МИЛО,

Однако Дженни, подумав, отозвалась:
– Да, – почесал в затылке кентавр, – это, пожалуй, ставит нас в затруднительное положение.
– Да хоть бы и вон там.
– Значит, так, – взял дело в свои руки Че. – Начинку из каждого пирога вынимаем, и что остается? Правильно, пирога. По пироге на каждого: садимся в них и спускаемся по водопаду. Быстро, удобно и не так страшно, как прыгать.
– Это еще вопрос, сработало или нет? А вдруг мы просто угодили в другой сон, в котором снимся себе проснувшимися и вернувшимися из Сонного Царства в реальный мир?
– Ну, я полагаю, что по здравому рассуждению такой выбор не был бы лишен определенных преимуществ.
– Дует, – заметила Дженни. – Если мы сделаемся почти невесомыми, не сможет ли ветерок подхватить нас и унести неведомо куда?
– Правильно ли я понимаю: представься тебе возможность занять желаемое положение, ты оставила бы эту Дженни в покое?
– Ты права, – промолвил Драгоман, внимательно рассмотрев оберег. – Здесь действительно запечатлены могучие чары: никто не может причинить вред тому, Кто носит этот предмет.
Поутру София подала им на завтрак гороховую кашу, причем некоторые горошины были горячими, некоторые теплыми и некоторые холодными. Мела предпочла подкрепиться горяченьким, Яне остановилась на остывших, а Окре пришлись по вкусу теплые. Наконец наступило время встречи с Добрым Волшебником. София привела их в малюсенькую, невзрачную, невероятно захламленную комнатушку, где над огромным томом скрючился похожий на гнома человечек.
– ПОНЯТНО. А С КАКИМИ ВОПРОСАМИ ОБРАТИЛИСЬ ВЫ К ВОЛШЕБНИКУ?
– Но куда мы пойдем теперь? – Гвенни перевела разговор в практическое русло.
– Вот почему Добрый Волшебник отправил тебя к моей сестре, а та прямиком ко мне, – сказал Налдо. – А твоя игривая юбчонка показала мне твои трусики. Отчего, должен признать, я чуть было не потерял голову. Но мне пришлось взять себя в руки и ждать, пока не закончится вся история и не осуществятся желания твоих подружек.
Она помогла подруге избавиться от торбы и тут же воскликнула:
– Не надо, Роки! – с этими словами Гвенни повела палочкой, и яйцо отплыло по воздуху от гнезда.
– Потащу, посвищу, покрещу, пошучу…
– Но тогда это не торговля, а обман. Надо платить настоящими деньгами.
«Да, – подумала Дженни, – паршивец не так-то прост Он смышленее, чем кажется».
Яне с Окрой сумели нарвать каштанов, ирисок и кувшинок. Но едва компания приступила к трапезе, как раздался ужасный рев. Все встрепенулись.
– Очень мило, – согласилась Яне. – И весьма логично.
– Что ты сделал? – спросила она.
Представлялось совершенно очевидным, что все разумные и не очень обитатели Ксанфа являлись Лицами, действующими или на худой конец бездействующими, но все они различались по степени значительности. При этом Главным Действующим Лицам все их действия давались куда легче, чем второстепенным, не говоря уж о третьестепенных, и жизнь их складывалась гораздо лучше. Трудно было представить, чтобы какой-нибудь огр начал дубасить кулачищами по такому Лицу.
Сообразив, что крылатые чудовища все же присматривают за ними, Гвенни испытала смешанные чувства: она предпочла бы справиться сама, но рада была узнать, что их навряд ли сожрет какой-нибудь хищник. Все складывалось не так уж плохо: никто не лез к ним с наставлениями, поучениями и нотациями, однако и на произвол судьбы их не бросили.
– Палочка слабеет, – пояснила девочка. – Я растратила много энергии на птицу рок и тому подобное, так что она нуждается в подзарядке. А этот вымогатель слишком тяжел.
Все бы ничего, но тут Дженни сообразила, что они понятия не имеют о том, как этот парусник остановить.
Конечно, тот факт, что трое гостей, явившихся по личному делу, удостоились такого внимания, мог вызвать удивление, но ведь, по здравому размышлению, они были не обычными детьми. Дженни прибыла из другого мира и, можно сказать, представляла в Ксанфе свой народ: невиданных здесь ранее четырехпалых эльфов с заостренными ушами и способностью к мысленному общению.
Возражений не последовало, и вся компания направилась по зачарованной тропе к замку Ругна. Идти по ровной, прямой тропе с удобными площадками для отдыха было легко и приятно. Яне с удовольствием предвкушала встречу с венценосными особами.
Че при этом подумал, что Гвенни и сейчас выглядит совсем неплохо. Правда, сама она – что лишь усиливало ее очарование – об этом даже не догадывалась.
– Нам просто хочется быть самостоятельными.
– Может, смекалки? – – Это мелочи. Главное, вы не сообразили, что вам ничто не грозит. И основательно меня рассмешили.
– Г-где мы можем раздобыть пару контактных линз для Гвендолин, чтобы она…
– Давай мы с Горбачом пойдем и поищем обходной путь, – предложила она. – И вы с Че тоже, только в другой стороне. А потом вернемся и посмотрим, у кого лучше получится.
– Ладно, – сказал Придурок и заторопился наружу.
– Что это за семя такое? – спросила птица, смешно растягивая звуки.
– Хорошо, что мы должны делать? – сказала Мела.
– ОНА НИЧУТЬ НЕ ХУЖЕ ЛЮБОЙ ДРУГОЙ. НО ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ ПОДОЖДАТЬ СВОЕЙ ОЧЕРЕДИ.
– Не получится – так не беда, через несколько часов нас все равно отсюда вызволят, – сказала Гвенни. – А вдруг ты сумеешь? Это будет здорово: мне бы не хотелось задерживаться здесь дольше, чем необходимо.
– Это его грезы наяву. Он грезит о шипучке. Ему очень нравятся всякие бесполезности В голосе ее звучала печаль. Предполагалось, что присоединившись к Заговору, она и ее друзья должны разлюбить вкусности, которые полезны только для того, чтобы как следует побеситься, ведь взрослым (если они, конечно, не бесы) беситься не полагается. Это было неизбежно, но чтобы приспособиться к такому лишению, требовалось время.
Грифоны тем временем набрали еще большую скорость Внизу огромным ковром расстилался Ксанф с его лесами, реками, полями и озерами. Одно из озер напоминало по форме рот с подставленными для поцелуя губками. Мела тут же узнала Чмок-Поцелуй, где совсем недавно побывала. К югу от озера тянулась линия Люблю-реки, вверх по течению которой поднялась Окра. Следуя вдоль русла, грифоны добрались до другого, более крупного озера. Вне всякого сомнения, то было озеро Огр-Ызок, где обитали донные прокляторы и на берегах которого (о чем свидетельствовал пример Окры) можно было встретить отбившихся от своих огров. Затем крылатые чудовища повернули на юго-запад, промчались над непроходимыми джунглями и, когда впереди замаячила вершина горы, пошли на снижение. Летающие существа не рисковали приближаться к Парнасу, и Мела уже настроилась на то, что ее со спутницами ждет долгий нелегкий путь пешком. Однако, приземлившись, грифоны не ссадили женщин, а продолжили бег к горе на четырех ногах. Русалка поняла, почему Кондрак обратился за помощью именно к этим существам: имея четыре лапы, они могли передвигаться по земле с тем же проворством, что и по воздуху, а стало быть, имели возможность доставить путниц поближе к подножию.
– Прости, – сказала Мела. – Наверное, мне не следовало ему угрожать. Но он вел себя не лучшим образом.
– Это не разговор! – фыркнул паршивец.
– Симург велела мне передать его тебе. Но ты должна отпустить пленников и не пытаться никого из нас съесть.
– Да, – только и ответила Дженни. Это и вправду многое объясняло.
– Очень мило, – согласилась Яне. – И весьма логично.
– Ха-ха, дуреха четырехглазая, – рассмеялся Горбач. – Очки-то твои тю-тю, свинопотам схрумкал. Теперь ты слепая, как летучая мышь.
– Неважно.
– Нет, я вообще здесь не работаю, наведалась по личному делу. Ищу куст с контактными линзами. Ты случайно не знаешь, есть такой поблизости?
– Да, пожалуй, ты прав. В отличие от женщин наши мужчины народ не самый правдивый. Но мне не хочется ни за кем шпионить.
– Теперь так оно и есть.
Подняв свои огненные опалы, русалка поднесла их к кристаллу так, чтобы они его опалили. Они и опалили: глыба замерцала, и поверхность ее подтаяла, но растопить кристалл целиком не удалось.
Правда, шли они не тесной кучкой, а рассредоточившись по берегу так, чтобы, оставаясь на виду друг у друга, просмотреть как можно большее пространство. Рыжий кот мог оказаться где угодно, потому что умел находить все, кроме обратной дороги. Обычно Дженни старалась не отставать от него, но тут ее случайно отвлекло появление демонессы. А может, и не случайно – после всего услышанного в случайности не очень-то верилось.
Выпалив это одним духом, Че умолк, опасаясь, как бы Взрослая за такую дерзость не пристукнула его на месте своим тяжеленным башмаком, но она лишь приподняла бровь и спросила:
Мела осторожно прикоснулась пальцем к ощетинившемуся иглами кусту, но рука ее не ощутила никакой преграды. Перед ними действительно находилась мастерски сработанная иллюзия, маскировавшая превосходную тропу.
– Ты хочешь сказать, что демоны похожи на гоблинов? И с ними тоже надо обращаться невежливо.
Затем Гвенни повела всех к выходу из Горба, но не к главному, а нижнему Тоннель выводил на дно глубокого ущелья. В конце его находился валун, закрывавший лаз.
Затем они обозрели высившийся перед ними замок.
Наконец впереди показался замок Доброго Волшебника. Выглядел он совершенно обыкновенно, причем чем ближе они подходили, тем обыкновенное он казался. А со стороны замка появился молодой человек.
– Кому же охота, – поддержал ее Че. – Жуткое место, хуже тыквы.
Но при всем этом ее не оставляло смутное беспокойство. Некоторое время русалка мучительно пыталась сообразить, в чем дело, а потом спросила:
– Наша крошка малость не в себе, – сказала она. – Тяжелое детство, деревянные игрушки. Думаю, когда-то василиск загубил ее ласковую, добрую матушку, и теперь ей повсюду мерещатся эти чудовища. Мы должны поберечь ее, а демоны выглядят весьма устрашающе. Нельзя ли, чтобы нас проводила демонесса?
– Нет. Тебе суждено быть заточенной и хранить свою нетленную прелесть до тех пор, пока кто-нибудь не найдет тебя и, плененный твоей красотой, освободит. В легендах этим занимаются в основном принцы, но на твоем месте я бы на это особо не рассчитывал Принцы вообще попадаются на дороге не часто, так что кто освободит, тому и будь рада. Ну, а сейчас переодевайся в свое лучшее облачение.
– В Безымянном замке есть большое каменное гнездо, на котором птица рок высиживает яйцо. Каменное гнездо, ясное дело, твердое, оно и есть твердь. Рок роком и будет, а между ними яйцо. Яйцо-то Гвенни и должна доставить сюда.
– Может, попробуем обойти Провал? – сказал Че. – Судя по карте, он заканчивается у воды.
Гвенни была растрогана: ради дружбы юный кентавр был готов пожертвовать самыми восхитительными удовольствиями. То, что он настоящий друг, сон доказал лучше любых слов.
– Вот и прекрасно, – сказал Че. – Значит, линзы действуют так, как и должны.
Гоблин уставился на нее, потом огляделся и указал на развесистый куст.
И она занесла коготь.
– Он хочет сказать «шотландка» – пояснила Метрия. – С ним все ясно, идем дальше.
– Сейчас уточним, – сказала Мела, доставая свой справочник. – Так.., мельницы ветряные Да, точно Это невидимые лопасти, которые устанавливаются на башнях и, вращаясь, начинают перемалывать ветер. Ему это, понятное дело, вовсе не нравится, и он бежит от них на все четыре стороны.
– Соленая! То, что надо!
– Хамфри сказал, что его Ответ не сможет помочь, если вы не вступите в Заговор. Мне и самому это показалось странным в Обыкновении всякой путаницы куда больше, чем в Ксанфе, но с этими Тайнами там так не носятся По правде, я отношусь к Заговору так же как вы.
– Ну, сейчас-то в нашей компании нет ничего примечательного, – промолвила Гвенни.
Между тем мы, драконы, существа вредоносные, а долго носить в себе вред, никому его не причиняя, вредно для здоровья. А вредить себе строго-настрого запрещено нашими драконовскими законами. Так что, увы, кажется, мне придется оставить амулет себе, а с тобой поступить так, как я привык поступать с очаровательными, но не зачарованными девушками.
Спустя мгновение она уже вертелась в них перед спутницами.
– Значит, нам надо забраться к тебе в этот.., трюм, и ты переправишь нас через ров?
– Получается! – удивилась она. – Вот уж не думала.
– Как мне избавиться от эльфессы Дженни? – решительно выпалила Окра, напугав своих спутниц.
– Только краешек, и то мельком, – ответил Налдо. – Но этого более чем достаточно. Мне ясно, что ты самая соблазнительная из полукровок Ксанфа: о лучшей жене не приходится и мечтать. А я, – он принял человеческий облик и предстал перед собравшимися в виде прекрасного принца, – а я, смею надеяться, вполне подходящий жених. Принц, холостяк, вроде бы не дурак, не трус и не урод. У меня у самого хвост (в подтверждение этих слов он на миг обернулся нагом), так что не одобрять хвостов с моей стороны было бы просто глупостью. Я люблю поплавать, ничего не имею против сырой рыбы, что же до волос… Я буду просто счастлив расчесывать их, если ты в это время будешь сидеть у меня на коленях в своей развеселой юбочке и этих трусиках. Так как, ты согласна выйти за меня замуж?
– Чего надо? – раздраженно буркнул он, подняв голову.
Кентавр, не теряя времени, принялся хлестать хвостом бревна, и плот тут же приподнялся над водой. Встав плечом к плечу спинами к ветру, спутники образовали нечто вроде живого паруса. Теперь плот находился над поверхностью, и ветер мало-помалу пересилил течение, и плот поплыл к острову.
– Ах ты так! – взъярилась Гвенни. – Как шандарахну об стену!
– Об имени. Пусть ее зовут Ойбеда.
Какой бы хилой ни была она по огрским меркам, раскидать жалких гауссов не составило ей ни малейшего труда. Вернувшись в палатку, Окра обнаружила, что Мела так и не проснулась, в то время как несколько клещей, тихонько присосавшись, тянут из нее кровь.
Все согласились и выбрались на берег. На обходном пути им повстречался многоголовый змей.
В этом имелся определенный резон. Но тут подала голос и Яне.
Рассмотрев карту втроем, они углядели то, чего Мела раньше не замечала: невидимую реку, бравшую начало у Железной горы и несшую свои воды к озеру Чмок-Поцелуй через страну копуш. Не на карте, а на местности эту реку можно было отыскать единственным способом: по рыжим пятнышкам сносимой с горы ржавчины.
Что ни говори, а эти людские подпорки сильно проигрывали в сравнении с хорошим хвостом, но увы – на суше без них не обойтись. А поскольку согласно карте именно этот путь вел к замку Доброго Волшебника, ей не оставалось ничего другого, кроме как потерпеть.
– Может быть, – махнула рукой решительно запутавшаяся во всех этих хитросплетениях девочка. – Давайте лучше подумаем о деле. Как линзы, они сюда перенеслись?
Хотя девочке уже доводилось бывать здесь, прошлое посещение вспоминалось ею, как сон, да и замок в тот раз выглядел иначе. Для нее все окружающее было внове, так же как и для Че с Гвенни.
– Требуется, не требуется, а украсть его вы пытались, – заявила птица Рок. – А потому подлежите съедению.
– Заняла мое место? – переспросила Окра, удивленная не меньше Яне.
Дана щелкнула пальцами, и в железной поверхности появилось наполненное водой углубление. – Мела осторожно коснулась воды пальцем ноги и радостно воскликнула:
– Как жаль, что мой отец не протянул еще хотя бы несколько лет! – воскликнула Гвенни, вовсе не пытаясь изобразить привязанность к умершему. Безвременная кончина отца печалила ее постольку, поскольку она еще не считала себя в достаточной степени подготовленной к правлению. – Но раз уж такое случилось… – тут на ее симпатичном личике появилось решительное выражение, – я исполню свой долг. Я сделаю все, чтобы не допустить разглашения Взрослой Тайны и уберечь наш Горб от пагубного владычества Горбача, а главное, чтобы исполнить свое предназначение и обратить гоблинов на путь добра. Другой вопрос, удастся ли мне это.
Что послужило ей уроком, но не так, как на то надеялась девочка. Растопырив когти, Роксана вонзила их в облачный пол, так что поднять ее стало невозможно, и направилась к девочке, отцепляя поочередно то одну, то другую ногу.
Неподалеку от берега начиналась зачарованная тропа, уходившая в глубь материка. Вела она, как и все зачарованные дороги в этой местности, к замку Ругна, где Гвенни довелось побывать после бракосочетания Дольфа и Электры. По правде сказать, это впечатляющее сооружение нравилось ей куда больше, чем родной Гоблинов Горб, и сейчас она невольно задумалась о возможности остаться там навсегда. Конечно, власти ей в этом случае не видать, но уж там-то точно можно ничего не бояться.
– Так ведь с вами же Яне, – отозвалась Метрия. – А она сейчас самая интересная особа во всем Ксанфе.
– Мы уже не в тыкве? – спросила она, моргая под очками.
– Интересно, действует ли оно на других? – спросила Яне – Я о том, может ли оно ускорить или замедлить кого-нибудь кроме нас?
– Обычное дело, в осадок выпал, – пренебрежительно хмыкнула Метрия.
– Запросто. Дело в том, что в прошлом году согласно условиям сделки с демоном Иксанаэнным Хамфри, чтобы заполучить назад свою жену, должен был найти ответ на вопрос, ответить на который невозможно. Понятно, что это поставило волшебника в неловкое положение. И стоять бы ему в этом положении по ею пору, но он хитростью сумел вывернуться и отвечать ему не пришлось.
– Боюсь, ты прав, – печально согласилась она.
– Конечно, нет. Потому это и было бы лучше.
– Не доводите меня до белого каления, – предостерегла она гоблинов, взмахнув когтем.