ХАМФРИ ДОВЕРЯТЬ ТЕБЕ, ЕСЛИ

– Сомневаюсь, – возразила ее же недавними словами Яне.
Дженни решила оставить свои сомнения при себе, в настоящий момент это все равно не имело смысла. Возможно, Добрый Волшебник все предусмотрел, и в реальном мире линзы будут работать так же как и в тыкве. В конце концов, ночным кобылицам случается, во избежание накладок, просматривать доставленные ими сны и вне тыквы.
И приближался.
Кот рванулся с места, паутина натянулась, точно струна, и Че удалось удержаться, лишь расставив руки в створе тоннеля.
– Да мы и так не больно-то храбрые, кроме, конечно, Окры, – возразила Мела. – Да и вообще, зачем нам трусить?
Теперь Окра чувствовала себя в своих трусиках неловко, хотя на ее темном теле они были почти незаметны Демонесса Метрия ловко обманула ее, не солгав, а просто сообщив не всю правду, и тот факт, что в таком же положении оказалась и Мела, служил слабым утешением. Каверза демонессы сделала их обеих невольными нарушительницами Заговора взрослых и выставила на посмешище.
– Не доводите меня до белого каления, – предостерегла она гоблинов, взмахнув когтем.
– Скажи, – промолвила Гвенни, глядя на демонессу с прищуром, – как может Хамфри доверять тебе, если у тебя нет души?
Так или иначе вещица была прелюбопытная и весьма полезная.
– Только попробуй, василисков дух! – выпалила ощетинившаяся сиротка.
Огрица сердито взревела, однако смахнула шляпу с головы. И тут же обрела свой обычный облик. Сейчас Окра выглядела растерянной, и Яне прекрасно понимала, какие чувства она испытывает.
В полу образовалась здоровенная вмятина, а взъерошенная Роксана растерянно заморгала. И то сказать – только что она видела перед собой гоблиншу с палочкой, и вдруг на ее месте оказалась огрица. Птица вполне могла решить, что одна превратилась в другую.
– Именно.
– Итак, дело сделано? – спросил Налдо, вновь обернувшись ко Гвенни. – Ты теперь гоблинатор Гоблинова Горба?
– А как ты ее нашла, невидимую-то? – спросила Мела.
Окра тем временем подобрала для себя две пары меховых трусиков огрского фасона. Одни она натянула, другие приберегла. По тону трусики сочетались с ее природным мехом и не слишком выделялись, но огрицу это, по-видимому, устраивало Яне выбрала три пары простеньких однотонных трусиков – но разного цвета.
Она вручила пропуск Гвенни и добавила:
– Хорошо, что мы вместе, все трое, – сказал Че тоже с явным облегчением, напомнившем Дженни о том, что при всей его взрослой рассудительности ему было всего-навсего семь лет.
– Сомневаюсь. С чего, например, вам взбрело в голову путешествовать без сопровождающих, если один из вас находится под защитой крылатых чудовищ?
– А какая жена нынче живет с волшебником Хамфри? – сменила тему Дженни.
– Уважаемый профессор Балломут, нельзя ли вас на минуточку?
– ОНА НИЧУТЬ НЕ ХУЖЕ ЛЮБОЙ ДРУГОЙ. НО ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ ПОДОЖДАТЬ СВОЕЙ ОЧЕРЕДИ.
– А это не больно? – заволновались все четыре Гвенни.
Семечко развернулось. Теперь светилось изображение замка, как надеялась Окра – изображение того места, куда они летели.
– Это было ужасно! – согласился Че. – К счастью, все удалось исправить. А демонам, надеюсь, впредь будет неповадно.
Сейчас мне снова интересно, и пока не станет скучно, я буду вести себя так, будто у меня есть душа. А если нарушу правила и поведу себя бездушно, то тут же уступлю место следующей по списку жене.
– Так оно и есть, – сказал Че. – Но мы постараемся его обезоружить.
– Ноги.., если лодка пойдет ко дну, мне придется вернуть хвост: плавать с помощью ног я не умею. К тому же от пресной воды портится и моя кожа.
Огрица поняла и быстро вытащила из котомки шляпку от бледной поганки, и тут же побледнела от ярости. А внешность ее сделалась такой поганой, что по огрским меркам она могла считаться самой завидной невестой.
– Эй, птичка! Сейчас заберу твое яичко!
Однако Вдребезг знал толк в схватках, и это его не ошеломило. Он снова взмахнул дубиной, а когда Окра парировала ее когтем, нагнулся и, схватив свободной рукой соперницу за волосы, поднял ее в воздух. Шляпка при этом сбилась на бок, но с головы не слетела.
– Дело в том, что Гвенни получила задание принести то, что пребывает меж роком и твердью, – пояснила девочка. – Иначе ей не бывать вождем. А яйцо находится как раз между птицей рок и твердым каменным гнездом.
– Так или иначе он послал нас к этой Наде, – сказала Яне. – Интересно, какое отношение может иметь к нам принцесса нагов?
– В чем?
– Именно, – с довольным видом хмыкнул Рогонос. – Ты влипла, гоблетка, так что гони выкуп.
– Привет, Роксана, – произнесла во сне Дженни.
Через некоторое время Гвенни вернулась к друзьям с палочкой в руке.
– Это точно, – подтвердил Че, но больше не проронил ни слова. Сделать выбор надлежало самой Гвенни.
– О, совсем нет. Несколько дней пути по лабиринту.
Нада задержала на ней внимательный взгляд, но потом, словно не доверяя собственным умозаключениям, обратилась к огрице.
– Я всего лишь бедная, маленькая, славненькая сиротка Ойбеда, влачу жалкое существование, перебиваясь продажей птичек.
– Так ведь интересно же было, – словно оправдываясь, сказала Метрия. – Не каждый день увидишь, чтобы гоблины, эльфийская девочка и детеныш крылатого кентавра путешествовали всей компанией верхом на сфинксе.
– Палочка слабеет, – пояснила девочка. – Я растратила много энергии на птицу рок и тому подобное, так что она нуждается в подзарядке. А этот вымогатель слишком тяжел.
Гвенни вопросительно посмотрела на Че.
– Она что, и вправду слепая? – спросила Окра.
Дженни покачала головой: оказывается, Окра была не просто второстепенным персонажем, но и персонажем, придуманным обыкновенной. Неудивительно, что ей так хотелось изменить свой статус.
– Ох, если бы хоть что-то из этого оказалось правдой, – отозвалась Яне, мечтательно сжимая руки. – Но прежде мы должны помочь Гвенни. Хотя я не сомневаюсь, что Че с этим справится, ведь он такой умный и одаренный.
– Меня зовут Алистер, – представился молодой человек. – А моего песика – Мраморр. Я иду к Доброму Волшебнику, чтобы спросить, как отыскать магический талант для моего батюшки. Сам я, такой уж у меня талант, могу найти что угодно, кроме Ответа.
– Не обессудь, но мне придется промолчать. Однако вполне возможно, что мой брат Налдо сумеет помочь вам всем. Не исключено, что Хамфри послал вас ко мне, чтобы я направила вас к нему. Только вот найти его будет куда труднее, чем меня. Погодите, дайте подумать, как это можно устроить.
– Видишь, ничего твой котяра не знает! – захохотал Горбач.
Между тем ночь сменилась днем, который снова сменился ночью. Окра устала, проголодалась, но продолжала грести, полагая, что если бросит весла, то может отвлечься, забыть чего доброго свой замечательный Вопрос, а то и вовсе не попасть куда надо.
Огр тем временем разгрыз последнюю кость и, тяжело ступая, вышел в середину пещеры.
Гвенни спрятала бумажку в карман.
– Нам нужно убедить деревья в том, что мы друзья, – сказал маленький кентавр. – Иначе они переплетут ветви, и к замку будет не подойти.
Яне, глядя на стоявших рядом девушку-змею и русалку, не могла решить, кто из них красивее. Если фигурой, то вроде как Мела, а лицом, так Нада. Но с другой стороны…
С этим словами демон снова исчез.
Увидев эту невероятную пропасть, она решила, что в своих описаниях Перебрал скорее не перебрал, а недобрал. Зрелище потрясало воображение: в Провале, ниже уровня поверхности, плавали облака, словно над ним имелось свое собственное небо.
– ЭТО СЕМЯ ВРЕМЯНИКИ. РОКСАНА ПОЙМЕТ, ЗАЧЕМ ОНО НУЖНО. А ТЕПЕРЬ ПОДСТАВЬ ДРУГУЮ РУКУ.
– А кто твои спутницы? Ага, одна из людей, другая русалочка с моря, а третья…
Весь Ксанф тоже пребывал в полном оцепенении.
– Надо же! – воскликнула Яна – Вот, оказывается, кто такая Роксана. Роксанна, птица рок.
– Знаю, – Окра смутилась еще сильнее.
– Но именно по указу Симург кентавр Че находится под защитой крылатых чудовищ, – сказала Гвенни. – Той самой Симург, которая заземлила тебя и отправила сюда на отсидку. Склевав его, ты рассердишь ее так, что дальше некуда.
Принцесса в недоумении воззрилась на просительниц.
Увы, она не учла того, что освободившаяся от воздействия волшебной палочки птица уже начала медленно опускаться вниз. Когда магия замедления исчезла, Роксана рухнула на пол, как скала Недаром птицы рок называются и по-другому – птицами рух.
– Мужчина? Да разве мужчина может что-нибудь понимать в трусиках? – не поняла Яне.
– Возможно, невкусности и вправду питательны и полезны, – продолжала между тем Дженни, – а если есть одни только леденцы, то можно испортить желудок («Наверняка вспомнила прошлую ночь», – подумал Че). Наверное, взрослые хотят уберечь нас от таких неприятностей. Ну, а насчет укладывания спать.., я и сама знаю, что когда высплюсь как следует, то встаю бодрой и веселой, а если допоздна бросаюсь подушками, то потом весь день клюю носом. Что же до аиста.., наверное, и вправду не дело, чтобы малыши стали появляться у тех, кто еще не готов о них заботиться. Младенец не игрушка, но дети этого еще не понимают.
Мела провела рукой по названной части тела и установила, что юбка (видать, такова была особенность стиля либидо) задралась, приоткрыв самый краешек трусиков.
– Ну а Добрый Волшебник? – спросил Че. – Уж он-то, конечно, знал?
– В каком смысле? – воззрилась на него Гвенни. – Задание составлял не ты, так откуда же тебе знать, что там имелось в виду? Или же ты смухлевал и подсунул мне свою собственную писульку?
– Потому что с твоим участием скоро разрешится величайшая тайна Ксанфа.
Дженни посмотрела вниз. Земля стремительно удалялась, и девочке стало не по себе. Однако она решила держать себя в руках. В конце концов, идея полета принадлежала именно ей.
– Скажи, – промолвила Гвенни, глядя на демонессу с прищуром, – как может Хамфри доверять тебе, если у тебя нет души?
Чтобы переварить услышанное, русалке потребовалось некоторое время. Потом она уточнила:
– Ладно, – махнула рукой девушка, решив, что ее подход все-таки сработал. – А какая из этих троп опаснее?
– Я эльфесса Дженнифер из Двухлунии.
«Здоровенная змеюка» подняла голову, неожиданно превратившуюся в очаровательную девичью головку.
– А если мы дадим тебе семя? – спросила Окра.
Вскоре Окра и сама убедилась, что от проделок Тучной Королевы радости мало. Облако сформировалось в здоровенный туманный рот, который принялся дуть прямо на них, вздымая волны все выше и выше. Дождь сначала закапал, потом зачастил, а потом хлынул как из ведра. Мела завизжала.
– Крылья слабеют, – сказал он. – Боюсь, как бы нам не упасть.
– Да, Чудо-в-Перьях действительно присутствовала на том историческом привете.
– Ты не мымра и не нимфа, так что тебе не пристало ограничивать свое бытие узкими горизонтами их примитивного существования. Ты должна воссоединиться с сородичами и найти счастье среди них.
– В первую очередь мы заслужили право на встречу с волшебником. Почему бы нам не отправиться к нему прямо сейчас?
– Симург вовсе не вредина, просто у нее много забот, и она серьезно относится к соблюдению правил. А незнание закона не освобождает от ответственности.
Обыкновен с готовностью обнял девушку за талию: идея его явно вдохновила.
– Роксана, – сказала она. – Я признаю, что явилась сюда с целью похищения твоего драгоценного яйца. Правда, оно было нужно мне не навсегда, а только взаймы, но все равно я попыталась взять его без спросу. Но раз ты ни в какую не согласна одолжить его, давай договоримся: я поставлю тебя на пол и оставлю в покое яичко, а ты отпустишь моих друзей.
– Конечно, подружатся! – с обычным воодушевлением воскликнула Яне.
– Мы знакомы, – пояснила Окра. – Я из Огр-Ызочных огров, и Чудо-в-Перьях частенько помогала моим сородичам устраивать буйные пирушки и разгульные попойки. Она рассказывала мне, что точно так же помогла отпраздновать свадьбу Доброго Волшебника и Розы Ругна.
– А ты что скажешь, Гвендолин?
– Кажется, я догадываюсь, в чем дело, – промолвила Мела. – Давай-ка снимем котомку.
– Думаешь, не станут? Это гоблины-то? – усмехнулся Че.
– Он имеет в виду тебя, – пояснил Че; – И всех нас.
Оказалось, что и вправду не зря. Как только Драгоман выдохнул свое облако, огрица надула щеки и дыхнула ему навстречу. Остановленное встречным потоком воздуха облако зависло между ними, образовало взвесь довольно гадких с виду (а какие еще могли образоваться при столкновении драконьих и огрских выхлопов?) кристаллов, которая рухнула вниз и разлетелась в хрустальное крошево, в свою очередь истаявшее вонючим дымом.
– Чего ради? – искренне удивилась Метрия.
– Еще как годишься! – с готовностью ответил тот, но, судя по отчетливому образу котла с кипятком, на деле считал, что эта девчонка прекрасно годится в пищу.
– Поразительно! – воскликнула Мела. – Так вот в чем твой талант, в голосе. Такое волшебство называется ультразвуком. Это должно подействовать.
– Хм, звучит заманчиво, – пробормотала Метрия. – Только вот я не слишком хорошо разбираюсь в невинных сиротках. Среди моих знакомых таких не попадалось.