В ЗАМКЕ РУГНА

Однако Вдребезг знал толк в схватках, и это его не ошеломило. Он снова взмахнул дубиной, а когда Окра парировала ее когтем, нагнулся и, схватив свободной рукой соперницу за волосы, поднял ее в воздух. Шляпка при этом сбилась на бок, но с головы не слетела.
– Тут нет никакой пыли, вообще ничего вещественного, – сказал Че. – Не иначе как демон чудит.
– Но раз уж так вышло, тебе нужна Дженни, – сказал Че.
Че стиснул зубы. Это обобщенная. Взрослая и впрямь была такой взрослой, что аж противно. Она зримо воплощала в себе все те черты, которые делали взрослых совершенно несносными, хотя детям лучше было на сей счет и не заикаться. Потому что те же самые особенности позволяли взрослым переиначить все и эдак вывернуть наизнанку, что выходило, будто бы несносны как раз дети. Убедить в чем-либо настоящего взрослого решительно невозможно, потому что все их убеждения давно устоялись и окостенели, словно схваченные цементом.
Мысль показалась неплохой Дженни запела, представляя себе живописную, радующую глаз местность, вовсе не похожую на унылое кладбище. И у нее получилось Окрестности изменились, воображаемый пейзаж стал реальным.
– Эй, пшик с ушами! Я и представить себе не могла, что клочок тумана может быть таким уродливым!
– Так ведь повествование окончено. Гвенни правит в Горбу, кентавр Че ей помогает, Окра сделалась Главным Действующим Лицом, Яне обзавелась сестрой, стала принцессой и поселилась в замке Ругна, а Мела в данный момент, надо думать, показывает Налдо свои прекрасные…
– Какой?
Однако это не заставило их прекратить поиски входа.
– Позови пожалуйста Чудо, – торопливо перебила его Мела. – Уверена, она будет рада нас видеть.
Затем новоприбывших пригласили в трапезную, где они удостоились любезного приветствия короля Дора, королевы Айрин и по-юношески нескладного принца Дольфа. А когда к столу вышла Электра, Че поразился.
– А как же иначе? Конечно, разговаривают, просто люди не понимают их языка.
Конечно, ей понятно, что хорошие мужья на зачарованных тропах не валяются, и поэтому требования у нее самые умеренные. Ей подойдет любой красивый и умный принц, способный оценить ее по достоинству.
– Чего тут трудного. Просто соври, укажи ту, которая лучше.
– Потому, что ее выбрали Главным Действующим Лицом вместо меня. Если ее не станет, роль освободится и достанется мне.
Утром они сели в лодку, и Окра направила ее к берегу. Яне сняла праздничный наряд и надела тусклое повседневное платье. Двигаясь вдоль берега, они пытались углядеть невидимую реку, и со временем Яна отметила место, где вода озера была окрашена рыжеватыми разводами. Оттуда в глубь суши уходил овраг, воздух в нем волновался и подрагивал: по поверхности плясали рыжеватые крапинки, которые сносило в сторону озера.
– О, – удивилась Мела, – настоящую мышку? Я думала, эти чудища покинули Ксанф, тысячу лет назад.
– Сэмми, найди, пожалуйста, кратчайший путь к Безымянному замку.
– Ты вождь, – сказал один из них. – Нам это не нравится, но против обычая не попрешь.
Завидя приближавшихся, мальчик весело помахал им рукой и похвастался:
Со временем ее воспитатели решили, что раз девочка относится к людскому племени, ее нужно растить не болотной мымрой, а человеком; поскольку лучшими наставниками человеческого рода считались кентавры, они пригласили ей учителя, странствующего ученого по имени Перебрал. (Что или чего он перебрал, когда и с какой целью, никто не знал, да так и не узнал. Точно так же, как никому не ведомо, почему обычные бродяги «болтаются», «шатаются» и все такое, а ученые непременно «странствуют».) Взявшись за дело со всей свойственной его народу ответственностью, Перебрал научил ее говорить на человеческом языке, есть человеческую пищу, расчесывать волосы и носить человеческую одежду. Ей больше не разрешалось резвиться с нимфами голышом: нельзя сказать, чтобы ее это радовало, но Перебрал умел настоять на своем.
Поэтому как только взгляд дракона упал на Че, тот торопливо закричал:
– Мы путешествуем и очень спешим, – сказал Че. – Нам удалось найти тропу, которая ведет туда, куда нам нужно, но это далеко, а время поджимает. Не можешь ли ты сделать штуковину, которая доставила бы нас туда побыстрее?
– Метрия! – вскричали Дженни и Че чуть ли не в один голос.
– Вижу, – пробормотала Гвенни со странной улыбкой, – нам нужно кое-что тебе показать. Че, ты как?
– Ну а я-то здесь при чем? – спросила Мела. Чтобы не вспылить, ей пришлось мысленно погрузить себя в прохладную соленую воду.
Она не могла не согласиться.
– Не знаю, по-моему, ты очень даже смышленая особа. А вопрос вот какой: почему ты говоришь не на огрский манер?
И тут к ней явилась неожиданная мысль: а ведь ответ на ее вопрос Доброму Волшебнику наполовину получен.
Конину они не больно жалуют, поэтому Че тоже оставят на потом. А вот ты будешь для них в самый раз: во-первых, разжирел от печенья, во-вторых, обсыпан крошками, в-третьих, не моешься и от тебя воняет, как от выгребной ямы. А свинопотамы обожают смрад.
– Не знаю почему, но мне это кажется подозрительным, – пробормотала Гвенни.
– Проворно, зазорно, притворно.., эй, погоди. Я с самого начала выразилась правильно, В том смысле, что так оно и есть.
– Так, что тут за разговор? – заявил возникший из ниоткуда профессор. – Ну-ка, давайте разберемся. Прежде всего познакомимся Я профессор Балломут, официальный руководитель этого распотешного проекта. А это Нада, принцесса нагов, исполнительница одной из главных ролей и очень милая особа. Почти всегда. А вы кто такие?
– Ну, попросить кота найти что-либо, косвенно способствующее и скорости, и безопасности нашего продвижения.
– Договорились, – сказала Гвенни, решив, что они в любом случае ничего не проиграют. Если демонесса сочтет их историю скучной, то оставит их в покое, а если заинтересуется, то и сама расскажет что-то интересное, а возможно, и полезное. – Дело в том, что мой отец, гоблинатор Грыжа, неожиданно умер, и я, его единственная наследница, хочу попытаться стать первой женщиной-гоблинатором в истории Гоблинова Горба и всего Ксанфа.
Гвенни перевела взгляд на Дженни. Та, в своем сне стояла на земле, держа на руках кота.
– А вот и не надо так думать. Хамфри и вправду был королем, как раз тогда мы и поженились. Дело в том, что в ту пору у меня завелась душа, и избавиться от этой обузы я могла, лишь выйдя замуж за короля. Тогда я считала душу обузой, хотя теперь, стыдно признаться, была бы не прочь обзавестись ей снова, – при этих словах Дана залилась краской. – Так что прошу вас, дайте мне возможность совершить хороший поступок. Такой добрый, как будто я вернула себе душу.
– Ну, я лично спрашивала, как заполучить подходящего мужа. В том смысле, чтобы был красивый, и умный, и мужественный и, само собой, принц…
СПАСИБО ЗА ПОДДЕРЖКУ НАШИХ ЛОЗУНГОВ, написал на очередном листе Дуб. – УГОЩАЙТЕСЬ, НО ПРОШУ НЕ МУСОРИТЬ.
– Думаю, обстоятельства тебя оправдывают, – отозвалась Мела, изобразив нечто вроде улыбки. – Ничего, у меня дома другое есть.
– Взрослая Тайна. Та самая, которую мы недавно…
Второе семечко оказалось цилиндрическим, заострявшимся на одном конце.
НАЧАЛО В ПОЛДЕНЬ».
Он показал, Как.
Однако Дженни мучили сомнения.
– Но я их в жизни не носила!
– Ну что, мы пошли? – спросила Окра.
Свет был не слишком ярким, но вполне достаточным, чтобы двигаться, не рискуя споткнуться или налететь на препятствие.
– Сейчас посмотрим, – сказала Окра и опустила семечко на пол В тот же миг Роксана рванулась вперед. Огрица едва успела подхватить семя, после чего птица снова зависла. Стало ясно, что семя повинуется тому, кто держит его в руке, а будучи предоставленным самому себе, не оказывает никакого воздействия. Если они оставят его, Роксана обретет обычную подвижность и склюет их всех, прежде чем они успеют убраться с облака.
– Нужно лучше смотреть, – заявила Окра. – Проверим все шкафы и чуланы, вдруг сквозь один из них есть проход, – не теряя времени, огрица потянула за ручку встроенного шкафа.
– Положись на меня, – уверенно заявила Окра. Настолько уверенно, что Яне так и поступила. Разумеется, будучи девушкой образованной, она знала, что такие выражения следует понимать не буквально, а фигурально, и ложиться на огрицу не стала. Тем паче что сделать это на крутой лестнице было бы затруднительно. Девушка просто поверила, что Окра имеет возможность каким-то образом убедить дракона отказаться от его гнусного намерения.
– Ну, выкладывай, с чем пришла? Что ты как воды в рот набрала, небось не у себя в море?
– Ну, Симург осеменила Окру, то есть', дала ей семена и, видимо, способность их использовать. Сумела же она прилететь на ракете куда надо.
Гобелен был соткан волшебницей Гобеле девятьсот лет назад, еще до того, как Электра погрузилась в магический сон. Кудесница подарила свое изделие Повелителю зомби, который далеко не сразу разобрался в том, какое сокровище ему досталось. В настоящее время Повелитель зомби жил в собственном замке, но Гобелен предпочел оставить в замке Ругна, где этот шедевр магического искусства мог принести наибольшую пользу. И Айви, и Дольф (да и не они одни) узнали с его помощью много интересного.
– Нет, – тяжело вздохнула Гвенни. – Подрывные элементы – это те, кто подрывает основы государственного устройства и общественной нравственности. Как выявишь такого, устрой ему головомойку.
– Мы сделаем то, что должны, – промолвила Гвенни. – Спасибо тебе, Добрый Волшебник.
Идея показалась подходящей и была принята. Хлестнув каждого хвостом, Че сделал всех настолько легкими, что им пришлось прихватить в качестве балласта камни.
– Она? Но ведь волшебник мужчина.
В определенном смысле можно было сказать, что Гвенни взяла Роксану в плен, но толку от этого было меньше, чем могло показаться. Во-первых, она не могла удерживать пленницу на весу вечно (надо же ей иногда спать, да и мало ли что…), а во-вторых, ей следовало вернуться с яйцом в Горб в течение дня. Что было бы нелегко сделать, даже сумей она отделаться от птицы, завладеть яйцом и вызволить друзей. После стольких отчаянных действий с той и с другой стороны, положение как было безвыходным, так им и осталось.
Когда картинка возникла снова, птица на ней бросилась не к девочке, а к яйцу.
– Надо найти какой-нибудь другой способ, – сказала девушка-змея.
Забравшись в укромный уголок, Мела разделась, вытерлась, натянула запасные сухие трусики и надела новую одежду. Глазомер у дракона оказался что надо, все вещи подошли точно по ее фигуре.
Гвенни осторожно потянулась к линзам. Две штуки упали прямо в ее ладошку. Сняв другой рукой очки и положив их в карман, девочка поднесла линзы к лицу, и одна из них сама собой прилепилась к ее правому глазу.
Одолжи ненадолго, а мы потом вернем.
Окра по непонятной причине закашлялась.
– Похоже, она в весьма затруднительном положении, – заметила Мела, покосившись на Окру.
Для сородичей ее день рождения представлял собой не более чем повод для буйной попойки, но в ту пору, при всем ее уме, Окра этого еще не понимала. И наивно радовалась празднику, хотя впоследствии, вспоминая этот день, не раз думала, что лучше бы его не было вовсе.
– По-моему, это наше третье испытание, – сказала Яне.
– Подвязки, – ответила Метрия. – Они служат для того, чтобы поддерживать чулки. Змейки закусывают их зубами, и чулки не спадают. Возможно, Горгона тоже пользуется такими подвязками, у нее ведь и на голове змеи. Правда, змеюшек надо подкармливать, а это, боюсь, не совсем удобно.
– Привет, Метрия, – сказал он. – Какую каверзу ты задумала на сей раз?
Похоже, спутницы летели на северо-восток: семя перемещалось в направлении, противоположном тому, в котором их несли грифоны, но гораздо быстрее. Вскоре Окра приметила внизу озеро Огр-Ызок и Люблю-реку, по течению которой она вроде бы поднялась. Однако ракета не следовала руслу, а продолжала нестись на северо-восток над джунглями. Наконец, когда внизу показалось море, семя сбросило скорость и остановилось у края облака. Они прибыли на место назначения.
– Так ты что, решила искать мужа в логовище дракона? – осведомился Налдо, лукаво приподняв бровь.
– Вот что любопытно, – задумчиво промолвила Окра. – Как мне показалось, его это не испугало и не рассердило, а скорее позабавило. Хотелось бы понять, почему.
– Конечно нет, – ответил Че. – Кентавры никогда не нарушают данных ими обязательств. Я и к тебе-то явился именно как спутник Гвенни, ради ее спасения.
Обрядив Яне, Роза занялась Мелой.
– Но почему они станут мне врать?
Три Дженни так и поступили. И убедились, что стоят на неком подобии стола, который подошел бы по размеру давешней Взрослой. Стол этот расчерчен клеточками, а в клеточки, и по краям и в центре, вписаны цифры. Довольно быстро до них (или до нее) дошло, что цифры в центре представляют собой результат перемножения цифр по краям, но ни одна из Дженни не помнила, как этот результат называется: то ли сума, то ли несчастное, то ли выведение. Нет, кажется все-таки произведение, хотя тем же словом некоторые называют книжку. Но в любом случае ясно, что если цифры умножать, то их будет больше. А от этого радости мало, потому что чем больше цифр, тем больше путаницы. Таблица умножения – это такое место, где девочке делать нечего.
Но так или иначе ее спасительницы оказались милыми женщинами, которые, как оказалось, направлялись не куда-нибудь, а на поиски Доброго Волшебника. Яне с удовольствием приняла предложение присоединиться к ним, хотя и испытывала некоторую неловкость: ее освобождение из кристалла привело к тому, что зачарованную тропу, проходившую как раз через драконью кладовку, перегородило камнем. Спасительницам и ей пришлось возвращаться и искать новую дорогу, что вполне можно было счесть пустой тратой времени.
– Похоже твое желание вот-вот исполнится, – промолвила Мела, печально взглянув на Окру.» – От этой Дженни тебя скоро избавят.
От такого приема оробела не она одна.
Это походило на правду, а поскольку выламывать двери и возобновлять бесконечное скитание по коридорам никому не хотелось, Окра свалила в кучу столы и лавки, забралась на них и проломила потолок. Не сразу, конечно, но благодаря ускорению достаточно быстро.
– А тебе что приспичило? – обратился волшебник к Яне.
Но когда Че внимательно пригляделся к Гобелену, его догадка превратилась в уверенность.
Можно было постоять у дыры, осмотреться и обсудить ситуацию.
Погнавшись за яйцом, они оказались в западне, лицом к лицу с исполненным праведного гнева чудовищем. Положение казалось безвыходным.
Конину они не больно жалуют, поэтому Че тоже оставят на потом. А вот ты будешь для них в самый раз: во-первых, разжирел от печенья, во-вторых, обсыпан крошками, в-третьих, не моешься и от тебя воняет, как от выгребной ямы. А свинопотамы обожают смрад.
– Ты уверен? – нежным голоском уточнила она.
Однако ни один стражник даже не почесался. Гоблины прекрасно понимали, что претензии Гвенни вполне оправданы и не хотели открыто выступать против законной наследницы. Конечно, им очень нравились гадкие слова, однако, будучи взрослыми, а стало быть, участника ми Заговора, они вовсе не хотели, чтобы дети узнавали нечто подобное раньше времени. Короче говоря, гоблины-стражники предпочитали до поры ни во что не вмешиваться.
– А может быть, она чья-то сестра.., даже близнец, – добавила Мела. – Они встретятся и заживут счастливо.
– Вы знакомы? – удивилась Гвенни.
– Рявкни погромче, по-огрски, – отчаявшись попросила русалка. – Вдруг это поможет.
Мела проснулась. И увидела клещей. И завопила:
– Талант куда более серьезный, чем может показаться. Советую вам держаться к ней поближе. И насчет этой способности особо не распространяться.
– И этого сопляка вы хотели сделать вождем? – спросила Окра гоблинов, после чего сплюнула и отшвырнула мальчишку в сторону.
– Во-первых, – сказал Че, – указатели позади нас уже исчезли, и мы можем потеряться.
– Так ведь с вами же Яне, – отозвалась Метрия. – А она сейчас самая интересная особа во всем Ксанфе.
– Видно здорово, не хуже, чем в очках. Только.., что это там у Горбача?
Обыкновенский демон привлек ее к себе и стал задирать ей подол. Она истошно завизжала.
Однако дракон, видимо, еще не уразумел, что одна из трех спутниц не девица, а огрица. Сделав круг, он атаковал снова.
Внизу все находились в безопасности, поскольку птица рок была слишком велика, чтобы пролезть в дырку. Яне осталась со спасенными пленниками замка, а Мела и Окра собрались с духом, чтобы заняться гигантской птицей. Вздумай она напасть, Окра сумела бы ее замедлить, однако, чтобы выполнить поручение Симург, им следовало пообщаться, а это возможно, лишь когда время течет для всех одинаково.
– Вообще-то и солдат Кромби умеет находить то, что нужно, – сказал через некоторое время Че. – Насколько я понимаю, ему требуется закрыть глаза, покружиться и указать пальцем. Куда укажет, там и находится искомое. Но он уже стар, так что, возможно, больше этим не занимается.
– Я не в том смысле. Он должен был говорить на другом языке. Люди и все человекоподобные – как вот мы с Мелой – говорят по-человечьи, но у чудовищ другой язык. Для нас их речь звучит невнятным рычанием или ревом.
– Это благодаря семени. Времяника дала мне возможность долбить сколько нужно, иначе ничего бы не вышло.
– Не бойся, грифоны дали обет защищать кентавра Че, и кроме того Кондрак договорился с ними, чтобы они доставили вас к горе Парнас. Каждый грифон может нести только одну женщину, и этот, его зовут Грегори, понесет тебя. Возьмешься за лапы, а он подтянет тебя и посадит на спину.