СТОИЛО СКЛЕВАТЬ ВСЮ

– Надеюсь, Тучная Королева за нами не следит, – сказала Дженни. И как сглазила: тут же раздался громовой раскат. Друзья изо всех сил налегли на весла, но плот продвигался медленно. А уговорить его плыть быстрее они не могли, потому что никто из них не умел разговаривать с неодушевленными предметами.
– Возможно, проходы сквозь шкафы есть, но их преграждают скелеты, – сказала Яне.
Часть скульптурной композиции – Дженни, наша очередь действовать, – сказал Че и легонько хлестнул яйцо хвостом.
– Мела, проснись! – крикнула она.
– Она уже не находилась в Долине нимф, где слоняться без дела было нормой жизни. Ей, хоть и со скрипом, удалось добиться от Перебрала совета не терять время попусту, и этому совету она следовала так рьяно, что сомневалась, вправе ли остановиться для удовлетворения естественных потребностей. А вдруг это считается пустой тратой времени? Одной из странностей ее наставника-кентавра являлось то, что сам он эти пресловутые надобности удовлетворял где и когда хотел, но при этом уверял, будто бы человек обязан делать вид, будто ничем таким вовсе никогда не занимается. И ей будто бы нужно поступать также, потому что «с людьми жить – за куст ходить».
– Нет, милочка. Вопрос мой, а вот обращен он к тебе.
– Ты его не знаешь? – спросила Яне Окру, указывая на огра.
Присмотревшись, девочка обнаружила, что в действительности гора сложена из гигантских свитков и книг.
– Как это может быть?
Окра поднесла ко рту «наполеона», но замерла под его суровым взглядом.
– Только ему не найти обратной дороги, – промолвил Че. – Но беда невелика, у меня прекрасная память, и путь я запомню.
В ответ возникла очередная движущаяся картинка.
– Да. Семя, о котором шла речь, имеет свойство ускорять или замедлять ход времени для отдельных существ или предметов. Мы ускорились, и птица не смогла помешать нам забрать вас оттуда. Но вот потолковать с ней у нас не вышло.
Всякому известно, что море прямо-таки кишит прожорливыми чудовищами.
Вместо того чтобы составлять Заговор, взрослым стоило бы позаботиться о том, как дать детям побольше полезных знаний.
Неожиданно Мела поймала себя на том, что заинтересовалась. Конечно, она знала, что женщины из людского племени и многих родственных людям народов не обходятся без этого предмета одежды, однако такого разнообразия фасонов, цветов и оттенков не могла даже вообразить.
– Еще какого грязного. Он никогда не моет ноги, так с грязными ножищами и ложится на чистые простыни.
– Смотри, – тетушка ткнула корявым пальцем в дверь, а поскольку та оказалась закрытой, то расщепилась и слетела с петель. И поделом – нечего торчать на пути у огрицы. – Видишь того грязного старикана? Да, пожалуй, он подойдет. Я, знаешь ли, сама трижды вдова и все три моих покойника были вдовцами, так что эту породу знаю хорошо. Ежели кто свел свою женушку в могилу, то он настоящий огр, а не какой-нибудь огрех. Будете жить по-огрски, или ты его уморишь, или он тебя. Не жизнь, а сплошная умора.
– Вполне возможно, – согласилась вылезшая следом за Окрой Яне.
– А вот и не можешь. Так не положено.
– Не обращай внимания, – пожала плечами Метрия. – Отправились следом за драконом.
По всей вероятности, то был никакой не воздух, а невидимая вода.
– Спичек, – вмешалась в разговор русалка. – Бедная малютка добывает пропитание продажей спичек. Может, и ты купишь хоть одну, чтобы помочь невинной, беззащитной, большеглазой, смышленой крошке.
– А где ты нашему языку выучился? – удивилась Роксана.
– Займемся лучше плотом, – предложил кентавр.
– Это еще зачем? – не поняла Мела. – Надо примерить, так я и здесь могу.
Дженни улыбнулась.
– То что надо! – воскликнула Яне.
В случае удачи обыкновен может выиграть магический талант. Проигравший выбывает.
Все замерли, поскольку теперь всецело находились в ее власти. Роксане ничего не стоило склевать всю компанию, но нарушать соглашение птица не стала.
– Это просто замечательно, – сказала Мела. – Я от души, рада за тебя, Яне. И надеюсь остаться твоей подругой, хотя ты нынче вышла в принцессы и мы с Окрой тебе не ровня.
– Спасибо, – растроганно проговорила Окра. – Я много о тебе слышала, но действительность превзошла все ожидания.
Они продолжили восхождение. Карабкаясь вверх, Яне размышляла о случившемся: по ее разумению, Окра едва ли не осуществила свою заветную мечту. Ведь в эпизоде с драконом Главным Действующим Лицом являлась несомненно она.
– Хорошо, что мы вместе, все трое, – сказал Че тоже с явным облегчением, напомнившем Дженни о том, что при всей его взрослой рассудительности ему было всего-навсего семь лет.
Так или иначе дикие женщины не могли обнаружить тропу, а ломясь сквозь кусты, отстали и вскоре скрылись из виду Сами беглянки тоже изрядно запыхались, однако, не будучи уверенными в том, что окончательно оторвались от преследовательниц, еще долго не сбавляли шагу.
– Сейчас посмотрим, – с воодушевлением промолвила сиротка, направляясь к здоровенному валуну, имевшему форму сердца. – Спички, – прохныкала она, вложив в это слово всю душу, что для существа бездушного являлось вершиной сценического перевоплощения.
– Вот именно. Чепуха какая-то, – буркнула Окра, и Мела испугалась, как бы это не рассердило птицу. Но та, похоже, ничуть не обиделась.
Волшебник не мог ответить на твой Вопрос, ибо понимал: на самом деле ты хочешь не того, о чем просишь, а добиться осуществления своего подлинного желания сможешь, лишь не подозревая о значимости поступка. Сама посуди, ведь знай ты, какой будет награда, любой твой поступок уже не мог бы считаться бескорыстным и по-настоящему благородным. Так и вышло, что тебя пришлось держать в неведении до последнего момента. Но зато когда тебе представилась возможность, ты ею воспользовалась.
Чтобы хоть как-то приструнить Роксану, Гвенни должна была вернуть себе контроль над яйцом. Она устремилась к нему, на бегу вытаскивая из торбы палочку, но птица, ноги которой были гораздо длиннее, легко ее опередила. Но подскочив к яйцу, Роксана не уселась на него, а вытащив невесть откуда облачный шнур, привязала его к гнезду Гордиевым узлом. Теперь поднять его над гнездом не представлялось возможным, а само гнездо было намертво вделано в пол. Гвенни лишилась последней возможности как-либо повлиять на птицу. Причем произошло это из-за того, что она, поддавшись панике, стала прятаться, вместо того чтобы воспользоваться палочкой сразу, как только спрыгнула с клети. Похоже, в данном случае Гвенни не продемонстрировала качеств настоящего вождя, но, впрочем, обстоятельства складывались так, что шансов им сделаться у нее оставалось немного. Правда, переживала девочка не столько из-за этого, сколько из-за друзей, попавших в беду, как ей казалось, по ее вине.
Поднявшись с пола, птица снова двинулась на Гвенни.
Остальные, однако, остались на месте. Оба таращились на русалку.
– Мы не помним, – сказал он. В это время нимфа расправила крылья и поднялась над поляной. Фавн подпрыгнул в воздух и погнался за ней. У кромки деревьев он настиг ее, она взвизгнула, и они повалились в траву.
В тот же миг Яне с Мелой принялись стремительно дергаться и неразборчиво тараторить высокими визгливыми голосами. Но что там Яне с Мелой: всегда неторопливое солнце понеслось к горизонту как ошпаренное, хотя, как известно, ошпарить кого угодно оно могло и само. Отбрасываемые замком тени удлинились: прямо на глазах наступал вечер.
– Как тебя зовут? – спросила особа, похожая на нимфу.
– Будешь знать, как прятать девиц в стекляшки, головешка горелая! – прорычала она.
– Я что же, должна расхаживать в трусиках? – спросила Мела.
– А какого, в таком случае, они цвета?
– Но те, которые не могут ходить, не так опасны.
– Мои чары.
– Давайте поклянемся, что даже став взрослыми, мы не сделаемся занудами и не разлюбим сладкого, – предложил Че, и девочки поддержали его без возражений.
– Нада говорила мне, что ты с ней знаком, – отозвалась Электра с заметным неудовольствием в голосе.
– Ну хоть бы и так. Хотя мое первое слово тоже годится.
– Кажется, я сообразила! – воскликнула Мела. – Роксана остается замедленной, а мы ускоренными: видимо, это различие сохраняется не только наяву. Этак она сюда и за век не доберется.
– Ему и не надо. Только мужчина может сказать, что трусики вовсе не наиглавнейшая прелесть в Ксанфе, а лишь то, что находится с нею рядом.
Изумленный Вдребезг со свистом выпустил воздух.
– Ой, и правда.., да, я совсем забыла, что у вас все совсем не так, как у нас.
– Роксана где-то внутри, – сказала Мела. – Должно быть, это очень злобная женщина, раз ей приспичило съесть кентавра.
– В чем?
– Как же, забуду я, – скривился он. – Держи карман шире! Вот вернусь в Горб, всем расскажу, что… Ох, что же я расскажу? Только что помнил, и надо же…
– Что? – не поняла Электра.
– Не стоит нас благодарить, – сказала Мела. – Мы сделали только то, к чему нас подталкивали и Добрый Волшебник, и Нада, и ее брат Налдо, и птица Симург. Такой компании трудно отказать, тем более что после исполнения задания мы рассчитываем получить-таки ответы на свои вопросы. Сейчас мы вернемся к Налдо: хочется верить, что он сдержит слово.
Мальчик, счастливый и довольный, вернулся к своим игрушкам, а Че хлестнул суденышко хвостом и потащил к тропе. Установив лодчонку посреди дороги, все трое забрались в нее, и налетевший ветер тут же задул в фанерный парус. Суденышко задрожало, сдвинулось с места и стало набирать скорость. Спустя несколько мгновений оно уже неслось так быстро, что пассажирам приходилось держаться за борта. Деревья по обе стороны дороги стремительно бежали назад.
На полу, чуть ли не прямо под птицей, стояла довольно хорошенькая юная гоблинша с палочкой в руке. Палочка была направлена на Роксану, и, похоже, она и удерживала птицу в подвешенном состоянии. У стены находилось несколько клеток, в одной из которых сидели маленький крылатый кентавр и эльфийская девочка.
– Ты в моем сне, – ответила Дженни. – Здесь лучше, чем в действительности, потому что в действительности все как положено, а у меня тут – как хочется.
– На сей предмет у Хамфри имеется сноска. Кажется, об этом рассказывал на своих лекциях ученый демон профессор Балломут. Но больше нам ничего не известно.
– Ты чем-то недоволен? – вкрадчиво осведомилась Гвенни, поигрывая волшебной палочкой.
Но тут у Яне возникла интересная мысль.
– Расскажи-ка нам про Косто и Скелли, – попросила она.
– Предания, задания, издания…
– Сэмми, найди птицу рок, – велела Дженни.
– Это что, водопад? – спросила Мела.
Стоило ей произнести это слово, как она сникла.
– Тут есть река, – сказал Че. – Можно сделать плот и спуститься к Горбу по течению.
Все замерли, поскольку теперь всецело находились в ее власти. Роксане ничего не стоило склевать всю компанию, но нарушать соглашение птица не стала.
Одна Гвенни исчезла. Три оставшиеся испуганно переглянулись.
– Вот те на! – вскричала изумленная Мела. – Да она же его целует!
Не теряя времени, Че направился в покои Гвенни.
Это, однако, вызывало сомнения. Кот, во всяком случае, песок не копал.
А значит, она могла оказаться сваренной и съеденной, прежде чем дракон сообразил бы, что они с Че пришли сюда вместе. Коленки ее совсем обмякли – то ли от этой мысли, то ли от драконьего пара.
Роксана подошла к гнезду, взяв семечко клювом положила его себе под крыло и что-то хрипло прокаркала. В тот же миг она закружилась в стремительном вихре, превратившись в расплывчатое пятно. Возможно, Роксана ускорила себя, а возможно, замедлила всех остальных Правда, продолжалось это недолго: птица вернула времени обычный ход.
– А почему бы нам не упростить дело, став еще легче и попросту спрыгнув вниз? – спросила Дженни. – Так мы бы и время сэкономили, и о камни не исцарапались.
При этих словах Мела почему-то покрылась красными квадратами на манер шотландки. Окра и не подозревала за ней такого умения.
– Протри глаза, Гаркалло-харкалло. Беги, доложи госпоже Годиве, что явилась ее дочь.
Мела долго листала справочник, но потом закрыла и со вздохом промолвила:
– Четырнадцать, – неохотно призналась Дженни. – Если ты насчет Тайн Взрослой Жизни, то я в них еще не посвящена.
Кто бы мог подумать, что цвет ее трусиков столь важен!
– Да что ты прицепилась к одноцветным? – сказала Метрия. – Попробуй какие-нибудь этакие, особенные.
– Ну да. Трусики у нее…
– Я и солгал. Самое неподходящее место – вон та душица с плющом. Пристроишься – разом сплющит и задушит.
Яне не могла не признать, что красивый, сообразительный и храбрый Налдо и впрямь мог стать для ее подружки идеальным мужем. Он задал им всем работенку, но, как оказалось, у него были на то основательные причины.
В определенном смысле можно было сказать, что Гвенни взяла Роксану в плен, но толку от этого было меньше, чем могло показаться. Во-первых, она не могла удерживать пленницу на весу вечно (надо же ей иногда спать, да и мало ли что…), а во-вторых, ей следовало вернуться с яйцом в Горб в течение дня. Что было бы нелегко сделать, даже сумей она отделаться от птицы, завладеть яйцом и вызволить друзей. После стольких отчаянных действий с той и с другой стороны, положение как было безвыходным, так им и осталось.
– Мы этого не допустим! – сказала Окра.
– Дженни явно заинтересовалась услышанным. – Попробовать, что ли…
– Смотри, я все твои камни перемешаю! – пригрозила Гвенни. – От всего рококо одно коко останется!
Взять хотя бы утрату мужа! Но она решила, что лучше оставить этих бедняжек в блаженном неведении, чем огорчать их раньше времени.
– Залезайте.
Но мне кажется, я начинаю понимать ход мысли Доброго Волшебника. И… – тут она обернулась к Яне и воскликнула:
Айви взяла ее за руку, а потом обняла.
– Не летит да и все, – промолвила она хриплым, усталым голосом. Вид у нее был измученный и больной.
Песик весело вилял хвостом, и при ближайшем рассмотрении показался совсем не страшным. Спутницы принялись его гладить, но тут неожиданно с порога прозвучал голос Софии.
– Нет, такие забавы вовсе не в ее духе. Но если вы собираетесь посетить замок моего мужа, вам придется что-нибудь надеть.
– Ты вождь, – сказал один из них. – Нам это не нравится, но против обычая не попрешь.
Окра двинулась вперед первой, Мела последовала за ней, а замыкала цепочку радостно улыбавшаяся Яне. Да и как ей было не радоваться, ведь это она выразила уверенность в существовании удобной тропы. И оказалась права! Теперь ей казалось, что все пойдет как по маслу, а русалка не хотела лишать ее этой иллюзии. По ее наблюдениям, все лишавшиеся последних иллюзий почему-то становились не слишком приятными в общении.
Вздумаешь нас связать и задать деру – скатертью дорога.
– Не совсем так, – указал Налдо. – Туда не смеют соваться крылатые чудовища. Все прочие остерегаются делать это из-за менад и Пифона. Но мне кажется, что три девицы, пребывающие в крайней нужде, смогут одолеть эти препоны. Итак, вам надлежит пойти на Парнас и рассказать Симург об угрозе. Потом возвращайтесь, я сдержу свое обещание.