ВИТАТЬ В ОБЛАКАХ

– В таком случае можешь отбросить их прочь, – пожала плечами Годива. – Но не надейся, что кто-нибудь станет заботиться о твоем пропитании.
– Ооой! – завизжала Яне. – Он хочет крисТаллизировать нас. Выдохнет облако, и та, кого оно коснется, окажется в кристалле. Не дайте ему дыхнуть на нас!
– Это те, которые голые? Они вкусные, надо только в вино обмакнуть.
– Я не могу бросить их одних! – воскликнул Кентавр и принялся стремительно снижаться. Он спустился к дереву, вошел в свое тело и картинка истаяла.
Поутру все отправились в путь, причем демонесса снова увязалась следом. Причины этого Мела не понимала, ведь она у же выбрала трусики, а значит, тайна их цвета перестала быть тайной. Было ясно, что Метрия присоседилась к ним не по доброте душевной, поскольку ни души, ни доброты у нее не имелось. Возможно, она просто забыла, что забава закончилась, но спрашивать ее о чем бы то ни было русалка не хотела из опасения подбить на новую каверзу.
Все представленные обменялись кивками, но когда Мела обернулась, чтобы представить Яне, та шепнула:
– Не думаю, – возразила Гвенни. – На такого рода вопрос может ответить любое магическое зеркало, надо только настроить его на будущее.
– Г-где мы можем раздобыть пару контактных линз для Гвендолин, чтобы она…
Между тем пушка переступила на четырех конечностях, снова наводя шею на спутников. Неожиданно Че бросился вперед.
Разумеется, немало любопытствующих гоблинов увязалось за компанией, но мешать наследнице гоблинатора никто не собирался. Даже если та тронулась умом и вознамерилась скормить себя свинопотамам вместе с братишкой.
– Скажи, – промолвила Гвенни, глядя на демонессу с прищуром, – как может Хамфри доверять тебе, если у тебя нет души?
– Рад бы, но не получается. Они обе плохие.
– Думаю, она хочет, чтобы мы догадались, – сказала кентавр. – Заставляет нас заняться этим как бы в наказание за нежелание признавать правоту взрослых и их Заговора. Вообще-то виноват я, но вы меня поддержали, вот она и прицепилась к нам всем.
– Не смею спорить, ты действительно очаровательна.
– Ну что ж, – откликнулась демонесса. – – В реке есть слепая рыба, водяные каштаны, кувшинки с молоком и ириски.
– Боюсь, с этим придется повременить до завтра, – отозвалась София. – Сегодня он не настроен отвечать.
Умолкнув, она обвела слушателей взглядом.
– Крылья слабеют, – сказал он. – Боюсь, как бы нам не упасть.
– ОГРИЦА, – раздался в голове Окры голос, – УПРАВЛЯЙ РАКЕТОЙ. НАПРАВЬ ЕЕ К БЕЗЫМЯННОМУ ЗАМКУ.
Через некоторое время в стороне от тропы показалась гоблинова пещера, у входа в которую, злобно вылупившись на проходящих, стояли три противных, уродливых гоблина.
– Огрице так огрице, – сказала Роксана, – ей, значит, и быть съеденной первой. Не знаю, как тут некоторым удалось выбраться из клетки, но больше такого не произойдет. Потому что съеденная еда уже никуда не выберется.
– Я и есть девица.
– Это испытание! – догадалась Окра.
– Займемся лучше плотом, – предложил кентавр.
– Может быть, мы идем по лестницам, предназначенным для слуг? – предположила Гвенни.
Мела подняла голову и увидела за спиной дракона большого змея с человеческой головой. То есть одного из нагов.
– Если подумать, так эта штуковина соответствует условиям лучше чего-либо другого, – сказала она. – Ведь он оказывался «меж роком и твердью» даже до того, как упал в гнездо: всякий раз, когда Роксана садилась на что-то твердое или что-то твердое поднимала, – она взглянула на птицу:
– Думаю, не только этим, – отозвалась Гвенни с той же насмешливой серьезностью, – хотя сказать, чем еще, не могу, поскольку в Тайны Взрослой Жизни еще не посвящена. Догадываюсь только, что чем-то очень приятным.
– Это Драгоман-коллекционер! – в ужасе воскликнула она. – Неужто моя горестная судьба и вправду в том, чтобы вечно оставаться экспонатом? Да еще и храниться не в экспозиции, а в запаснике?
Они обнаружили себя в сумрачной пещере. Яне с Окрой стояли на каменной плите, а Мела оказалась у самой кромки воды. Куда и плюхнулась, не сумев удержать равновесия. А плюхнувшись, принялась ругаться и отплевываться, поскольку вода была пресной.
– Но если она их не добудет, тоже могут возникнуть существенные проблемы.
– Думаю, да, – кивнула Мела. – Хотя сомневаюсь, чтобы Нада могла как-то помочь тебе от нее избавиться.
– Они не стреляли на поражение, – сказал Че, когда стрекадрилья улетела. – Будь у них желание нас подпалить, нам бы от них не увернуться.
Грифоны тем временем набрали еще большую скорость Внизу огромным ковром расстилался Ксанф с его лесами, реками, полями и озерами. Одно из озер напоминало по форме рот с подставленными для поцелуя губками. Мела тут же узнала Чмок-Поцелуй, где совсем недавно побывала. К югу от озера тянулась линия Люблю-реки, вверх по течению которой поднялась Окра. Следуя вдоль русла, грифоны добрались до другого, более крупного озера. Вне всякого сомнения, то было озеро Огр-Ызок, где обитали донные прокляторы и на берегах которого (о чем свидетельствовал пример Окры) можно было встретить отбившихся от своих огров. Затем крылатые чудовища повернули на юго-запад, промчались над непроходимыми джунглями и, когда впереди замаячила вершина горы, пошли на снижение. Летающие существа не рисковали приближаться к Парнасу, и Мела уже настроилась на то, что ее со спутницами ждет долгий нелегкий путь пешком. Однако, приземлившись, грифоны не ссадили женщин, а продолжили бег к горе на четырех ногах. Русалка поняла, почему Кондрак обратился за помощью именно к этим существам: имея четыре лапы, они могли передвигаться по земле с тем же проворством, что и по воздуху, а стало быть, имели возможность доставить путниц поближе к подножию.
– Может, попробуем с ним договориться? – промолвила Окра без особой надежды. – Вдруг удастся убедить его не есть нас?
– Дженни! – восклицали они, радостно обнимая девочку. – Как мы рады тебя видеть! Ты потерялась, и мы боялись, не случилось ли с тобой что-то страшное! Где ты пропадала?
– Ну, насчет проекта. Вам, наверное, любопытно.
– Не вернется, – пропищала сиротка. – Ему потребуется не один день, чтобы переварить это упущение.
Незнакомец внимательно присмотрелся к ней и покачал головой.
Так, видимо, она и решила. А потому прыгнула прямо на Окру.
– Змея не может дать по физиономии, – с самодовольной ухмылкой заявил демон – У нее рук нету.
– Сомневаюсь. С чего, например, вам взбрело в голову путешествовать без сопровождающих, если один из вас находится под защитой крылатых чудовищ?
– Река забвения! – воскликнул Че.
Яне с Окрой сумели нарвать каштанов, ирисок и кувшинок. Но едва компания приступила к трапезе, как раздался ужасный рев. Все встрепенулись.
– Но мы хотели бы узнать о тебе побольше, тогда, может быть, нам удастся сделать для тебя что-нибудь еще.
– Думаю, это разумнее всего, – отвечала Гвенни. – Чем дольше я отсутствую, тем больше простора для всяческих козней и злоумышлении. А вот тебе, – она посмотрела на Дженни, – пожалуй, стоит остаться здесь и приступить к службе. В Горбу сейчас может быть небезопасно.
Они присели на травку и совсем уж собрались вздремнуть, пребывая во сне Дженни, как вдруг у Че возникла интересная идея.
– Но ты, разумеется, найдешь из него выход, – с обычной уверенностью заявила Яне. – Кентавры всегда знают, что и как делать.
– Ладно, зато она может откусить нос, – сказала Нада, и ее голова снова стала змеиной.
– Взрослая Тайна. Та самая, которую мы недавно…
– Яне, – сказал Налдо, когда женщина в вуали остановилась рядом с ним. – Время пришло. Прежде всего познакомься со своей сестрой.
Она решительно не могла понять, как это ей удалось попасть в это славное местечко. Семя оставалось при ней, так что замедлить ее и переместить никто не мог. Да и перемещать было бы далековато: замок находился на облаке, а она явно попала на землю. Приглядевшись, огрица даже приметила замок на одном из висевших над головой облаков. Но кто же спустил ее с небес на землю?
Часть скульптурной композиции – Дженни, наша очередь действовать, – сказал Че и легонько хлестнул яйцо хвостом.
Положение оставалось безвыходным, однако чаша весов несколько склонилась в пользу птицы, которая отнесла Че к стоявшей у стены клетке, засунула внутрь и захлопнула клювом дверцу. Че попытался открыть ее, но это ему не удалось. Маленький кентавр не пострадал, только вот оказался взаперти. Выхода Гвенни не видела, а потому решила возобновить разговор. Вдруг ей все-таки удастся понять, чего эта Роксана хочет, и как-то с ней договориться.
– На облаке? – удивилась Яне. – Как на облаке?
– Как ты вовремя, Гвенни! – воскликнула она, заключая дочку в объятия. – Не знаю только, к добру ли. У нас тут беда.
– Но почему? – все так же неубедительно проговорил демон, выряженный обыкновеном.
Мне кажется, с этой целью Добрый Волшебник и направил вас к Наде, а через нее сюда.
Выглядело оно совершенно заурядным, и было непонятно, как там может размещаться замок? Разве замки бывают воздушными? Ей доводилось слышать, будто люди, даже обыкновены, способны витать в облаках – но чтоб целый замок!
– Чего? – не поняла Дженни.
– Да? Пусть тогда чего-нибудь скажет.
– Надо найти какой-то другой способ. Принцесса не станет раздеваться перед незнакомцем.
– Не думаю, – отозвался Че. – Обычно Гобелен ориентируется на прошлое. Сейчас вечер, темнеет, а мы видим ясный день. Возможно, огрица уже легла спать, а Гобелен показывает ближайшее прошлое, когда она совершала активные действия.
– Погоди-ка, я попробую вспомнить и без дерева. Молодой Круш-Крушило так туп, что не может разобрать, где у него башка, а где зад, но мне сдается, что на это место уже положила лапу другая огрица. Они поженятся как только выяснят, на какое именно. Есть братья Колтун и Вшивец, женихи завидные, потому как других таких уродов не сыщешь во всем Ксанфе, но их совершенно невозможно различить. Во всяком случае, им самим это по ею пору не удалось, а жениться неизвестно на ком нельзя.
– Нет, я простая эльфийская девочка. Просто я умею воображать всякие славные места, а если при этом пою, а тот кто слышит, не обращает внимание на мое пение, могу завлечь его в этот воображаемый мир.
– Нагов, нагов… – Метрия махнула рукой и лишь тут сообразила, что сама назвала нужное слово. – Эй…
Правда, будучи человеком, она никогда не участвовала в некоторых забавах, которым предавались нимфы с фавнами, а лишь наблюдала за всем этим со стороны.
– Вот еще, была мне охота шастать по пещерам с эльфийскими девчонками, – пробурчал мальчишка, а потом, подумав, спросил:
– Ну что ж, значит скоро вам предстоит вступить в Заговор, – заявила Взрослая. – А сейчас… – она протянула руку и извлекла откуда-то двух кукол, каждую величиной с одну из девочек.
Поскольку теперь вся дорога пролегала перед мысленным взором обеих девочек, шли они быстро и без задержек, но расстояние до реки было слишком велико, чтобы одолеть его за один переход. Остановившись на привал в боковой пещере, спутники перекусили. Когда они по очереди отходили в сторонку облегчиться, Горбача так и подмывало назвать то, что они делали, соответствующим ДУРНЫМ СЛОВОМ, однако ему хватило благоразумия сдержаться.
– А где ты нашему языку выучился? – удивилась Роксана.
– Возможно, это окажется интересным, – промолвил кентавр. – Давай для начала познакомимся. Меня зовут Че, мне семь лет. А это эльфесса Дженни и гоблинша Гвенни.
– А не можем ли мы произвести деление? – промолвил один из Че.
В тот же миг кот сорвался с места и припустил по мосту, а Дженни, как водится, побежала за ним – Ну как так можно! – воскликнула Гвенни. – Вы мои лучшие друзья, но нельзя же быть такими легкомысленными.
– А это кто?
На этом разговор сам собой иссяк, а очень скоро Дженни и Че сморил сон. А вот Гвенни еще долго ворочалась и не могла сомкнуть глаз. Девочке мало верилось в то, что она в столь нежном возрасте сможет возглавить гоблинат. А в то, что ей удастся справиться с обязанностями правителя, верилось еще меньше.
– Погоди у меня! – прошипел Горбач, еще пытаясь бравировать. – Я до тебя доберусь!
Мела проснулась. И увидела клещей. И завопила:
– Метрию? Эту каверзницу? – с сомнением произнесла Мела.
– Ой, как же я сама о ней не подумала, – огорчилась Мела. – Надо попробовать ее вызволить.
– Они не будут сбываться магически, – указала Годива. – А для дружбы никакого колдовства не требуется;
– Прошу прощения. Мы, морской народ, говорим по-особому. Я хотела сказать «с другой стороны». Ты хочешь узнать, что там творится. Так, может быть, заключим сделку?
Свет был не слишком ярким, но вполне достаточным, чтобы двигаться, не рискуя споткнуться или налететь на препятствие.
– Ой! Что же делать? – воскликнула испуганная Гвенни.
– Ты был прав, Че, – заметила Гвенни. – Это не та правда, которую хотелось бы услышать. Кому охота встречаться с огрицей?
– Мушки-гнилушки, – сморщил нос Че. – Ускоряют реакцию гниения.
К счастью, когда позади ракетного семени прогрохотал взрыв, Окра крепко обхватила Мелу одной рукой, а Яне другой Семя содрогнулось, а потом оторвалось от земли и поднялось в воздух. От страха Мела и Яне зажмурились, а вот огрице не хватило сообразительности и пугливости последовать их примеру, так что она продолжала смотреть сквозь полупрозрачную оболочку Отталкиваясь от выраставшего из его нижней части дымного столба, семя, набирая скорость, взвилось выше Дерева Семян и устремилось к безмятежно прохлаждавшемуся на небе облачку. Смекнув, что странная штуковина настроена двигаться напролом, облачко попыталось убраться с дороги, но не успело. Уже основательно разогнавшееся семя зацепило его край: от удара облачко завертелось, а от незаслуженной обиды расплакалось, оросив землю дождем. Семя, по-прежнему изрыгая огонь и дым, неслось все выше.
Приблизившись к толстому стволу, Метрия открыла неприметную потайную дверцу и пригласила спутниц зайти.
На полу, чуть ли не прямо под птицей, стояла довольно хорошенькая юная гоблинша с палочкой в руке. Палочка была направлена на Роксану, и, похоже, она и удерживала птицу в подвешенном состоянии. У стены находилось несколько клеток, в одной из которых сидели маленький крылатый кентавр и эльфийская девочка.
– Не больно веселая затея. А если из твоей затеи ничего не выйдет, гоблины останутся дикарями?
– Конечно.
– Ну не знаю…
– Эти лестницы, судя по высоте ступеней, рассчитаны примерно на такой рост, как у нас, – заметил на бегу Че, – в отличие от главных ворот и холла, явно предназначенных для великана. Интересно, в чем тут дело?
– Непременно, – откликнулась королева. – Ты станешь вождем, и должна будешь выглядеть соответственно.
Сон у огров крепкий, однако в непривычной обстановке Окра спала чутко, и как только ветер приоткрыл прижатый ракушкой полог, насторожилась. А тут еще что-то холодное коснулось ее руки и мягко, как дождевая капля, шлепнулось на землю Это заставило огрицу пробудиться окончательно.
– Вот те на! – сказала Яне. – Выходит, ни с одной из этих четырех стороны к замку не подойти. А есть у него другие стороны?
– Думаешь, не станут? Это гоблины-то? – усмехнулся Че.
– От меня принц и Косто отправились в логовище дракона Кондрака, где хранился похищенный у меня опал. Вместе с точно таким же, принадлежавшим самому дракону. Они вступили в бой. Дольф сражался в разных обличьях, в кого только не превращался, но сражение шло на равных, с переменным успехом. Потом им пришлось заключить перемирие, чтобы побывать на свадьбе кентаврицы Чеке. Но пока принц и дракон пировали с другими крылатыми чудовищами, на гнездо Кондрака совершили набег гоблины. Охранял гнездо один Косто, и он, должна сказать, проявил себя настоящим героем. Сражался без устали и отбивал все атаки.
Потом Мела натянула запасную пару трусиков из шотландки, а Яне извлекла сменные желтые трусики. Остальная ее одежда была выстирана под облачком и высохнуть еще не успела.
Разумеется, такая образованная особа не могла не знать того, что драконьи логовища представляют собой места, куда порядочным девушкам лучше не попадать.
Однако Вдребезг знал толк в схватках, и это его не ошеломило. Он снова взмахнул дубиной, а когда Окра парировала ее когтем, нагнулся и, схватив свободной рукой соперницу за волосы, поднял ее в воздух. Шляпка при этом сбилась на бок, но с головы не слетела.
– У кентавров вроде бы все. Больше ничего не требуется.
Потом он сбросил Окру, поднялся на ноги, ошарашенно выдохнул и пустился бежать с ристалища.
– Дует, – заметила Дженни. – Если мы сделаемся почти невесомыми, не сможет ли ветерок подхватить нас и унести неведомо куда?
– Огрица Окра, – ответила она, ткнула его кончиком когтя и добавила ему под стать в рифму: