КСАНФ, ТЫСЯЧУ

– Это уж точно, – согласилась Роза.
– О, – удивилась Мела, – настоящую мышку? Я думала, эти чудища покинули Ксанф, тысячу лет назад.
Сэмми стремительно протащил Че по Драконий.
– Че, – покачала головой Гвенни, – опять ты понес кентаврскую заумь. Ну что, скажи на милость, означает это твое ситу.., пра.., даже не выговорить!
– Ну, пусть шотландка, – буркнула демонесса.
Но Гвенни и тут нашла выход: она бросилась вперед, прямо к той ноге, которой птица в данный момент цеплялась за пол. Удивленная Роксана выпростала когти, чтобы схватить девочку, но та оказалась проворней и успела пустить в ход палочку. Но теперь она не стала бросать противницу на стену, а оставила ее в подвешенном состоянии, так что та не могла двинуться.
– Потерпи чуток, – сказал Налдо. – Думаю, скоро для многих все прояснится. Я удовлетворю ваше любопытство, только… – он огляделся по сторонам, – только прикажи выставить дозорного. Я ожидаю появления одной особы, к которой следует отнестись с почтением Гвенни распорядилась выставить дозор, после чего компания друзей отошла в уголок, подальше от шума и брызг устроенной Идиотом головомойки.
– Да, – ответила Гвенни. – После него и остался тот валун, что загораживал вход. То есть вход завалили валуном, чтобы запереть его под землей, но он все же выбрался. Правда, он не искал… – она осеклась, вовремя вспомнив, что о цели похода говорить нельзя.
Демонесса расхохоталась и растаяла в воздухе.
– Выбрали… – растерянно повторила Дженни.
– Не вернется, – пропищала сиротка. – Ему потребуется не один день, чтобы переварить это упущение.
Мне кажется, с этой целью Добрый Волшебник и направил вас к Наде, а через нее сюда.
– Постойте! – воскликнула Дженни. – Задержитесь на минуточку, у нас к вам один вопрос.
– Но как? Здесь, на железном склоне, нет никакого укрытия, и мы совершено беззащитны.
Мела, хотя и готова была лишиться чувств, все же ухитрилась оставить их при себе, поскольку без чувств особо не порадуешься, а она радовалась от всей души. Да и было чему: принц Налдо, безусловно, являлся самым умным, красивым, мужественным и неженатым принцем во всем Ксанфе. До сих пор это было не столь очевидно, поскольку в человеческом облике она его не видела, а змеиную красоту сразу не оценишь, но теперь Никаких сомнений не было. Ее мечта сбылась.
– Я эльфесса Дженнифер из Двухлунии.
– Какой ты умный!
– Эти лестницы, судя по высоте ступеней, рассчитаны примерно на такой рост, как у нас, – заметил на бегу Че, – в отличие от главных ворот и холла, явно предназначенных для великана. Интересно, в чем тут дело?
– Но как же так? – возмутилась Мела. – Нам пришлось пройти испытания, мы даже измазюкались в здешнем гадком рву с противной пресной водой, и что получили? Ты обязан нам ответить.
Яне не могла не признать, что это похоже на правду. В конце концов, когда она (тоже, кстати, ясно, непредвзято и естественно) высказала уверенность в том, что Окра одержит победу и без шляпы, так оно и случилось. Все, во что она по-настоящему верила, непременно сбывалось.
– Попробуй проломить дырку, как выбивала ступеньки в утесе, – предложила Яне Окре.
Вздумаешь нас связать и задать деру – скатертью дорога.
– Что делать с сажей? – не поняла Окра.
– Думаешь, ты самый хитрый? На самом деле ты вовсе не хочешь, чтобы я туда попала.
– Что?
– Весь путь до Леты мне неведом, – ответила Годива, – но я знаю, что он берет начало от отдушины в донном камне Горба, пройти сквозь которую можно только с помощью волшебной палочки. Когда вы окажетесь по ту сторону, Горбач уже не сможет вернуться назад один: чтобы уразуметь это, его сообразительности хватит. Он будет зависеть от вас, и вы сможете предоставить ему некоторую свободу. Думаю, тащить его всю дорогу в подвешенном состоянии не придется. Конечно, как только вы заснете, этот паршивец наверняка попытается стянуть волшебную палочку, но ему все равно не удастся ею воспользоваться. Нет, меня больше беспокоит не он, а сама Лета и опасности, подстерегающие вас в подземных пещерах. Начать с того, что вам придется пересечь владения свинопотамов.
Чмокающие мухи разлетались над тропой так, что от них не было никакого спасу. Во всяком случае, как раз когда молодой человек произносил эти слова, еще одна из них чмокнула Гвенни и опять заставила потерять только что найденный дар речи. Нашла она его, лишь когда Алистер с Мраморром уже продолжили путь на юго-запад, а они – на северо-восток. Размышляя о встрече, Гвенни задумалась: может ли быть, что здесь и вправду перепутались времена»? Чудно было бы повстречать людей, шедших по тропе в прошлом или в будущем.
– Не стоит, само пройдет, – отозвалась огрица. – Тем более что с тех пор, как я покинула дом, это стало случаться со мной гораздо реже. Может, из-за того что я моталась повсюду как угорелая, и недуг за мною не поспевал. Ну ладно… – она снова закашлялась и положила вдруг показавшийся ей тяжелым птичий коготь, – вам пора идти в гору с вашим трофеем.
И его суть отражена в твоем имени. ЯНЕ означает ясность, непредвзятость и естественность. Если ты ясно, непредвзято и естественно – а ты иначе и не умеешь – выскажешь уверенность в чем бы то ни было, это непременно сбудется.
Окра поморщилась, потому как по ее представлениям индюкатор должен был изображать индюка, однако ломать еще не до конца остывшую голову не стала: ясно ведь, что ей нужно именно в замок. А поскольку руки ее были заняты (она по-прежнему удерживала подруг), огрица ткнула в соответствующую кнопку носом.
– Не верю! – заявила Дженни. – Пусть он не козявка, а сто раз стрекозявка, но толку от него никакого.
– Не думаю, чтобы умножаться на дробь было больнее, чем на целое число, – сказал третий Че.
Три женщины недоуменно переглянулись.
– То что надо! – воскликнула Яне.
– Думаю, волшебник к нашему приходу готов: откуда нам знать, что у него на уме? – сказала Дженни. – А еще я думаю, что раз задавать Вопрос буду я, мне надо идти первой.
– Должно быть, это ужасно: стать взрослым, потерять интерес к веселым забавам и начать заниматься всякими тоскливыми глупостями.
– Но разве птица рок не считается крылатым чудовищем? – крикнула Дженни с противоположной стороны зала. – Как она может нападать на Че, если они все поклялись его охранять!
Принцесса в недоумении воззрилась на просительниц.
– Это смотря где дома, – заметила Дженни. – По мне, так эта лачуга в любом случае уютнее Гоблинова Горба. Я имею в виду…
– Боюсь, что раз мы вступили в Заговор, то по закону уже не являемся детьми, – серьезно возразил Че, – а значит, не должны подавать дурных примеров. И вести себя за столом обязаны как следует.
– Я бы с радостью, но пока я здесь, мне надо кем-то питаться, а убраться отсюда не получается, потому что крылья не поднимают Я приметила тут у вас на вершине птицу своей породы и хотела познакомиться, но тут со мной приключилось что-то чудное.
Не дожидаясь приглашения, Горбач выскочил вперед, чтобы первым выбрать задание. Гвенни могла бы возразить, но ей не хотелось быть невежливой. Мальчишка долго не мог выбрать, но наконец решился, распечатал один конверт и с удовлетворением произнес:
– Пожалуйста, сними шляпку.
– А из верхнего зала вы нас убрали с помощью магии? – спросил он.
– Взрослая Тайна. Та самая, которую мы недавно…
– Но это не по правилам. Я спросила тебя, где самое неподходящее место, а ты должен был солгать. Тогда я выбрала бы другое.
– Поставил пушку на предохранитель, чтобы не могла стрелять. Самой ей себя с предохранителя не снять, вот она и убежала.
– Лучше не найти! – подтвердила Окра.
Едва она договорила, как перед ними возникло клубящееся облако, из которого сформировалась женская фигура.
– Конечно, подружатся! – с обычным воодушевлением воскликнула Яне.
– Думаю, Дженни сможет с ней поговорить, – сказал кентавр. – Не знаю только, как вы собираетесь убедить ее отпустить нас. А без ее дозволения нам из замка не уйти.
– Неважно, – отмахнулся демон, но тут подозрения всколыхнулись в нем с новой силой. – Эй, кроха… Я знаю только одну особу, которая…
– Я ПОНЯЛА ТЕБЯ, ОТВАЖНОЕ СОЗДАНИЕ. ЗЛА, БЕЗУСЛОВНО, ДОПУСКАТЬ НЕЛЬЗЯ, НО ПРЕЖДЕ ВСЕГО МНЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ УЗНАТЬ ПОБОЛЬШЕ О ВАС.
Роксана закончила прыжок, проехала юзом по полу, царапая его когтями и, поняв, что упустила добычу, огляделась по сторонам. Движения ее были скоординированными, но слишком медленными для хищника.
Птица задумалась. Вообще-то ее порода не отличается богатым воображением. Однако мозги ее медленно, с усилием, но работали, а результат этой работы Гвенни смогла увидеть с помощью линзы. В виде движущейся ментальной картинки.
– Так-то лучше. Ладно, я обо всем позаботился, так что можно отправляться. Вы, три подружки, приготовьтесь.
– Что? – удивилась Дженни.
– Несмышленыш, – предложила Окра.
– Да, приобщить к цивилизации такой многочисленный и дикий народ и впрямь было бы выдающимся свершением.
Демон выдохнул облако окрашенного раздражением дыма.
В то же мгновение всех оказалось по одному. Включая кота. Переглянувшись, они подошли к краю стола и увидели, что он стоит посреди то ли луга, то ли газона, поросшего цветами. Когда Дженни наклонилась, желтая чашечка одного из них качнулась к ней и раскрылась, обнажив острые клыки.
В тот же миг служанка преобразилась: из неприглядной особы в тускло-коричневом платье превратилась в великолепно одетую красавицу. Вообще-то ей ничего не стоило сделаться настолько прекрасной, насколько хотелось – Дженни подумала, что для семейной жизни эта способность весьма полезна.
– Это еще хуже, потому что может нас выдать, – сказала Яне. – У настоящей сиротки «все должно быть настоящее: и лицо, и одежда, и спички… Прежде всего, конечно, спички.
…Дженни из Обыкновении, та самая, которая пострадала по вине пьяного водителя и стала прототипом эльфессы Дженни, идет на поправку…
– Я всегда говорю правду! – возмутилась в ответ Метрия. – Если только вопрос не касается моего возраста, потому что это никого кроме меня не касается.
– Или брызгаться содовой шипучкой, – поддержала его Дженни.
– Ну, мне хочется хотя бы окунуть хвост в морскую воду. Но если это трудно…
– Но что это за полизниг такой? Что она там такое лижет, чего сами демоны полизать не могут?
– Спасибо тебе, Стэнли, – сказала Гвенни, когда пришло время расставаться, а потом, неожиданно для самой себя, встала на цыпочки и, как некогда Айви, поцеловала его в ухо. Дракон зарделся: зеленые чешуйки приобрели красноватый оттенок, и даже пар сделался розоватым. Но вид у него при этом был вовсе не сердитый.
– А если я не собираюсь их показывать?
– Не без того, – согласился Че.
Обнаружив ведущие вниз сходни, друзья спустились к подножию гнезда и убедились, что догадка кентавра была верна. Перед ними высилась исполинская статуя, выполненная с невероятным искусством. Лишь полная неподвижность позволяла отличить эту птицу от живой.
– Рада это слышать, – отозвалась Гвенни и спустила его на пол. Он, потирая задницу, скрылся за спинами недавних сторонников Горбача, ни один из которых почему-то за него не вступился.
– Ну… – нерешительно начала Гвенни, – это все знают…
Все представленные обменялись кивками, но когда Мела обернулась, чтобы представить Яне, та шепнула:
– Да, там темно, и оттуда тянет сыростью, – промолвила поежившись, Дженни.
Дженни отвернулась: еще недавно и сама она была столь же невинной.
Превратив ноги в хвост, русалка забралась в водоем.
– Раньше я всегда удивлялась тому, почему розовые трусики считаются особо заманчивыми, – восхищенно промолвила Яне. – Но теперь мне ясно. Они такие… такие…
Однако Дженни мучили сомнения.
– Да в них же нет ничего особенного, – возразила Мела, заподозрив, что они просто устали от бесконечной примерки и хотят, чтобы она поскорее закончила с этим делом Однако стоило русалке посмотреть в зеркало, как у нее перехватило дыхание В зеркалах был отчетливо виден рисунок – калейдоскопическая клетка со множеством скомбинированных самым причудливым образом цветов и оттенков.
– Проворно, зазорно, притворно.., эй, погоди. Я с самого начала выразилась правильно, В том смысле, что так оно и есть.
– КТО ТЫ, ПО-ТВОЕМУ, ТАКАЯ? И ЧТО, ПО-ТВОЕМУ, ТЕБЕ НУЖНО?
На полу, чуть ли не прямо под птицей, стояла довольно хорошенькая юная гоблинша с палочкой в руке. Палочка была направлена на Роксану, и, похоже, она и удерживала птицу в подвешенном состоянии. У стены находилось несколько клеток, в одной из которых сидели маленький крылатый кентавр и эльфийская девочка.
– Возможно, это окажется интересным, – промолвил кентавр. – Давай для начала познакомимся. Меня зовут Че, мне семь лет. А это эльфесса Дженни и гоблинша Гвенни.
– Надо же! – воскликнула Яна – Вот, оказывается, кто такая Роксана. Роксанна, птица рок.
– Сомневаюсь, чтобы это было возможно, – серьезно сказала Гвенни. – Он и так всегда был отпетым мерзавцем.
– За что пять, профессор?
– А ты наверняка придумаешь способ справиться с ее хворью, – со свойственным ей воодушевлением заявила Яне.
– Хм.., как получится. Давайте договоримся по-другому. Вы расскажете что-то интересное для меня, – а я взамен что-то интересное для вас. Идет?
– Им очень нравятся движущиеся картинки, – пояснила счастливая молодая мама, – поэтому я всегда приношу их сюда перед сном.
– Сейчас важно, что ты можешь, – сказала Дженни. – Мы очень торопимся, так что тебе стоило бы сделать нас очень легкими. Тогда ты, когда полетишь вон к тому облаку, сможешь прихватить нас с собой.
Ее появление вызвало там настоящий переполох: каждая из нимф хотела понянчиться с младенцем. Девочку уложили в колыбельку, устланную листьями и цветами, и нанесли ей целый ворох сучков молочая.
Должно быть, он забрался в мешок, когда Окра расправлялась с гнуссами, а стоило ей заснуть, принялся сосать кровь.
– О чем тут речь? – не поняла Дженни.
– Пора высаживаться, – объявил он.