить кого-нибудь кроме нас?
Гвенни хмыкнула.
– Постой, – сказала ей та. – А сама-то ты как переберешься?
– Осторожно, – предостерег Че. – Это львиный зев.
– А что с твоим сыном? – поинтересовался Че.
– Я Че, спутник Гвенни. Считается, что мне суждено изменить ход истории Ксанфа, – представился маленький кентавр, а когда деревья пропустили и его, вежливо поблагодарил:
Горбач почесал в затылке, но промолчал, видимо, признав ее правоту. Неизвестно, понял ли он правильно, что именно могут проделать свинопотамы с девочками, но разумно решил, что если его сожрут первым, это для него не так уж и важно.
Порешив на этом, друзья снова уложили в дорогу свои котомки и покинули Горб. Отойдя подальше, Дженни обратилась к коту.
Она не успела договорить, а трусики уже начали морщиться. Мела торопливо повернулась кругом.
– Ну-ка, милые, покажите мне на этих фигурках, как вызывают аиста.
– Не беспокойся, когда должен, тогда и буду. Горб не так далеко отсюда, а в змеином обличье я двигаюсь очень быстро. Ты вот что – поставь на месте, где будет проходить поединок, табличку или какой-нибудь указатель.
– Конечно.
Спи огренок, спи любимый, спи мое дитя, Треснули тебя дубиной по башке шутя.
Демонесса извлекла откуда-то блокнот с ручкой и стала делать какие-то пометки.
– Дженни, раз уж тебе удалось перенести в свой сон всех нас, включая скелетов, то как насчет замка Доброго Волшебника»?
– Но… – Мела и Дженни хотели что-то возразить, но тут рядом с ними появилась птица рок.
– А как ты ее нашла, невидимую-то? – спросила Мела.
Но теперь все страхи остались позади: дракон встретил их весьма дружелюбно. Возможно, ему было приятно вспомнить годы, проведенные с Айви, которой, по совершенно невероятному совпадению, в свое время было семь лет, как сейчас Че, а в другое время, но тоже свое, по совпадению еще более странному, четырнадцать, как нынче Дженни и Гвенни. Гвенни показалось, что среди клубов пара можно различить драконьи грезы – ему и сейчас виделась малышка Айви, начищающая ему чешуйки или целующая в ушко. К этому прицепилось и еще одно мимолетное воспоминание – об ухе, потерянном в схватке с огром. Ухо потом отросло, но неприятное воспоминание осталось. Гвенни полагала, что драконьи уши обладают магическими свойствами – именно поэтому драконы так не любят их терять Стэнли проводил их до того места, где начиналась круто взбиравшаяся вверх по склону тропа. По пути попадались и другие, однако дракон проходил мимо, поскольку эти дорожки или вели в пещеры, или уставали, сужались и пропадали, не успев добраться до верха. Легко было представить, как попавшие в Провал бедняги пытались выбраться по ним из ущелья, но были сшиблены струей пара и безжалостно съедены.
Дракон посмотрел вниз, пожал плечами и улетел прочь. Будучи существом разумным, он разумно решил не связываться с теми, на кого не действует самое действенное его оружие, и доказал тем самым, что вовсе не все драконы являются безмозглыми тварями, у которых на уме одни драки.
– Но ты должен был быть, иначе как же я могла тебя разбудить?
– Хотела, – кивнула огрица. – И теперь вижу, Что ты предоставил мне такую возможность. Но я не воспользовалась ею, потому что не смогла избавиться от Дженни.
Поняв, что Налдо увидел их, русалка залилась краской и торопливо одернула юбку). Все-таки с хвостом хлопот не в пример меньше.
С этим спорить не приходилось.
– Но те, которые не могут ходить, не так опасны.
– О, да это никак Метрия! – воскликнула, оглянувшись, Мела.
– Что?
Но второе не заставило себя долго ждать. Опережая их, ко рву стремительно приближался дракон. С виду какой-то странный, но достаточно страшный.
– Ты сможешь распознавать, когда они говорят правду, а когда врут! – подхватила Дженни.
– О нет! – простонала Дженни, поняв, что случилось, по выражению лица подружки. Но сетовать было некогда, и в следующее мгновение она скомандовала:
– Итак, дело сделано? – спросил Налдо, вновь обернувшись ко Гвенни. – Ты теперь гоблинатор Гоблинова Горба?
– Неважно, – хмыкнула Мела, пародируя Метрию, и все рассмеялись.
– Но я даже не знаю, где их искать! – воскликнула девушка. – Мне неизвестно, где находится Людское болото, Мужская гора или Долина женщин.
Открыв проход, Гвенни снова подняла Горбача в воздух. Между тем Че заглянул в черную нору и сказал:
Весь следующий день (насколько можно было судить о ходе времени при отсутствии луны и солнца) они ели каштаны, сосали ириски и пили молоко из кувшинок. Никто их не тревожил: если в реке и водились другие чудовища, то они, должно быть, уже прослышали, чем на этом плоту угощают.
– Но ведь я его бросила, – вздохнула Окра. – Не думаю, чтобы это ему понравилось.
– Спасибо, – растроганно проговорила Окра. – Я много о тебе слышала, но действительность превзошла все ожидания.
– Пойдем, я отведу вас к тыквам, – предложила Айви.
– Некоторые уже повыпадали, – хихикнула Яне.
– Это мысль, – кивнула Дженни.
– Я Че, спутник Гвенни. Считается, что мне суждено изменить ход истории Ксанфа, – представился маленький кентавр, а когда деревья пропустили и его, вежливо поблагодарил:
– Да, таланты у них замечательные, – сказала Дженни. – И в будущем, когда малютки подрастут, будут им очень полезны.
– Расскажи-ка нам про Косто и Скелли, – попросила она.
– Наверняка не понравится, – подтвердил профессор, обнажив клыки в некоем подобии улыбки.
– Но как же так? – возмутилась Мела. – Нам пришлось пройти испытания, мы даже измазюкались в здешнем гадком рву с противной пресной водой, и что получили? Ты обязан нам ответить.
Брови демона поползли на лоб.
Так вот, эта сиротка была такая бедная, что носила лохмотья, и ей было холодно. А поскольку спички у нее никто не купил, она замерзла и умерла.
– Это проще простого. Кто против вождя или друзей вождя, те подрывают основы государственного устройства. А кто гадок с виду и употребляет грязные слова – посягает на общественную нравственность. Усек?
– Не за что, – пожала плечами демонесса, обнаружив полную невосприимчивость к сарказму.
– Ой! Чужаки! – взвизгнула нимфа.
Но наблюдать за дальнейшим развитием сна Гвенни было некогда: Дженни предоставила им возможность освободиться, и было бы непростительной глупостью этой возможностью не воспользоваться. С помощью палочки она осторожно опустила яйцо в гнездо, спрятала палочку в котомку и подбежала к находившимся у стены клеткам. Они находились высоко над ее головой, поскольку были рассчитаны на огромный рост Роксаны. Чтобы добраться дотуда, Гвенни пришлось лезть по стене, но, к счастью, цепляться за облачную кладку было довольно удобно.
– Может быть, Че смог бы полететь… – начала она – ..забудь он, что не умеет летать, – подхватила Гвенни и полезла за фляжкой.
– Помогите! – вопил Горбач. – Похищение! Она похищает будущего вождя! Остановите ее!
– Так не пойдет, – сказала Мела. – Нужно не просто обратиться, а попросить его что-то сделать. Что-то, не зря же оно так названо, связанное со временем.
Поднявшись с пола, птица снова двинулась на Гвенни.
Это было разумно: осторожность еще никому не вредила. Мела подошла к яйцу, Роксана двинулась в том же направлении. Правда, она оставалась замедленной на три четверти, что упрощало дело.
– Ты почему пищишь, словно девица? – поинтересовалось оно.
– Ну и какая нам от всего этого радость? – полюбопытствовала Окра.
В ответ возникла очередная движущаяся картинка.
Вскоре тоннель вывел их в огромную, просторную пещеру, где повсюду сновали демоны, и творились всяческие прелюбопытные и таинственные дела. В одном углу крылатый дракон отрабатывал на манекене человека приемы нападения. Любопытно, что дракон все время промахивался: как поняла, приглядевшись, Яне, он лишь намечал удары, но не прикасался к жертве. Рядом демоны измеряли ширину троп, стараясь сделать их по возможности узкими, хотя люди могли бы по ним пройти. Другие копали ямы, накрывали их сверху ветками и испытывали на прочность, выясняя, какого веса должен быть путник, чтобы провалился в яму.
– Да, ты действительно очаровательна, – промолвил Драгоман с восхищенным вздохом. – А сейчас я сделаю тебя еще и зачарованной. Будь любезна, встань, пожалуйста, на этот пьедестал.
И тут Яне (ох, не зря занимался с ней премудрый Перебрал) показалось, будто в имени дракона есть что-то особенное.., что-то такое…
– Ну вот. Этого только не хватало!
Мела осторожно прикоснулась пальцем к ощетинившемуся иглами кусту, но рука ее не ощутила никакой преграды. Перед ними действительно находилась мастерски сработанная иллюзия, маскировавшая превосходную тропу.
– Мы втроем явились к Доброму Волшебнику с Вопросами, но он, вместо Ответа, отослал нас к принцессе нагов Наде, которая препроводила к своему брату Налдо, а тот сказал, что поможет нам, если мы передадим тебе это известие. Таким образом…
Дракон повернулся к Гвенни, и той стало не по себе.
Выпалив это русалка вздохнула с облегчением.
В большинстве случаев они и вправду движутся с шумом и треском, поскольку таиться не считают нужным и всегда предпочитают идти напролом. Однако в случае необходимости любой огр – даже не такой маленький и ловкий, как Окра – способен действовать совершенно бесшумно. Действуя совершенно бесшумно, она осторожно вытащила из своей котомки нож. Разумеется, он предназначался не против пассатижа, которого огрица прихлопнула бы одним щелчком. Дело в том, что, осторожно повернув голову, Окра увидела склонившуюся над распростертой Мелой уродливую фигуру гнусса.
– А ты надень их поверх рукавиц, – предложила Роза. Окра так и сделала. Черные перчатки зрительно уменьшили ее руки, так что они тоже стали выглядеть почти человеческими. С непривычки это смущало, но не слишком.
– Спасибо, – растроганно проговорила Окра. – Я много о тебе слышала, но действительность превзошла все ожидания.
– Но ведь мы и есть «состязающиеся стороны», – сказала Гвенни.
– А может быть, она чья-то сестра.., даже близнец, – добавила Мела. – Они встретятся и заживут счастливо.
Пушка вскочила на ноги и пустилась бежать.
– Не знаю, – покачала головой Дженни.
Все непроизвольно посмотрели на Гобелен. Никакие места на теле русалки уже не затуманивались, однако Че, как ни вглядывался, так и не уразумел, почему многие мужчины предпочитают смотреть на женщин, вместо того чтобы заниматься по-настоящему интересными делами.
– Вот как? В таком случае прошу прощения. Я приняла тебя за этого грязного старикашку.
– Было дело, – ответила она со смущенным смешком. – Это случилось на Портретный день, так что здесь находились все пять с половиной жен Доброго Волшебника, одна другой краше. Я приходила спросить, как мне вернуться в Двухлунию, но передумала и решила погостить в Ксанфе подольше.
Мела вылезла из водоема, который немедленно исчез, как исчезли и постели ее подруг. Сокрушенно вздохнув, русалка заменила хвост на ноги. Наспех позавтракав, они последовали за Метрией по крутой, шедшей вниз по западному склону тропе и через некоторое время увидели большое раскидистое дерево. В отличие от многих деревьев Ксанфа на его ветвях не было ничего, кроме листьев, – видимо, по той самой причине, о которой говорила Дана.
– Если идти пешком, то конечно, – согласился Налдо, – но это легко поправить. Сейчас мы выберемся по этому каналу из пещеры, и Кондрак соберет крылатых чудовищ, а они отнесут вас куда надо.
Мела нашла это предложение весьма разумным. Окра, по правде сказать, сомневалась в целесообразности освобождения Дженни, но благоразумно оставила свои сомнения при себе Ей, как и всем прочим, хотелось выполнить задание и вернуться к Налдо за обещанными ответами.
Впрочем, Дженни потрясло не столько это, сколько открывшийся ей факт теснейшей взаимосвязи между Ксанфом и Обыкновенией.
– Ага. Она участвует в осуществлении одного важного проекта.
– По-моему, я слышала о волшебных устройствах, именуемых «ветряными мельницами» или попросту «ветряками», – промолвила Окра. Возможно, волшебник завел такую штуковину у себя в замке.
– У меня есть лишнее ребро, – похвасталась Костя и в доказательство слегка щелкнула по ребру костяным пальцем. Ребро отозвалось мелодичным звоном.
Чудовище шагнуло по направлению к Рвении.
– Ну что ж, завтра с ним и увидимся… – привидение растаяло в воздухе.
– А вы наверняка и есть те самые отпрыски, – сказала Мела. – Славно выглядите. Как вас зовут?
Дженни повела его назад по тоннелю, а на первом же перекрестке свернула направо, не забыв при этом нанести на стену метку. Они углубились в боковой проход, изрядно петлявший, но так и не выведший их к ущелью.
– Ну и что»? Подавай сюда своего бойца или дерись сама, а не то будешь считаться проигравшей, – куражился Горбач, явно довольный тем, как ему удалось облапошить соперницу. Она боролась с ним честно, а он действовал подлостью и обманом, – Видать, мне придется выйти на поединок самой, – упавшим голосом произнесла Гвенни. – На худой конец у меня есть палочка.
– Я и есть девица.
– Подобного чего?
– Интересно, – сказала Мела, – а что будет, если мы приблизимся к краю потока? Берегов здесь нет: неужто мы просто выпадем из воды на сушу?
– И этого сопляка вы хотели сделать вождем? – спросила Окра гоблинов, после чего сплюнула и отшвырнула мальчишку в сторону.
– А как же иначе? Конечно, разговаривают, просто люди не понимают их языка.
Окра открыла рот, но вместо того чтобы взреветь, повинуясь неосознанному порыву, взяла высокую ноту. А потом ее как повело – она брала ноту за нотой: выше, выше, еще выше.., пока ее голос не воспарил так высоко, что его уже невозможно было услышать.
Гоблин, явно очарованный ее учтивой манерой выражаться, продолжил путь.
Вконец расстроенная Гвенни села на камень. Свечение, пометившее всех троих, когда они попали под лучи яйца, уже сходило на нет, но теперь это уже не имело никакого значения Двое из них были заперты в клетке, а третья решительно ничего не могла поделать.
Схватив палочку, мальчишка наставил ее на сестру, взмахнул рукой.., и вытаращил глаза.